На кого рухнул занавес

Павел Быков
7 декабря 2009, 00:00

Хронологический характер мемуаров Эдуарда Шеварднадзе нарушается в самом начале. Воспоминания начинаются с периода, завершающего политическую карьеру грузинского политика. Причем начинаются, по сути, с оправданий. За тридцать лет в политике, пишет автор в первом же абзаце главы, посвященной его президентству в Грузии и событиям «революции роз», «мне не раз приходилось переосмысливать свои политические взгляды. Вполне естественно, что результатом такого переосмысления стало возникновение предубеждений против меня как политика». Видно, что Шеварднадзе глубоко уязвлен своей досрочной отставкой, тем, что поэтому его роль в истории новой Грузии выглядит двусмысленной, тем, что его заслуги в построении на руинах Грузинской ССР нового государства на родине недооцениваются. Шеварднадзе остро переживает, что остался непонятым, и сетует, что и сам в какой-то момент перестал понимать «молодое поколение — тех, для кого мои заслуги перед Грузией и миром, по сути, ничего не значили». Возможно, эта явно прочитывающаяся интонация — интонация разочарования и даже обиды — возникла оттого, что мемуары Шеварднадзе начал писать по горячим следам, сразу после своей стремительной отставки. По-человечески это понятно. Но чем дальше будет уходить от современных читателей мемуарное время, тем больше будет резать глаз эта интонация. Так же, как благодарственное письмо тогдашнего президента США Джорджа Буша, завершающее первую главу: «Благодарю Вас за Ваши великие достижения во всем, что касается свободы». Но со временем благодарность Джорджа Буша-младшего вряд ли сохранит способность играть роль «окончательной бумаги», которая будет бесспорно удостоверять перед потомками великие исторические заслуги бывшего министра иностранных дел Советского Союза.