За неимением лучшего

Николай Пахомов
5 декабря 2011, 00:00

Пока все идет к тому, что следующим президентом Соединенных Штатов станет республиканец. При этом самым сильным кандидатом выглядит Митт Ромни — попытки радикалов найти ему альтернативу успехом пока не увенчались

Фото: AP
Хотя по размеру избирательного фонда губернатор Техаса Рик Перри успешно конкурирует с губернатором Массачусетса Миттом Ромни, организовать контрнаступление техасцу будет очень сложно

До президентских выборов в США остается год. Однако круг республиканских претендентов ясно очерчен, известны их лозунги. Понятна стратегия, которой будет придерживаться президент Барак Обама, чтобы остаться в Белом доме еще на четыре года.

В конце июля «Эксперт» уже писал о тех, кто решился бросить Обаме вызов. С тех пор мало что изменилось. Как мы и прогнозировали, Сара Пэйлин разумно воздержалась от участия в выборах, а губернатор Техаса Рик Перри официально объявил о начале своей кампании. Кроме Пэйлин от борьбы отказался бывший губернатор Миннесоты Тим Поленти, политик, успешный на уровне штата, но для кандидата в президенты не обладающий ни общенациональной поддержкой, ни достаточной харизмой.

Опять-таки в точном соответствии с нашим прогнозом и особенностями современной американской политики республиканская кампания перед первичными выборами ведется с оглядкой на позиции радикальных активистов в рядах партии. Мнение беспартийных или, как говорят в США, независимых избирателей, находящихся в большинстве и решающих исход выборов, а также поиск решения многочисленных проблем, с которыми столкнулась Америка, остаются вне предвыборных дебатов.

По многим параметрам самым сильным кандидатом остается бывший губернатор Массачусетса Митт Ромни. Уже больше пяти лет в качестве своего основного занятия он может указывать «кандидат в президенты США». Во время предыдущей кампании Ромни выступил сильно, распространено было мнение, что Джон Маккейн пригласит его на должность вице-президента. Это позволило бы сенатору от Аризоны заручиться поддержкой значительного и влиятельного сектора американского общества — от умеренных республиканцев до крупного капитала. Однако Маккейн предложил быть вице-президентом Саре Пэйлин, тем самым обратившись к другому краю республиканского спектра — радикальным в отстаивании своих ценностей консерваторам.

Ромни же с тех пор неизменно оставался кандидатом в президенты. Конечно, сегодня он забыл о былой умеренности своей программы, позволившей ему стать губернатором очень демократического штата. Именно за частую перемену позиций его критикуют и справа, и слева, но ниже определенной отметки в рейтингах он не опускается — ремеслом кандидата Митт Ромни овладел вполне.

Поиск альтернативы

Но все время оставаться кандидатом нельзя. Слабость же Ромни в том, что среди республиканцев тон сегодня задают радикальные консерваторы, и они изо всех сил противятся выдвижению умеренного Ромни. Складывается впечатление, что в республиканском лагере самым популярным стал лозунг «Только не Ромни!». Кажется, что любой кандидат, особенно «свежее лицо», политик, не обремененный грузом прошлых заявлений и действий, в которых радикалы могут усмотреть соглашательство с демократами, по определению популярнее Ромни. Когда-то самым высоким был рейтинг миллиардера Дональда Трампа, эксцентричного шоумена, годами финансово поддерживавшего демократов даже больше, чем республиканцев. Затем благодаря своей энергии и решительным выпадам против президента Обамы на первое место в опросах вышла представительница Миннесоты в нижней палате Конгресса Мишель Бакман. Однако чем больше американцев начинает обращать внимание на кампанию республиканцев, тем более очевидна потребность в политическом тяжеловесе, способном бросить вызов Обаме.

Именно в ответ на эту потребность в гонку вступил популярный и успешный Рик Перри. Его козыри в том, что именно в Техасе за последние непростые для американской экономики годы было создано наибольшее количество рабочих мест.

Перри затмил Бакман, но и проблемы с его кандидатурой стали очевидны очень быстро. Дело в том, что политическая карьера Перри до сих пор складывалась настолько удачно, что он побеждал на выборах без участия в теледебатах с оппонентами. На арене федеральной политики избежать дебатов просто невозможно, а с каждым новым выступлением рейтинг Перри продолжает падать. Дискутируя с оппонентами, он не сумел удержаться и от откровенности, например не отрекся от своей политики предоставления финансовой помощи со стороны штата детям нелегальных иммигрантов, заявив, что дети ни в чем не виноваты и отказ им в помощи был бы бессердечием.

Однако большое сердце не является сегодня признаком хорошего республиканского радикала, поэтому Перри очень скоро пришлось оправдываться за трату денег налогоплательщиков на образование для детей нелегалов. И список того, в чем губернатору стало нужно оправдываться, этим далеко не исчерпывается, а наблюдателям стало понятно, что кандидат он далеко не идеальный.

Однако проблемы Перри не убедили республиканских активистов поддержать Ромни. Продолжались лихорадочные поиски кандидата, безупречного в своем консерватизме. (Разговоры о том, чем любой успешный республиканец, включая Рейгана, не устроил бы современных республиканских активистов, уже стали излюбленной темой американских юмористов.) Бывший губернатор Флориды Джеб Буш, сын и младший брат президентов Бушей, отпал очень быстро. Несмотря на свои многие и очевидные достоинства, он был бы слишком удобной мишенью для демократов.

Губернатор Миссисипи Хэли Барбур за время своей успешной и продолжительной политической карьеры много работал в Вашингтоне, заслужив репутацию одного из самых влиятельных в американской политике лоббистов. Хотя сам Барбур этим фактом гордится, «лоббист» — слово для радикалов-республиканцев ругательное не меньше, чем для радикалов-демократов. Губернатор Индианы Мич Даниэлс был бы, пожалуй, еще более сильным кандидатом с точки зрения независимого большинства избирателей, однако он не отказывается от своих сомнений в разумности республиканского радикализма. Поэтому, когда он объявил об отказе участвовать в кампании ради своей семьи, не много нашлось желающих его отговаривать.

Без третьей силы

Если говорить о более молодом поколении республиканцев, то называлось два имени возможных претендентов, так и не ставших кандидатами: конгрессмен от Висконсина, председатель бюджетного комитета Палаты представителей Пол Раян и губернатор Нью-Джерси Крис Кристи. Первый, похоже, возможность выдвижения своей кандидатуры всерьез не рассматривал. Пожалуй, даже для него очевидно, что его радикальные призывы кардинально реформировать американскую систему социального обеспечения, чтобы сократить расходы, едва ли пользуются поддержкой большинства избирателей, хотя в политической смелости Раяну не откажешь.

Губернатор же Кристи политик действительно умелый и харизматичный. Одна его победа в Нью-Джерси, где традиционно сильны демократы, стоит многого. Известно его политические бесстрашие, он не боится говорить электорату неприятные вещи даже по поводу перспектив реформирования системы социального обеспечения. Не стесняется Крис Кристи и вступать в споры с избирателями. Если во время встреч кто-то желает с ним поругаться, Кристи охотно начинает полемику и еще ни разу не проиграл.

После того как стало понятно, что успех Перри в противостоянии с «неизбежным кандидатом» Ромни не очевиден, республиканские политики и спонсоры начали настоящий марафон, целью которого было уговорить Кристи вступить в борьбу. Однако Кристи хватило политического таланта понять, что к борьбе за высший пост в стране он пока не готов. «Что, кроме суицида, мне нужно сделать, чтобы убедить вас: я не буду баллотироваться?! Или только суицид?!» — с присущим ему юмором отвечал он хору уговаривающих.

Давление на Кристи росло. В какой-то момент казалось, что он действительно начал задумываться об участии в президентской кампании. Но в итоге все-таки отказался. Произошло это, видимо, потому, что он ясно понимал: шансы пробиться через череду праймериз, где тон задают радикалы, у него невелики. Уже неоднократно он скептически комментировал «догматы» республиканских радикалов, причем эти комментарии часто балансировали на грани того, что может быть напечатано или передано в эфире.

Интрига «Ромни против всех остальных» сохранилась. Помимо Перри и Бакман в политическом «меню» еще имеются: консервативный экс-сенатор от Пенсильвании Рик Санторум, малосимпатичный даже для политических союзников; экс-спикер палаты представителей Ньют Гингрич, которого опять-таки даже среди республиканских политиков всегда было принято характеризовать двумя словами: «умен» и «неизбираем». Далее, бывшему губернатору Юты и послу Обамы в Китае, миллиардеру Джону Хантсману остряки рекомендуют обратить внимание на то, в чем он участвует: праймериз-то республиканские, а не демократические. Его рейтинг иногда падает даже ниже одного процента — уровня, достаточного, по мнению американских телевизионщиков, для участия в дебатах.

Есть еще ультралиберал Рон Пол, личность незаурядная, человек, достойный отдельного, обстоятельного рассказа. Однако с точки зрения президентских выборов можно с уверенность сказать, что у него нет никаких перспектив. Главная проблема конгрессмена от Техаса состоит в том, что он называет вещи своими именами и искренне верит, что для успеха в политике необходимо придерживаться своего мнения, быть честным до конца и думать о перспективах своей страны.

Социологи отмечают рост поддержки пожилого Пола со стороны молодежи, думающие люди не могут не согласиться с последовательной, обоснованной позицией депутата, однако большинство американцев, ежедневно воспринимающих происходящее через призму ангажированных СМИ и заявлений политиков, озабоченных только своим переизбранием, едва ли решатся проголосовать за Рона Пола. Кандидатура Пола называется чаще всего, когда речь заходит о возможности появления в американской политике жизнеспособной третьей силы. Однако сам Пол все эти разговоры отвергает, называя себя республиканцем, — с его опытом нельзя не понимать, что перспективы в американской политике есть только у тех, кто связал себя с одной из двух основных политических партий.

Пицца с сюрпризом

После неудачных для Перри дебатов случилось неожиданное — резко вырос рейтинг предпринимателя Хермана Кейна, уверенно занявшего первую строчку во всех опросах. Многочисленные наблюдатели, поборов первоначальное удивление от происходящего, определили главную причину успеха — Кейн единственный из всех республиканских претендентов не имеет никакого политического опыта (пару раз, и те безуспешно, он пытался участвовать в первичных выборах.) В современной Америке, особенно среди потенциальных участников республиканских праймериз, такое отсутствие политических заслуг — несомненный плюс. Опросы демонстрируют стремительную утрату доверия граждан ко всем политическим институтам, многим американцам кажется, что политики, приведшие страну к кризису, не только не помогают, но делают ситуацию еще хуже.

Есть у Кейна и другие заслуги. Он — живое воплощение американской мечты. Чернокожий республиканец, родившийся в 1945 году в Мемфисе, он познал все ужасы сегрегации и дискриминации. В этом его судьба отличается от истории жизни Обамы: родители Обамы — белая американка из благополучной семьи и африканский студент, а мать Кейна была уборщицей, отец мыл туалеты, вершиной его карьеры стала должность шофера президента компании Coca-Cola. Гавайи и Индонезия, где прошел ранний этап жизни американского президента, — это не Атланта (куда вскоре после его рождения перебрались родители Кейна) и Юг в целом эпохи борьбы чернокожих за свои права. Кейн не только поступил в колледж и закончил его. Он дослужился до поста исполнительного директора одной из крупнейших американских компаний по производству пиццы. Затем долго работал в различных общественных организациях, представляющих интересы бизнеса. Особую известность получили его юмор, смекалка, умение завоевать расположение собеседника. При этом Херман Кейн всегда, в отличие от подавляющего большинства чернокожих американцев, самым активным образом поддерживал Республиканскую партию. Изначально кампания Кейна воспринималась большинством экспертов как классический пример участия в борьбе за высокий пост для достижения других целей. Имела хождение шутка, что таким образом бизнесмен планировал полностью распродать книгу своих мемуаров. Предприниматель не имеет предвыборного штаба в традиционном понимании, у него почти нет структуры для организации предвыборной кампании в отдельных штатах, не следует Кейн и традиционному плану, которого придерживаются кандидаты в американские президенты: например, ездит не по штатам, где будут первые праймериз, а туда, куда ему хочется.

Однако при этом он долго лидировал в опросах, собирал солидные суммы предвыборных пожертвований. Похоже, Кейн довел до логического завершения традиционный американский подход к предвыборной кампании как к серии действий, направленных на «продажу продукта», кандидата, «потребителям», избирателям. Любое выступление Кейна — это яркая рекламная кампания с небольшим смыслом и содержанием, сводящаяся к радикальному снижению налогов. Он выступал с таким задором, что избиратели, подавляющее большинство которых не имеет ни времени, ни желания, ни возможности читать анализ его предложений экономистами, обращают внимание на кандидата, выделяющегося на фоне остальных претендентов, большей частью повторяющих одно и то же.

Таким образом, Кейн сумел стать ответом на главную потребность нынешней кампании среди республиканцев: тон в этой кампании задают радикалы, главным требованием которых сегодня является тотальное неприятие всего американского политического класса. Совершенно неполитическая карьера Кейна с этой точки зрения стала решающим аргументом, усиленным его многочисленными популистскими лозунгами вроде обещания законодательно ограничить объемы законов парой страниц, чтобы они были понятны большинству американцев.

Однако и Херман Кейн не выдержал стресса затяжной и интенсивной предвыборной гонки. Более опытные конкуренты без труда ловят его на противоречивых заявлениях, зачастую недостаточно продуманных. Он постоянно бравирует своим принципиальным незнанием международных отношений. Став лидером, Кейн стал и объектом пристального внимания СМИ, активно занявшихся рассмотрением его биографии.

В результате журналисты раскопали не только многочисленные факты сексуальных домогательств Кейна к подчинённым-женщинам, но и нашли женщину, заявившую, что на протяжении многих лет она была любовницей бизнесмена, не устающего заявлять о том, какой он примерный семьянин. Настал черёд Ньюта Гингрича быть «анти-Ромни» — его рейтинг стремительно взлетел, опередив неизменный рейтинг Ромни. Впрочем, удержаться на вершине трудно: газеты продолжают расследовать лоббистскую работу Гингрича на компании, которые он клеймил с трибуны Конгресса. Опытные наблюдатели за американской политикой уверены, что дождутся от бывшего спикера фатальной ошибки.

При этом многие представители республиканского истеблишмента, понимая, что альтернативы бывшему губернатору Массачусетса не найти, сплачиваются вокруг его кандидатуры. В конце концов, если Мит Ромни и дальше будет укреплять свой статус фаворита республиканских праймериз, а в перспективе и сильнейшего оппонента для столкнувшегося с множеством проблем президента Обамы, поток средств от крупного бизнеса в фонд Ромни станет только расти. Уже стали заметны выпады против Ромни со стороны штаба Обамы — похоже, и там определились с соперником. Но это все в теории, на практике же на прошлых республиканских праймериз сторонники советовали Маккейну сниматься с выборов несколько раз — настолько он был непопулярен, а его кампания велась хаотично. В итоге, если бы не случилось финансового кризиса, у Америки сегодня мог бы быть другой президент.