Романтики с большой дороги

Спецвыпуск
Москва, 29.09.2008
«Эксперт Урал» №38 (346)
К дорожным условиям на федеральной трассе М5 Челябинск — Москва все, кто связан с работой, подходят философски. Другое дело — «придорожные» отношения и репутация: их надо холить и лелеять, иначе долго здесь не проработаешь

Границ между областями внутри России нет — это знает каждый первоклассник. Границы между областями еще какие, особенно если ехать по федеральным дорогам, — это знает каждый водитель. Нет, я понимаю, что на дороги в стране катастрофически не хватает денег (хотя все мы, автомобилисты, платим налоги на их содержание). Но объясните мне: почему на федеральной трассе между Екатеринбургом и Челябинском, километрах в 20 от Екатеринбурга, дорога состоит из плит, стыки между которыми даже асфальтом не замазаны?

Состояние этой федеральной трассы обескураживает. Параллельно разметке, разграничивающей полосы, бежит зияющая щель. Как пишут в дрянных дамских романах, «там и сям, в живописном беспорядке» раскиданы дыры. Движение машины напоминает движение коня на шахматной доске — вбок, но и вперед. На таких дорогах понимаешь, почему русские водители с легкостью выигрывают ралли Париж — Даккар, но в «Формуле-1» нет ни одного русского пилота: нас с юности тренируют ездить по безобразным дорогам. 

  Фото: Андрей Порубов
Фото: Андрей Порубов

Чем дальше от Екатеринбурга и ближе к границе Челябинской области, тем дорога все хуже. В асфальте появляется колея — примета, кажется, чисто среднеуральская. Дыры даже на отремонтированных участках. Приближение границы двух областей все заметнее — перестало ловиться радио, нет сигнала сети на мобильном, а дорога и вовсе стала напоминать стиральную доску. Одно радует — она все еще широкая, и можно легко обгонять огромные фуры с самыми экзотическими номерами. И вот граница областей. Длинные, параллельные нашему движению щели еще есть, но зато появился и массив асфальта. Дорога стала ровнее, а противоположная полоса и вовсе сереет свеженьким, только что уложенным покрытием.

На трассе М5 Челябинск — Москва, надо отдать должное, очевидных провалов ни в дороге, ни в ее содержании нет. Примерно 30 км от Челябинска в сторону Уфы дорога новехонькая, ровненькая, широкая — по три полосы в каждую сторону. Новая настолько, что с некоторых дорожных знаков еще не снята защитная бумага. Движение по одной из сторон уже открыто, и видно, как на второй части обустраивают остановки, яркие черно-оранжевые кафе выглядят как настоящие американские фастфуды… Между полосами идет ремонт, делают его — на удивление — рабочие «русской национальности».

Именно по трассе М5 от Москвы до Челябинска проехал в апреле этого года министр транспорта Игорь Левитин — на двухэтажном автобусе, с кортежем ГИБДД. Что он увидел? А что увидим мы, отправившись по той же дороге ему навстречу?

Итак, в термосе — крепкий кофе, в кармане — запасная пачка сигарет, на заднем сиденье спит фотограф, — выехали потихонечку, ранним утром, чтобы успеть, пока на дорогу не вышли дохлые грузовички с капустой и кредитные иномарки со студентками за рулем. Наша цель — придорожные кафе, дальнобойщики, ну и сама дорога, ее состояние, жизнь, нравы и будущее.

На границе плиты ходят хмуро

  Фото: Андрей Порубов
Фото: Андрей Порубов

Министерский официоз звучал так: «Автодорога строилась в 60 — 70-е годы, с тех пор интенсивность движения возросла в семь раз. При этом через Челябинскую область пролегает самый сложный участок — горные перевалы с длительными крутыми спусками и подъемами. Из 322 километров трассы, проходящих по территории области, 273 километра требуют капитального ремонта. Здесь сложные перевалы, двухполосное движение, есть семиметровые участки, где разъехаться практически невозможно»...

Пока ощущения совпадают в точности. Чем выше в горы, тем дорога уже. Справа — частоколом знаки «крутой поворот», слева — двойная сплошная. Поэтому мы уныло тащимся за фурой. Она вихляется и не спеша ползет в горочку. Одно такое неторопливое транспортное средство может застопорить движение километров на 40. По словам водителей-дальнобойщиков, южноуральский участок М5 ничем не отличается от других регионов.

— Кочки, ямки везде. Но здесь горы. Когда идешь на груженой фуре, сложно подниматься в гору, особенно зимой, — говорит саратовский водитель с 30-летним стажем Дмитрий Ишков. И добавляет:

— Ну, видел я этого министра. Пообещал он дорогу исправить быстро. Никто особо и не надеялся, что что-то сделают. Так и вышло, лето кончилось, они все дорогу под Челябинском вылизывают, звездодолбы.

— Выбора нет, что делать-то? Какая дорога есть, на такой и работать надо, — вторит коллеге челябинский дальнобойщик с 15-летнем стажем Максим Шилков.

По внутреннему кодексу тех, кто работает рядом с дорогой, и уж тем более тех, кто работает на ней, ругать дорогу — все равно что ругать зиму: ничего нового не придумаешь, да и бесполезно. К ней надо просто приспособиться.

Барсетка как примета конкуренции

Во время все той же апрельской поездки министр транспорта был категоричен — дорогу переделать, расширить почти на всем протяжении, присвоить ей самую высокую категорию, обустроить инфраструктуру дорожной сети. Последнее длинное словосочетание на деле означает, чтоб было где проезжему человеку поесть и поспать.

Пока о таких мелочах, как душ или теплый сортир, мало кто задумывается. Как мне сказали на одной из стоянок — вам что, леса мало?! Так что душ — только в гостиницах, где дальнобойщики встают на прикол да едущие на юг на своих машинах останавливаются на ночлег.

  Фото: Андрей Порубов
Фото: Андрей Порубов

Гостиниц немного, но все больше владельцев кафе собираются их строить. Очень сильна конкуренция между придорожными заведениями, и без дополнительных услуг не выжить. У кого-то это баня — русская, с парной, рядом дровишки сложены, из трубы деревенский дым идет. Кто-то делает упор на полный спектр гостиничных услуг вплоть до вызова веселых девчонок из соседней деревни. Кто-то пишет на двери крупно: «Прежде чем уехать, проверь, не забыл ли ты барсетку и кепку!». Как правило, у придорожных кафушек есть заправки, почти обязателен шиномонтаж.

Раньше среди таких услуг популярностью пользовалась продажа запчастей, теперь на трассе можно купить разве что масло да тосол.

— Запчастями торговать смысла нет, — рассказывает Сергей, совладелец небольшого кафе «Авропа — Азия» недалеко от Златоуста. — Появилось много иномарок. Детали на них дорогие, диск сцепления на Volvo, например, — 50 тыс. рублей. Да и на двух трейлерах, но один 2000 года выпуска, а второй на пару лет старше или младше,  запчасти уже разными будут. Так что все теперь предпочитают ремонтироваться в ближайших крупных городах. 

Конкуренция за проезжающих на трассе настолько высока, что за внимание шоферов и пассажиров борются даже… радиостанции. На «эмпятой» через километров 10 — 20 встречаются дорожные знаки с крупной надписью «Радио». Вот только частоты на всех знаках разные. 

Чем кормить язву

Но особая конкуренция, конечно, среди мест, «где поесть». Я всегда была уверена: на дороге кормят так себе. И особо за качеством не гонятся: проезжая же часть, мало ли кто сегодня проехал, завтра его точно тут не будет. Оказывается, все с точностью до наоборот. В этой среде репутация нарабатывается годами, а потеряна может быть вмиг — из-за обиды дальнобойщиков за нечестное поведение торговцев. 

Придорожные едальни — через каждые 40 — 50 км. Формата три: выстроившиеся в ряд сарайчики, внутри которых буквально шесть столиков, лощеные кафе при двухэтажных гостиницах с летними верандами и отдельно стоящие заведения — рядом стоянка, шиномонтаж, строится что-то еще… Как правило, во вторые и третьи хозяева вкладываются: здесь свое электричество, артезианские скважины с водой.

  Фото: Андрей Порубов
Фото: Андрей Порубов

Названия самые разные, обычно имена или что-то связанное с едой. Дорожной тематики почти нет: основные клиенты — дальнобойщики, им дорога надоела до невозможности и они при всей любви к кочевой жизни страстно скучают по оседлости и уюту. Им лишнее напоминание о работе — без надобности.

Меню во всех придорожках более или менее похоже, но только рядом с некоторыми — хвост из фур, а у других — пустые стоянки

Меню заведений тоже максимально напоминает о домашней кухне. Набор примерно такой: салаты, супы — обязательно, суровое второе вроде гуляша с горой пюре — в ассортименте, большие кружки чая или кофе. Можно заказать особенное «безсвининное» меню, но не везде: места знать надо. Из выпечки — оладьи, сырники и пирожки с разнообразными начинками, беляши или расстегаи, опять же суровые — жареные в большом количестве растительного масла. Но пироги, как и шашлыки, дальнобойщики покупают редко:  среди профессиональных заболеваний — язва, ее этим не прокормишь. Именно из-за таких особенностей владельцы обычных кафе не очень-то боятся конкуренции со стороны придорожных сетевых фастфудов. Их на М5 пока два. Говорят, принадлежат чиновникам из Башкирии и Москвы. «Там же одни бутерброды и микроволновки. Водители такое есть не будут, им нужна свежая нормальная еда», — уверен Сергей из «Европы — Азии».

Так что гамбургеры, пирожки и шашлыки достанутся, видимо, пассажирам автобусов. Их, кстати, на больших стоянках, в крупных кафе, привечают не очень.

— Сначала у нас водители автобусов питались бесплатно, потом с 50-процентной скидкой, потом с 20%, а сейчас и вовсе за полную стоимость. Пирожочники нам не нужны. Зайдут толпой, купят на копейки, а в это время приезжают клиенты солидные, чтоб переговоры у нас провести, смотрят на очередь и уходят, — отмечает главный бухгалтер придорожного кафе «Добрыня» Наталья Гущина.

  Фото: Андрей Порубов
Фото: Андрей Порубов

Интересно, что меню во всех придорожках более или менее похоже, но только рядом с некоторыми — хвост из фур, а у других — пустые стоянки. Это работает шоферская почта: где вкусно, а где нет. То, что «прокричал» по рации дальнобойщик, его соплеменники принимают на веру почти безоговорочно: «Да кто ж по рации врать будет? И зачем?» — Максим Шилков, кажется, даже не понимает, о чем я его спрашиваю.

И действительно, рация для дальнобойщиков — все равно что интернет для офисных работников: все новости оттуда. При этом солидарность у дальнобойщиков такая, что пролетариату времен 1917 года не снилась. Вот, например, объявили бойкот некоему кафе «Гурман». Провинилось оно сильно. Еще по весне снег сошел с гор: не проехать, не пройти. В зоне затора — десятки грузовиков и пара кафешек. Ждать, пока дорогу расчистят, дней пять минимум. И точки в заторе, как бы это сказать экономически, осознали монопольное положение на рынке. В «Гурмане», по словам дальнобойщиков, цены взвинтили неимоверно, не по совести. Булка хлеба стоила 300 рублей, бутылка водки 1,5 тыс. рублей, популярная закусь «яйцо под майонезом» — 100 рублей.

— И покупали, а что делать. Снег-то есть не будешь. Мужики приезжали после затора пустые, как барабаны, и только спрашивали: у вас тоже хлеб 300 рублей стоит? — вспоминает Сергей.

— По шоферской почте пустили — кто в те точки поедет, колеса спустим, и всё, не ездят, — рассказывает хозяин придорожного кафе «У Светланы» Василий Крупкин

А над попытками владельцев «Гурмана» оправдаться, дать статейку в популярную газету откровенно смеются. «Две недели пошиковали — можно закрываться», — говорят на дороге.

Какие люди и без охраны

  Фото: Андрей Порубов
Фото: Андрей Порубов

Дальнобойщики и владельцы придорожных кафе — как кофе и молоко: можно и отдельно, но вместе — интересней. Им друг без друга тяжело неимоверно, но владельцы придорожек, конечно, в дальнобойщиках заинтересованы больше. Поэтому их задача — не только накормить повкуснее и посытнее, но и сделать так, чтобы водители остановились на постой, заплатили за стоянку, были уверены в сохранности груза. Стоянки охраняют почти везде, но автоматов и собак у охранников, конечно, нет. Методы все больше подручные. Вот, например, охранник возле «Европы — Азии» снимает с огромной фуры навесной замок: «У водителя груз — бутылки пустые, не опломбирован. Сопрут — придется ему отвечать. Чтоб ему поспокойнее было, замок повесили».

Истории о взаимоотношениях дальнобойщиков с работниками кафе бесконечны.

— Раньше шоферы солярку сливали, теперь такого нет, они по карточкам заправляются, хозяин в любой момент проконтролировать может, — рассказывает Василий Крупкин. — Сейчас дальнобойщик, если не хватает денег пропить, снимает колеса или груз продает. Был у нас такой деятель один. Вез проволоку в мотках, пропился, сдал ее. А потом на нас свалил: мол, я на стоянку поставил машину, лег спать, с утра встал, проволоки нет. Милиция городская приехала, все дела. Ну да мне все равно, я в своих уверен. Собрал смену, кто ночью работал, спрашиваю — что было? Отвечают — он к лесу отъехал, и к нему дважды «Газель» приезжала. А мы за порядком следим. Вот, наркоманов от стоянки отвадили. Они повадились к кафе грабить водителей по мелочи.

— Как-то раз напился казах на стоянке, ломится и ломится к нам. Мы его раз попросили, два, а потом выкинули, — рассказывает владелец кафе «Мария» Дмитрий Веселов. — Он обиделся, сдал кому-то колбасу, которую вез, проспался, понял, что натворил, решил и нам отомстить, и перед хозяином оправдаться. В милицию поехал, и пока милиция разбиралась, успел по рации другим прокричать: мол, воруют в таком-то кафе. Время потребовалось, чтоб объяснить водителям, что да как.

Кому чай слишком сладкий

Все, кто живет при дороге, видели столько и такого, что уже никого не боятся. Единственное, что искренне раздражает владельцев придорожных кафе, так это разнообразные проверяльщики и указыватели, как именно им нужно жить.

  Фото: Андрей Порубов
Фото: Андрей Порубов

— Дорогу будут делать самой высокой категории. Поэтому из управления автодорогой пишут мне письмо, мол, должен я обеспечить к дороге врез — полосу разгона-торможения. Стоимость 4 млн рублей. И дело даже не в том, что нет у меня таких денег. Они в письме пишут, чтобы я это за полтора месяца обеспечил, а сами уже второй год не могут такие же полосы по трассе сделать, — говорит Василий Крупкин.

Но еще больше на трассе не любят сан-эпиднадзора. Вот уж где для этой службы заповедник. Особенно, если придерживаться инструкций, а не здравого смысла. Василий Крупкин вспоминает:

— Мы как-то раз вообще штраф от СЭС в суде оспорили. Пришла такая фифа в кафе, попила чай и говорит: он у вас слишком сладкий, по технологическим картам 1976 года чая в сахаре должно быть 15 граммов. А мне что их карты, у меня жена — повар от бога, сама такие технологические карты разрабатывает. Да и главное, чтоб посетители довольны были. Ну и не стали платить. Я взятки не даю. Мне легче сделать все по правилам, чем взятки платить.

  Фото: Андрей Порубов
Фото: Андрей Порубов

— Я не скажу, сколько мы аренды платим, а вдруг вы проверяющие? — держит марку Галина Ляпина, арендатор кафе «У Лилии». Она работает здесь уже 15 лет, скоро точку снесут, уже приезжал архитектор, рассказывал, что на их месте будет почти дворец.

— Мы готовим только вдвоем с дочерью, подавальщиц на кухню не пускаю. А как же? Все для водителей, им без нашей еды никак, — Галина прямо при нас на пожившей сковородке переворачивает беляши: в зале сидит компания, закусывают. — Санэпиднадзору взятки плачу, мне закрываться нельзя, мне бы студентку свою в институте в Екатеринбурге доучить…

Как ни грустно признавать, но трасса М5 в своем нынешнем виде — с трогательными этими кафешками и их владельцами, которые ненавидят что-то просить и все делают сами, с этими летними столиками и баньками — уже через два года перестанет существовать. На реконструкцию челябинского участка с 2010 года будет направлено около 38 млрд рублей. К 2015 году трасса будет переведена из третьей в первую техническую категорию, на ней будет четыре полосы движения. И Росавтодор разрабатывает типовую схему развития придорожной полосы, чтобы было понятно, на каком участке что должно быть. А это значит, что многие кафе, что были выстроены стихийно, будут снесены.

У партнеров

    «Эксперт Урал»
    №38 (346) 29 сентября 2008
    Рынок недвижимости
    Содержание:
    Бум отменяется

    Кризис на рынке недвижимости достиг пика. Вернуть спрос может снижение себестоимости строительства, развитие ипотечного кредитования и грамотное планирование будущих проектов

    Реклама