Альтернативная армия

Олег Храбрый
17 ноября 2003, 00:00

"Российскую армию нужно создавать заново - с нуля. Вооруженные силы страны в их нынешнем виде станут серьезной угрозой для безопасности ее граждан", - считает директор Института политического и военного анализа Александр Шаравин

Свой доклад "Об актуальных задачах развития Вооруженных сил РФ" министр обороны Сергей Иванов зачитал на совещании силовиков с президентом в начале октября. "Масштабные изменения в ВС, связанные с их коренной перестройкой в рамках основных положений военной реформы, завершены. На повестке дня новый этап - строительство современных Вооруженных сил", - рапортовал министр. За последние десять лет это уже третья реляция об окончании реформы. Точно такие же заявления делали бывшие министры обороны Павел Грачев и Игорь Сергеев.

А тем временем в стране полным ходом идет осенний призыв. До Нового года под ружье должны стать 175 тыс. 806 призывников. Но желающих служить в этой вроде бы трижды реформированной армии очень мало. Не много и годных. Если пять лет назад годными к военной службе признавалось 54% призывников, то в весенний призыв 2003 года - не более 11%. И говорят эти показатели не столько о состоянии здоровья молодого поколения, сколько о глубокой болезни самой армии: люди пускаются на любые ухищрения, чтобы не идти служить.

Что делать с российской армией, каковы пути выхода из кризиса и что можно считать реальной реформой Вооруженных сил - об этом корреспондент "Эксперта" беседовал с директором Института политического и военного анализа (ИПВА) Александром Шаравиным. В начале девяностых г-н Шаравин возглавлял группу исследования проблем национальной безопасности и разработки военной доктрины Центра военно-стратегических исследований Генштаба ВС РФ. В ведомстве, которое и было главным инициатором сворачивания реформ, он не прижился. С военной службы Шаравин ушел в чине полковника и стал одним из основателей Национальной картографической корпорации. Его бизнес оказался удачным. И благодаря этому стало возможно создать ИПВА, в котором работают сегодня семь докторов наук и двадцать три кандидата. В сентябре институт выступил с серьезной инициативой - обнародовал свои "Оборонные тезисы", по сути, это альтернативный проект военной реформы российской армии.

- Какие противоречия вы видите в тех положениях "Актуальных задач" Минобороны, где прописаны потенциальные угрозы для страны?

- Невооруженным глазом видно, что над этим документом работали люди совершенно разных политических взглядов, уровня образования и аналитических способностей. Так, с одной стороны, констатируется, что исход вооруженной борьбы определяется главным образом в воздушно-космической сфере и на море. С другой - в дальнейшем речь идет исключительно о боевой подготовке сухопутных войск, и в основном в нижнем звене взвод-рота-батальон. Авиации посвящен один маленький абзац, а флот не упоминается вовсе. Возникает ощущение механического сцепления совершенно разных концептов. Так, на политическом уровне мы декларируем, что не рассматриваем США и НАТО как военных противников, а в "Актуальных задачах" говорится, что мы можем столкнуться с противником, который владеет дальнобойным высокоточным оружием, что действовать он будет главным образом в воздушно-космической сфере. А кто, кроме США, владеет высокоточным дальнобойным оружием? Такое оружие есть еще у французов, у англичан, но мало. То есть получается, что мы на Западе собираемся воевать с американцами.

Или дальше - в докладе написано, что нашими наиболее вероятными действиями на Дальнем Востоке будут противодесантные операции. А кто может совершить десантные операции против России на Востоке? Опять только США, ну, может быть, когда-нибудь Япония, ну, в страшном сне, - Австралия, хотя что ей там делать? А допустим, нашему гигантскому дальневосточному соседу - Китаю - никакие десантные операции не нужны. У него с нами огромные сухопутные границы, которые, кстати, до сих пор до конца не согласованы. Об этой потенциальной угрозе в "Актуальных задачах" не сказано ни слова. Сегодня российский ВПК осуществляет систематические поставки в Китай современных самолетов, да еще с запасными двигателями. Это можно было бы понять, если бы аналогичные поставки шли в наши Вооруженные силы, но таковых очень мало. Дружественное нам государство, когда двигатель износится, может купить у нас запасной двигатель. Китай же думает на несколько шагов вперед - он прогнозирует, что может сложиться такая обстановка, когда мы откажемся поставлять им двигатели. Минобороны такой ситуации не прогнозирует.

2005 году численность ВС РФ сократится почти на 140 тыс. человек. На 1 августа 2003 года их численность составляла 1,16 млн человек, к концу этого года ее предстоит довести до 1,13 млн, а к началу 2005 года - до миллиона человек".
Источник: документы Минобороны

- Однако именно эта концептуальная разработка будет положена в основу реформ российской армии, и именно по ней будут определять потенциальные угрозы для страны?

- Слава богу, "Актуальные задачи" Минобороны - это ни в коем случае не новая российская военная доктрина. Военная доктрина - это официальный документ, который должен быть утвержден указом президента. Министр обороны сам заявил, что не считает доклад "Актуальные задачи" истиной в последней инстанции, и приглашает общественность и экспертов к обсуждению изложенных в докладе положений. Это обнадеживает. Все-таки была сделана попытка системного анализа сложившейся в российской армии ситуации. Чувствуется желание проводить военную реформу, но нет понимания, что конкретно делать и с чего вообще начинать.

Я очень надеялся, что президент, выходец из силовых структур, придя к власти, плотно займется реформированием силового сектора государства. К сожалению, эту свою миссию он пока не осознал. Первый его срок уже подходит к концу, а мы не видим никаких осознанных шагов по пути военных реформ. Да, назначен вроде бы гражданский министр внутренних дел. Да, есть вроде бы гражданский министр обороны. Но все это половинчато и неубедительно. Сергей Иванов, генерал-полковник службы внешней разведки в запасе, не совсем все-таки гражданский министр. Обратите внимание - он даже не пытается вести себя как гражданское лицо. Мне кажется, аппарат Минобороны и Генштаб заставляют играть его по своим правилам, и он поддается. Невразумительность и противоречивость проектов реформирования - отсюда.

а реализацию Федеральной целевой программы по комплектованию Российской Армии за счет военнослужащих, проходящих воинскую службу по контракту, в период с 2004-го по 2007 год потребуется 79,092 млрд рублей. На контракт будут переведены части и соединения Вооруженных Сил, Внутренних войск МВД России и Пограничных войск. В ближайшие четыре года контрактниками станут 147,6 тыс. человек".
Источник: документы Минэкономразвития

- Казалось, у Сергея Иванова вполне достаточно политических ресурсов, чтобы навязать генералам свою волю, проводить линию президента, с которым, кстати, он очень близок...

- Прежде всего, нет этой политической воли. Второе - отчаянное сопротивление аппарата. Военная система сильна и консервативна. Это, кстати, не минус армии, а ее плюс, ее сила. Армия привержена определенным символам, идеям - и это нормально. Однако наши Вооруженные силы до сих пор имеют те же цели, установки, тот же учебный процесс, те же взаимоотношения, что и Советская Армия. С Сергеем Ивановым происходит то же, что и с его предшественниками. Он играет по правилам системы, которая перемалывает любого.

Помните, в свое время первым замминистра обороны был назначен Андрей Кокошин? Считалось, что он и будет в перспективе гражданским министром обороны, который, опираясь на свое, так скажем, военно-стратегическое мышление, внесет в армию новую струю. И что он внес? Его сожрал аппарат. Кокошину подсовывали как раз те вопросы, которыми ему не надо было заниматься: ему предлагали решать, какие калибры орудий нужно брать на вооружение, из какой ткани шить обмундирование и так далее. Вместо того чтобы заниматься военной политикой и стратегией, он вынужден был заниматься текучкой. И естественно, генералы злорадствовали. Советская Армия не поддается реформированию. Нужно создавать другую армию.

- Ну вот спустя двенадцать лет после распада Союза и образования нового российского государства мы констатируем, что один из важнейших институтов общества живет и действует по старым законам. Как это произошло? Почему мы потеряли столько времени?

енежное довольствие военных складывается из нескольких вещей: это оклад по должности, по воинскому званию, плюс различные надбавки - за выслугу лет, за сложность и напряженность, прочие. Согласно новому приказу, стрелку положены тысяча сто десять рублей, снайперу - тысяча двести двадцать один рубль. Мой должностной оклад составляет четыре тысячи девяносто пять рублей пятьдесят копеек".
Источник: первый замначальника Генштаба ВС РФ генерал-полковник Юрий Балуевский

- Для Бориса Ельцина силовые структуры были черным ящиком - он был далек от них, как и вообще от военных проблем, и лишь интуитивно чувствовал исходящую от них опасность. Он старался задобрить военных и силовиков - давал ордена, звания, льготы, дачи. Ну что конкретного было сделано во имя реформ? Время было потеряно, прежде всего в силу особенностей октябрьских событий 1993 года. Еще осенью 1991 года, по сути, создавалась новая российская армия - в виде национальной гвардии. Тогда все уже было подготовлено, подобраны кадры, расписан план реформ, создана структура. Уже тогда было понятно, что нужно делать, - брать в управление от старой армии все материальные ресурсы, лучших офицеров и лучших солдат, и так, постепенно, возникнет новая, совершенно новая армия.

Но субъективный фактор сыграл роковую роль, ведь предполагалось, что этой национальной гвардией будет командовать Александр Руцкой. Я всегда говорил - неважно, кто ей будет командовать де-факто, важно, что она будет подчиняться только президенту. Но получилось так, как получилось. Из-за конфликта Ельцина с Руцким все планы по созданию национальной гвардии были спущены на тормозах.

То же произошло со службой безопасности президента. В ней работало двадцать тысяч человек - блестящие офицеры совершенно новой формации, многие из них имели по два-три высших образования, владели иностранными языками. Это была структура новой российской государственности. Но опять свою роль сыграл личностный фактор. Во главе этой службы стоял Александр Коржаков - человек, который не обладал необходимым образованием, политическим мышлением, по своему менталитету он и на майора не тянул. В 1996 году, после так называемого заговора Коржакова-Барсукова, всю эту структуру одним росчерком пера ликвидировали. Я считаю, что это было политической ошибкой Ельцина - достаточно было сменить лишь руководителя новой структуры. Я знаю многих из уволенных офицеров - они не потерялись: ушли в банки, в коммерческие структуры, на госслужбу. Кадры и время были потеряны. Потом российские реформаторы посчитали, что можно провести преобразования какими-то кулуарными способами, то есть договориться с кем-то наверху - сказать какому-то большому дяде или его помощнику, и он решит все проблемы.

- Так что же все-таки оказалось в руках российской армии, после того как СССР прекратил свое существование?

- Мы стали создавать новые российские Вооруженные силы на основе далеко не лучших кадровых соединений и частей Советской Армии. Где у нас были самые боеспособные группировки? В Киевском и Белорусском военных округах, а они оказались за границей. Из сливок у нас остались разве что Таманская и Кантемировская дивизии. Более того, часть войск была выведена из Группы советских войск в Германии - это были достаточно боеспособные подразделения. Но что произошло? Как правило, эти части выводились либо в открытое поле, либо просто расформировывались. После дислокации в неподготовленных районах эти войска просто потеряли всякую боеспособность. То есть та часть Советской Армии, которая нам досталась по наследству, не была объективно лучшей. В ней были произведены лишь косметические изменения, не затрагивающие существа дела.

ижний предел численности Российской армии должен составлять не менее 600 тыс. человек. России нужен эффективный ядерно-космический потенциал с персоналом в 150-200 тыс. человек. Остальные 400 тыс. человек должны составить корпус быстрого реагирования для решения локальных и региональных задач. Миллионная армия не позволяет ни перейти на контрактный принцип укомплектования, ни переоснастить Вооруженные силы технически. В нынешних условиях 70% военного бюджета страны, составляющего 411 млрд рублей, уходит лишь на текущее содержание армии".
Источник: заместитель председателя комитета Госдумы по обороне Алексей Арбатов

- Я так понимаю, что для начала надо решить, что делать с "головой" армии - Министерством обороны и с Генеральным штабом? Какая участь ждет эти структуры, если реформы все-таки начать?

- Центральный аппарат Минобороны и Генштаб - это тысячи и тысячи людей. Когда я пришел в Генштаб в конце восьмидесятых, там насчитывалось двадцать пять тысяч генералов и офицеров. Структура работает по законам Паркинсона. То есть, если у чиновника нет никакой задачи, он ее сам себе придумает и будет раздвигать рамки своего влияния. Генеральный штаб сегодня у нас контролирует все. Какой-нибудь полк, который дислоцирован, скажем, на Камчатке, без согласования с Генштабом не может изменить ни строчки в своем штатном расписании. Нужен совсем другой руководящий орган - компактный, современный, который осуществлял бы реальное управление, а не детализировал все до мелочей.

Вот мы, кстати, у американцев можем многому поучиться. У них командиры соединений и частей имеют большие полномочия - как в определении штатного расписания, так и в маневрах на местах. Подразделениям задаются определенные цели и задачи, но в их рамках командир полка или взвода свободен в своих решениях. Тот же американский комитет начальников штабов - это совсем иная организация: она несравнима по численности с Генштабом и наделена другими функциями. Это не орган прямого управления, а некий консультативный элемент, который занимается стратегическим планированием и согласованием всевозможных вопросов между всеми видами Вооруженных сил - и не более того. Никто в этом органе не может подменить, скажем, командующего войсками НАТО или командующего американской группировкой в зоне Персидского залива. Командующий сам определяет, как ему действовать. У нас же Генеральный штаб планировал боевые действия в Чечне, хотя это было задачей даже не штаба округа, который размещен в Ростове, а группировки непосредственно на месте.

Инстинкт самосохранения не позволяет Генштабу отдать полномочия - ведь тогда он ни на что не будет влиять. У нас иерархическая система опекает командира до самого низкого уровня. В результате генерал работает за полковника, полковник - за майора, майор - за лейтенанта, а лейтенант - за сержанта, а тот и вовсе в солдатах ходит. У нас вполне нормальным считается, что сержант в армии вообще отсутствует как фигура. А ведь эта проблема из самых важных. По нашему мнению, именно сержантов нужно переводить на контрактную основу, воссоздавать и усиливать именно младший офицерский состав.

"В осенний призыв 2003 года в Российскую армию по плану должно поступить на прохождение срочной службы порядка 213 тыс. призывников. Однако реально поступит лишь 175 тыс. Российская армия столкнулась с нехваткой призывных ресурсов в размере 4-5%. Мы можем призвать на военную службу только одного из десяти граждан призывного возраста. Около 20 тыс. человек уклонились от прохождения военной службы".
Источник: начальник управления призыва Генерального штаба России Виктор Кожушко

- Так вся общественность только и делает, что твердит - контракт, контракт. Это уже мантрой стало. Кто-нибудь пробовал реально оценить, что стоит за контрактной системой и приемлема ли она для такой страны, как Россия?

- Сейчас идет активное мифотворчество. Создан миф о контрактной армии - это, мол, решение всех проблем, и в этот миф все уперлись рогами. И военные тоже, в общем-то, пошли на поводу у этого мифа. Но какие проблемы решит нам контрактная армия? Она никаких проблем не решает.

Во-первых, считается, что с помощью контрактной армии мы сможем полностью укомплектовать Вооруженные силы, а этого-то и не получается. Более того, в переходе на контракт я вижу серьезную опасность для страны. Если сегодня у нас рабоче-крестьянская армия - так уж получилось, что в нее идут те, кто не может откупиться, - то в случае перехода на контрактную основу мы получим маргинальную армию, которая будет представлять большую угрозу для страны в целом и для тех людей, которые как раз за такую армию ратуют. Я беседовал как-то с одним генерал-лейтенантом бундесвера и спросил его: "А почему такая богатая страна, как Германия, не переходит на контрактную армию? Вы же можете себе это позволить, деньги у вас есть". Он ответил: "Вы знаете, у нас был уже опыт контрактной армии в период Веймарской республики - она залила кровью всю Германию, и мы не хотим больше этот эксперимент повторять. Сегодня в бундесвере служат наши дети, и это гарантия того, что армия не пойдет против народа. Кстати, я бы многим вашим либералам напомнил, что если бы в августе 1991 года советская армия была контрактной, она бы стерла Белый дом с лица земли в считанные часы и похоронила бы вместе с Ельциным всю вашу демократию".

Так вот я бы тоже хотел сказать нашим либералам - особенно из СПС и "Яблока": ребята, задумайтесь, что вы хотите сделать. Вы хотите породить монстра - взять прежние Вооруженные силы, с прежними установками, со всеми этими уродскими ценностями и накачать их контрактниками - да еще не первого сорта. И что это будет за армия? Еще раз говорю: российскую армию надо создавать заново - с нуля.

коло 80% военнослужащих ВС России заявляют о психологической готовности к отражению внешней агрессии. Чуть более 60% - о готовности к участию в боевых действиях по восстановлению конституционного порядка на территории России. 20% российских военных - потенциальный 'балласт' по идеологическим, политическим или психологическим мотивам и к выполнению воинского долга не готовы".
Источник: данные социологического опроса, проведенного специалистами Главного управления по воспитательной работе ВС России

- Вы хотите сказать, что новая армия должна возникнуть в параллель с нынешней?

- Конечно. И в этом предложении нет никакой экзотики. Другого пути просто нет. Когда происходит смена социально-экономической формации, все силовые структуры создаются заново. Это те же большевики показали. Точно так поступали во все времена - взять, к примеру, Наполеона, который на основе королевской армии создал самую мощную в мире французскую армию, которая Европу завоевала. Точно так же действовал, скажем, Хомейни в Иране. Точно так же был создан бундесвер - из офицеров и генералов вермахта, то есть из фашистской армии. Наша революция должна быть продолжена и логично завершена.

- Но как эти две армии будут сосуществовать? Не страшно?

- Нет. Старая армия будет все равно жить еще некоторое время - никуда она не денется, и ее развалить просто нельзя. Со временем она будет расформирована. Тут действительно должно быть бережное отношение к тем офицерам, которые отдали всю жизнь армии. Солдат в новую армию можно было бы набирать не более чем на год, по конкурсу. Такая система гарантирует, что в обществе не сложится оторванная от него каста военных. Но прежде всего нужно сделать акцент на реформе младшего офицерского состава - сержанты в новой армии должны стать профессионалами. Именно их надо в первую очередь переводить на контракт. У нас есть хорошая материальная база, у нас есть кадровый состав, у нас есть прекрасные офицеры, прекрасные сержанты. Так вот этих самых лучших офицеров нужно собрать как бы в "точки роста", создать базовые соединения новой армии, по одному, допустим, соединению на каждый вид Вооруженных сил. Может быть, стоит возродить те самые полки, которые были при Петре Первом, - Семеновский, Преображенский, Измайловский. В новых подразделениях должны измениться отношения, уставы, порядок обеспечения, командования, система воинских званий.

Необходимо вводить систему конкурсов, и на ее основе продвигать людей по службе. Должности, не связанные с командно-штабной деятельностью, обслуживанием и применением военной техники, должны занимать гражданские лица. Неизбежно возникнет ощущение, что перед нами некие элитные части. Но мы их не для того создаем, чтобы они навсегда остались элитными, а чтобы на их базе создавались все новые и новые части, которые заместят собой старую армию.

Нужно создать новую систему целевых и территориальных командований - Юг, Запад, Восток. Это должна быть не копия наших современных военных округов, которые являются еще одной бюрократической структурой, доставшейся нам от прошлого века. Мы предлагаем новые принципы целевого деления Вооруженных сил. В них должна быть ядерная триада: стратегическое командование (межконтинентальные и баллистические ракеты, ракетные и подводные крейсера стратегического назначения и стратегическая авиация), командование сил общего назначения (сухопутные войска, военно-воздушные силы, противовоздушная оборона, военно-морской флот) и командование специальных операций (войска специального назначения, информационные войска и, возможно, иностранный легион). Кстати, об информационных войсках Минобороны ничего не говорит. Персонал информвойск надо набирать из числа психологов, журналистов, экспертов, политтехнологов, программистов, переводчиков, хакеров высшей квалификации. Эти войска должны иметь собственные СМИ и работать как на внешнюю, так и на внутреннюю аудиторию. Именно такие подразделения сегодня во многом решают исход военного конфликта.

- А контрактниками в новой армии будут только офицеры и сержанты? Рядовые - это все тот же призыв?

ольшинство преступлений (31%) в рядах Вооруженных сил РФ составляют самовольные оставления части. Далее следуют нарушения уставных правил взаимоотношений (15,3%), дезертирство (8,5%), кражи (7,1%), разбой (6,4%), грабежи (5,7%), убийства (5%), превышение должностных полномочий (4%), тяжкий вред здоровью (3%)". Источник: российское представительство Фонда гражданских свобод

- Контрактная армия в нынешних условиях превратится, повторюсь, в армию маргиналов: там тоже над солдатами будут издеваться, их там тоже будут убивать свои же. Да, солдат, который по призыву в армии служит, тоже должен приличные деньги получать, должен чувствовать себя полноценным гражданином. И он их будет получать - со временем.

На первом этапе важно после окончания службы гарантировать ему получение бесплатного высшего образования. Мы предлагаем изменить всю систему призыва и считаем, что не военкоматы должны этим заниматься, а призывные комиссии при органах местной власти, местного самоуправления, которые, собственно, и будут нести ответственность за то, чтобы не призывались больные и наркоманы. То есть это должны быть гражданские органы по укомплектованию армии.

Я считаю, что и за девять месяцев можно подготовить прекрасного солдата. Больше не нужно. С военной точки зрения в обозримом будущем нам никуда не деться от принципа формирования армии на призывной основе, никуда не деться и от экстерриториального принципа несения службы (то есть солдат будет служить не дома). Ведь Россия заселена очень неравномерно: практически все население у нас сосредоточено в европейской части, и совсем немного - за Уралом, кстати, там оно стремительно убывает.

- А какие уроки можно извлечь из широко разрекламированного эксперимента в Псковской дивизии, которая переведена на контракт?

- Псковский эксперимент нельзя даже экспериментом назвать, потому что эта дивизия все равно жила по уставу и законам, написанным для прежней армии. Для того чтобы провести нормальный эксперимент, нужно прежде всего принять закон о военной реформе, в котором было бы сказано, что эти соединения на период проведения эксперимента живут по новым законам, по новым уставам. Только когда эти соединения поживут в новых структурах и сложатся новые человеческие отношения, можно будет сказать что-то о перспективах всего эксперимента. Но уже сейчас очевидно, что порядок прохождения службы надо менять.

ля повышения привлекательности военной службы планируется изменить условия расквартирования и материального положения контрактников. Предусматривается увеличение с 2004 года дифференцированной надбавки: за особые условия боевой подготовки - до 3,3 тыс. рублей, в войсковых частях, дислоцированных в Чечне, - до 5 тыс. рублей. Сохраняются ряд льгот и выплаты на санаторно-курортное лечение (50 руб. в месяц), а также на проезд в отпуск (150 руб. в месяц)".
Источник: документы правительства РФ

Вы посмотрите, что сейчас у нас происходит с назначением людей на вышестоящие должности. Если раньше хотя бы была возможность пригласить наиболее опытного офицера, скажем, в Москву, то сейчас и ее нет. Сейчас говорят: если у тебя нет московской прописки и квартиры, то, извини, мы тебя в Москву пригласить не можем. Получается полное вырождение. Сегодня наиболее продвинутые люди в армии с трудом уживаются в архаичной структуре - многие просто уходят на гражданку, в бизнес, в политику. И когда меня спрашивают, где мы наберем офицеров для новой российской армии, я отвечаю - в том числе и из запаса.

- А Сергей Иванов тем временем будет возглавлять старое Министерство обороны и не будет иметь права командовать этой новой армией? Речь идет о своего рода альтернативной военной службе?

- Можно и так сказать. Командование новой структурой должно осуществляться из своего рода Министерства военной реформы, или просто это должна быть группа при президенте, но главное - речь идет о принципиально новой структуре, из которой в перспективе и будет создано новое Министерство обороны. То есть, имея огромную пирамиду, огромное старое здание Вооруженных сил, мы возводим по кирпичику новое. И потихоньку оно растет, а старое убывает. Группа реформистов должна целенаправленно и осознанно проанализировать все возможные угрозы государству и с цифрами на руках доложить обществу, сколько нам нужно войск, каких родов, какое заказывать вооружение.

- За последние четыре года в мире произошло несколько вооруженных конфликтов - прежде всего американская операция в Афганистане и Ираке и наша в Чечне. Какие уроки мы должны извлечь из этих, столь разных войн нового времени?

- Американская операция в Афганистане родила миф о бесконтактной войне, которая будет якобы вестись в ближайшем будущем. И я думаю, что этот миф мифом и останется. Все равно территория занимается сухопутными войсками, и все равно именно они закрепляют тот успех, который достигнут в воздухе, в космосе и на море. Сегодня мы видим, что основные силы противника действительно можно разгромить с воздуха, а вот контролировать территорию, даже имея сверхмощные современные соединения и части, не так-то просто. Это видно по драматической ситуации, которая складывается сегодня в Ираке. Эта страна для партизанской войны не очень-то удачное место - в пустыне партизанские войны не ведутся, там не спрячешься, зато все нападения успешно осуществляются в городах. А вот, допустим, на территории Чечни просто идеальные условия для ведения партизанской войны.

Мы прекрасно помним, как велась партизанская война в том же Вьетнаме, там тоже были идеальные для нее условия. Много таких примеров: Карпаты, Балканы и др. Но самый главный урок, который мы должны извлечь из иракской войны, на мой взгляд, следующий: нам нужно изменить отношение к ценности жизни военного - не важно, генерал это, солдат или офицер. Российская армия до сих пор остается пушечным мясом. Во главу угла при создании новой российской армии должна быть поставлена именно ценность человеческой жизни.