Банки делают мёртвую петлю

Алексей Патракеев
24 декабря 2007, 00:00
  Юг

Кредитный рынок Южного округа значительно вырос за последние четыре года. При этом видно, как банкиры борются со всплесками уровня просроченной задолженности. Хорошо просматривается цикличность этой борьбы

Опережающий экономическую конъюнктуру прирост кредитных вложений — это, возможно, первый звоночек кризиса невозвратов. С начала 2003-го по середину 2007 года средний рост кредитных вложений банков в организации Южного округа составил 36% в годовом выражении. Тогда же средний рост оборота в торговле составил 15%, а в промышленности — лишь 10%. А вот доля просроченной задолженности юридических лиц банкам за тот же период снизилась почти вдвое — с 2,5% до 1,3%. В среднем по России уровень невозврата чуть меньше и составляет 1,04%. По мере расширения объёмов долгосрочного кредитования стоит ожидать всё большей реализации промышленных кредитных рисков.

Оптимизация как следствие оптимизма

Неравномерность развития экономической структуры регионов ЮФО, и, соответственно, неравномерная структура кредитных рисков — это отличительные черты жёсткой конкурентной борьбы банков в округе. Более того, яркие экономические контрасты буквально разделяют региональные сектора рынка кредитования ЮФО на гигантов и карликов. Так, на четыре крупнейших экономических центра округа (Краснодар, Ростов-на-Дону, Ставрополь, Волгоград — далее КРСВ) по итогам шести месяцев текущего года приходится 86% ссуд юридическим лицам. При этом попытки стимулирования роста для карликового рынка порой оборачиваются реализацией нешуточных рисков.

Лидерство республик ЮФО в темпах прироста кредитования — это наглядный пример «эффекта низкого старта». Обратной стороной быстрого роста кредитного портфеля республик является больший по сравнению с экономическими центрами округа уровень невозврата

Отдельные отрасли экономики (например, торгово-закупочная, спиртовое производство) быстрорастущих регионов ЮФО на определённых этапах получают кредиты очень легко. Однако банки, столкнувшись с повышением рисков невозврата на определённой территории, начинают ужесточать кредитную политику. Это уже через год существенно замедляет динамику выдачи кредитов и уменьшает долю просроченной задолженности. Оптимизация кредитного портфеля региональных участников банковского рынка — это вынужденная мера, неизбежно следующая за оптимистичными ожиданиями роста отдельных отраслей.
С подобной ситуацией три года назад столк­нулся Дагестан, а в прошлом году — Астраханская область. Так, почти пятикратный годовой прирост кредитования на 1 июля 2004 года в Дагестане (в основном кредиты брали производители этилового спирта и спиртосодержащей продукции), сопровождавшийся приростом просроченной задолженности на 78%, уже через год обернулся оттоком кредитных вложений более чем наполовину. Приток кредитных вложений по юридическим лицам годичной давности в Астраханской области составил 46%, при этом на 1 июля 2006 года доля невозврата
в региональном кредитном портфеле достигла без малого 13 (!) %, — в шесть с лишним раз больше, чем в среднем по округу. В результате ещё через год прирост кредитования юридических лиц региона уменьшился на 27% и составил лишь 19%.

В четырёх экономических центрах округа, в отличие от других субъектов ЮФО, рост невозврата за один год не всегда приводит к резкому замедлению кредитной динамики к следующему году. Располагая большими возможностями диверсификации и выбора заёмщиков, конкурирующие банки переключают своё внимание на другие отрасли или ищут более надёжных заёмщиков внутри тех же секторов экономики.

Особую роль в конкуренции банков и диверсификации их кредитных портфелей на территориях четырёх экономических центров играет кредитование малого бизнеса.

 Предприятия малого бизнеса различных форм деятельности (согласно статистической классификации, зачастую зачисляемые в категорию «прочие виды деятельности») пользуются особым вниманием банков, столкнувшихся с увеличением просроченной задолженности в промышленности и торговле (2005 и 2007 годы на диаграмме 1). Впрочем, уже к следующему году ситуация меняется с точностью до наоборот, и на фоне оптимизации промышленного и торгового портфелей уже предприятия малого бизнеса набирают просроченную задолженность питавшим на них немалые надежды банкам (2004 и 2006 годы на диаграмме 1).

Получается,что динамика просроченной задолженности КРСВ (как прирост, так и сокращение ее объёмов (диаграмма 2)) во многом определяет цикл формирования всей просроченной задолженности округа (диаграмма 3). Это значит, что изменения в кредитной политике банков КРСВ по отношению к торговым и промышленным предприятиям (диаграмма 1) остаются наиболее весомым фактором, влияющим на показатели кредитного рынка в целом по округу.

Нисходящие колебания годовых приростов невозврата в торговле позволяют говорить о том, что за последние четыре года наибольшие изменения коснулись управления рисками в кредитовании торговых предприятий. Начиная с 2004 года, циклические колебания их просроченной задолженности уменьшались, и уже к июлю 2007 года приблизились к нулевой отметке. Стоит отметить, что наиболее выдающийся показатель прироста невозвратов по кредитованию малого бизнеса пришёлся на 2005 год. Именно тогда банки начали активно предлагать кредитные продукты этой группе заёмщиков.Таким образом, сохраняя долю кредитных вложений в торговые предприятия КРСВ на относительно неизменном уровне (27–30%), банки приближаются к адекватному уровню оценки рисков в торговле, о чём свидетельствует стабилизация динамики просроченной задолженности.

Именно сокращение доли просроченных ссуд внутри КРСВ, и прежде всего в сфере кредитования торговли и малого бизнеса, стало основным фактором оптимизации доли просроченных кредитов по округу в целом. Ещё три года назад на КРСВ приходилось 87% просроченной задолженности округа. К июлю текущего года доля невозврата КРСВ составила уже 67% ёмкости ЮФО.

Особенно жёсткое изменение кредитной политики банков внутри КРСВ по сравнению с предыдущим годом произошло в 2006 году, когда в процессе корректировки ссудного портфеля динамика кредитования КРСВ существенно отстала от динамики кредитования остальных субъектов ЮФО (41% против 69% в годовом выражении). Это значит, что, уменьшаясь относительно общего объёма кредитного портфеля округа, кредитные риски всё больше перемещаются за пределы четырёх экономических центров ЮФО.

Между тем уровень невозврата внутри КРСВ напрямую зависит также и от уровня конкуренции на региональных кредитных рынках. Например, в Ростовской области действует 86 иногородних филиалов банков — всего на два меньше, чем в Краснодарском крае (по данным «Бюллетеня банковской статистики»), а по количеству региональных банков Ростов опережает Краснодар на шесть позиций. При этом по объёму выданных юридическим лицам ссуд область отстаёт от края на 20%. Неудивительно, что при такой напряжённой борьбе за заёмщика уровень ростовского невозврата почти в два раза выше краснодарского и составляет 1,3% (на 01.07.07 — «Бюллетень банковской статистики»).

Выгодная диверсификация

Лидерство республик ЮФО в темпах прироста кредитования — это более чем наглядный пример «эффекта низкого старта». Например, сумма кредитных вложений двух республик — лидеров роста в округе (Адыгея и Калмыкия) — составляет 93% от объёма кредитования одной только строительной отрасли Краснодарского края. При этом средний объём кредитных вложений по юридическим лицам для этих регионов составляет всего 4% от объёма ссуд, выданных юридическим лицам в Краснодарском крае.

Существенный рост доли долгосрочного кредитования в общем объёме заимствований на фоне неуклонного роста рынка кредитов говорит об определяющей роли этого показателя в динамике кредитного рынка ЮФО

Обратной стороной быстрого роста кредитного портфеля республик является больший по сравнению с экономическими центрами округа уровень невозврата. Средний уровень просроченных кредитов юридических лиц составляет для них 2,1% против 1,3% для КРСВ.

Четыре крупнейших региона, имеющие наиболее диверсифицированную базу кредитных вложений, как видно из таблицы, либо лидируют по соотношению кредитной динамики и доли просроченной задолженности, либо занимают позиции в первой половине списка. Этот показатель характеризует эффективность дополнительного объёма кредитных вложений банков с точки зрения реализованных кредитных рисков. Так, лидер округа по эффективности кредитных вложений — это Краснодарский край, регион, где сосредоточено 43% пищевой промышленности округа, 19,7% машиностроения и 26% производства нефтепродуктов и наблюдается высочайшая динамика кредитования торговли — 73% прироста по сравнению с предыдущим годом.

Впервые за пять лет по итогам первого полугодия 2007 года Ставропольский край обошёл Волгоградскую область по объёмам кредитования организаций. Вместе с тем, превосходство прироста на 26 процентных пунктов обернулось для края отрицательным лидерством по просроченной задолженности среди четырёх экономических центров округа. Имея в своём портфеле 15% кредитов, вложенных в обрабатывающие производства, регион достиг рекордного уровня невозврата для этого сектора — 5%. Увеличив на 67% кредитование предприятий торговли, банки столкнулись с трёхпроцентным уровнем невозврата в этой отрасли. В то же время промышленные и торговые предприятия Волгоградской области набрали существенно меньше невозвратных кредитов. Так, мощная промышленная база (прежде всего металлообработка, составляющая 53% от отрасли в масштабах ЮФО, и производство нефтепродуктов, бензина, смазочных материалов — 62% от отрасли ЮФО), имея стабильный и растущий рынок, показала всего 0,5% невозврата по итогам первого полугодия 2007 года. Прирост 57% в кредитовании торговли сопровождался лишь 1,2% просрочек — неплохое соотношение на фоне других регионов округа. В итоге, имея чуть меньший объём кредитования предприятий, чем Ставропольский край, но существенные фундаментальные преимущества, Волгоградская область стала вторым после Краснодарского края регионом по динамике кредитного прироста на процент просроченной задолженности. Даже Ростовская область, имеющая в активе 27% пищевого производства и почти 30% металлообработки округа, заметно отстаёт от Волгоградской по соотношению «прирост кредитования/доля невозврата». Основная причина тому — наибольшая в ЮФО доля малого бизнеса, обеспечивающего, по разным оценкам, до 30% ВРП Ростовской области и не менее 28% невозврата (самый высокий показатель по категории «прочие виды деятельности», к которой, как уже отмечалось, относят значительную долю предприятий малого бизнеса, 01.07.07 — «Бюллетень банковской статистики»).

Сравнение основных отраслей четырёх крупнейших экономик округа позволяет видеть в промышленности мощнейший фактор сокращения общего уровня регионального кредитного риска. Продукция металлургической и машиностроительной отраслей, составляющих более 35% обрабатывающих производств округа, пользуется стабильным спросом на современном внутреннем рынке, что делает предприятия этих отраслей востребованными и на кредитных рынках. В результате показатели обрабатывающих производств всё больше определяют относительную эффективность региональных кредитных портфелей. Превосходство быстрорастущих республиканских рынков, как в динамике кредитования, так и в относительно меньшем объёме невозвратов, — это тоже во многом результат промышленного роста. Так, кредитование обрабатывающих производств четырёх республик (Адыгея, Кабардино-Балкария, Калмыкия, Северная Осетия-Алания), экономика которых растёт наиболее быстрыми темпами, внесло наибольший вклад в увеличение их совокупного кредитного портфеля за последний год, и составило 32% от объёма прироста кредитных вложений (на предприятия торговли пришлось 22%). Стоит отметить, что рост кредитования промышленности стал основой роста республиканских кредитных рынков лишь за последний год.

Вместе с тем, 34% кредитного портфеля округа составляют предприятия торговли. Окружными банками и филиалами кредитуются, по большей части, местные торговые предприятия, в то время как московские ритейлеры финансируются, как правило, через головные управляющие компании, получающие кредиты по месту регистрации. В условиях растущей экспансии иногородних (прежде всего московских) сетей, кредитование местных игроков торгового рынка чревато всё большими и большими кредитными рисками. Однако, как было отмечено выше, с задачей адекватной оценки рисков в торговле банки справляются всё лучше (диаграмма 1). Это значит, что дальнейшие перспективы кредитной динамики и уровня рисков быстрорастущих республиканских рынков также зависят от развития и диверсификации обрабатывающих производств.

Новый уровень финансирования и рисков

Несмотря на всё увеличивающуюся роль быстрорастущих республиканских кредитных рынков, общая динамика округа в обозримом будущем по-прежнему будет определяться качественными изменениями на кредитных рынках четырёх экономических центров ЮФО (КРСВ).

Суть этих изменений — это, прежде всего, очевидное перераспределение срочной структуры заимствований (см. диаграмму 4).

Существенный рост доли долгосрочного кредитования в общем объёме заимствований на фоне неуклонного роста рынка кредитов говорит об определяющей роли этого показателя в динамике кредитного рынка ЮФО в целом.

Более того, в экономических центрах ЮФО может наблюдаться замещение краткосрочных кредитных вложений долгосрочными. Например, в Волгоградской области по итогам шести месяцев текущего года вклад долгосрочных вложений в прирост общего объёма корпоративного кредитования по сравнению с сопоставимым периодом прошлого года составил 135%. Это значит, что предприятия взяли меньше краткосрочных кредитов (а именно, на 26% меньше, чем за аналогичный период прошлого года). При этом общий рост кредитования области был полностью обеспечен за счёт долгосрочных кредитных вложений. Напомним, что Волгоградская область — самый эффективный после Краснодарского края регион ЮФО по соотношению кредитной динамики на процент просроченной задолженности юридических лиц банкам. Таким образом, замещение краткосрочных ссуд долгосрочными сопровождается минимизацией кредитных рисков.

Значит ли это, что промышленная специализация Волгоградской области определила низкий уровень невозвратов? Видимо, да. Чтобы убедиться в этом, посмотрим на аналогичные показатели кредитования Ставропольского края. Вклад долгосрочного кредитования в общий прирост кредитных вложений здесь самый низкий среди четырёх экономических центров ЮФО: он составляет 71%. Наименьший показатель вклада долгосрочных вложений в динамику кредитования в Ставропольском крае обернулся наибольшей долей просроченных кредитов.

Как и в Волгоградской области, в Краснодарском крае и в Ростовской области в прошлом году произошло замещение краткосрочных кредитных вложений долгосрочными. В 2006 году рост инвестиций в основной капитал округа достиг максимума за три года (см. диаграмму 5), причём индекс промышленного производства ЮФО достиг минимального значения за тот же период. Уже на следующий год индекс промышленного производства достиг максимума за период с 2004 года. Реакция промышленного производства на прирост инвестиций с задержкой на год означает, что промышленность ЮФО получает долгосрочные ссуды, ненамного превышающие 12 месяцев. Однако и эти инвестиционные вложения уже через год способны дать толчок для развития промышленного производства.

Сохранение прошлогодних темпов роста кредитования по итогам шести месяцев текущего года при возрастании инвестиций в основной капитал (диаграмма 5) и вклада долгосрочных кредитных вложений в общую кредитную динамику (диаграмма 4), выдаёт стремление банков заместить более низкими отраслевыми рисками кредитования промышленности возрастающие риски кредитования торгово-закупочных предприятий.

Пример Волгоградской области и Ставропольского края показывает, что склонность заменять краткосрочные кредитные вложения в торгово-закупочные предприятия долгосрочным промышленным кредитованием имеет обратную зависимость с уровнем просроченных кредитов.

Не подлежит сомнению, что рост объёмов долгосрочного кредитования в современных условиях становится фактором минимизации рисков. Вывод этот как минимум небанален. Ведь известно, что именно долгосрочное кредитование потенциально несёт в себе больше неопределённости, а промышленность, как гораздо более сложно организованная система, чем торговля, также не способствует минимизации рисков. Почему же в таком случае именно в тех регионах, где торговые кредитные риски замещаются промышленными, уровень невозврата минимален? Возможно, дело в том, что всё более возрастающая потребность промышленности в инвестициях в основной капитал за счёт заёмных источников финансирования — это новая тенденция на кредитном рынке ЮФО. Есть все основания считать, что со временем, по мере дальнейшего роста промышленного производства и объёмов его кредитования, риски невозвратов будут возрастать.

Рост конкуренции на промышленных кредитных рынках вполне может привести к увеличению реализованных кредитных рисков в отраслях обрабатывающих производств. Уже за 2006 год, ставший последним пиком прироста невозвратов (диаграмма 3) в округе, большая часть (34%) объёма просроченной задолженности пришлась на промышленность. За аналогичный период 2004 года, ставший предыдущим пиком невозвратов, предприятия промышленности также внесли наибольший вклад в формирование просроченной задолженности (41% от общего объёма).

Таким образом, «непоследовательный оптимизм», основывающийся на росте и сокращении объёмов просроченной задолженности банков по мере развития окружной экономики, распространяется и на обрабатывающие производства, что наряду с новыми возможностями финансирования рождает и новый уровень рисков. Это значит, что наблюдаемая за последние четыре года циклическая минимизация доли просроченной задолженности округа — лишь новый восходящий виток мёртвой петли, которую делают банки. Успешность дальнейшего выхода из неё, очевидно, всё больше зависит от реального сектора экономики.