Проблема голого президента

От редактора
Москва, 29.09.2011
«Русский репортер» №38 (216)

Представьте себе человека, который живет в доме за колючей проволокой, выезжает только в казенном охраняемом автомобиле в сопровождении полиции, у которого почти нет времени побыть одному. К нему постоянно приходят люди, с которыми невозможен искренний разговор, а нужно держать ухо востро. И это не заключенный.

А кто? Правильно, это «раб на галерах», то есть будущий и прошлый президент России. Когда Владимир Путин сказал, что он «как раб», сетевые шутники неправильно расслышали, и появилось в интернете устойчивое выражение «Путин краб». Глупо же — «краб», вроде совсем и не похож.

Зато недавно мы обнаружили, что на что-то членистое и многоногое похожа схема личных связей в руководстве нашей страны: она вся завязана на один доминирующий центр — Владимира Путина. За последние 11 лет другие конкурирующие «узлы» кадровой структуры сдулись. Сохранился и усилился один только Алексей Кудрин — он, возможно, только и может еще говорить Путину правду. Как сам ее понимает. О том, что всех ждет потерянное десятилетие, что надо повышать налоги или пенсионный возраст, что он отказывается работать с Медведевым в будущем правительстве. Но в этой правде мало утешения — сплошная депрессия и отчаяние.

Если поиронизировать, то можно сказать, что для удаления Кудрина, как раз и стоило проводить рокировку Путин — Медведев. Но если серьезно, то сказка «Голый король», если прочитать ее с точки зрения политической науки, не про нравы и психологию, а про недостроенную, дефицитную структуру власти и управления. Голый-то не лично Путин, даже когда он позирует с винтовкой, а сам пост президента в России, единственный столп власти в стране.

В то время как у друзей-партне­ров есть чем прикрыться (парламент, партии, суды, самоуправление, негосударственные агентства, независимая экспертиза, сильные «политические» министры), у президента России есть только он сам и его одиночество.

Когда в 2008 году президентом стал Медведев, конструкция, казалось, усложнилась. Но сейчас понятно, что она усложнилась тоже в виртуальном смысле — создавался вроде как новый круг экспертов при президенте. По итогам четырех лет никаких новых «одежд» у поста президента не появилось.

Я на самом деле не знал заранее об историческом решении Путина и Медведева поменяться местами. И никто не знал, что бы сейчас ни говорили хвастуны. Поэтому совершенно случайно материал об этом событии попал в один номер с нашим специальным проектом «100 самых авто­ритетных людей России». Но получилось правильно — потому что они связаны.

Если смотреть не «политологически» — в сторону Кремля или его непримиримых оппонентов, а широко — на всю страну, на общество, то окажется, «что обычная тоска неприлична и низка». В стране есть много людей, которые здорово делают свое дело, которые не боятся говорить правду и совершать независимые поступки.

Для президента, для президентской власти это означает, что есть шанс на развитие общественной политической системы, что при желании и минимальном уровне веры в сограждан и будущее страны «политические одежды» можно выкроить. В стране есть кому доверять и есть те, кто скажет правду в лицо.

Карлейль как-то написал, что первейший признак ничтожества — это неверие в великого человека. По-моему, наш проект просто облегчает веру — в свою страну, в своих современников и в конечном счете в себя. И это вещь более важная, чем актуальный политический комментарий. Авторитеты, люди с заслуженной репутацией, если пользоваться библейской метафорой, — праведники поколения.

И их больше 10. И даже гораздо больше 100.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №38 (216) 29 сентября 2011
    Новый срок Путина
    Содержание:
    Фотография
    Вехи
    Самые авторитетные люди России
    Реклама