Тень Левиафана

Главный "теневик" России - государство. Кампанию противодействия теневой экономике и коррупции надо начинать с сокращения его экономических функций

В деле бывшего миасского мэра Владимира Григориади (подробнее см. "Надо ж дать", "Э-У" 34 от 13.09.04) 12 октября поставлена точка. Суд признал его виновным по ст. 290, ч. 4, пункты "в" и "д" (получение взятки, сопряженное с вымогательством), и приговорил к отбыванию восьми лет в колонии строгого режима и штрафу в 1 млн рублей. Кроме того, Григориади лишен права в течение трех лет по истечении срока заключения занимать государственные и муниципальные должности.

Угроза наказания за превышение полномочий нависла и над главой Перми Аркадием Каменевым: 1 октября стали известны результаты проверки деятельности горадминистрации в 2001 - 2003 годах. Проверка проведена в феврале - марте этого года группой специалистов контрольных органов, областной прокуратуры и Минюста. Эксперты, в частности, пришли к выводу, что численность сотрудников органов местного самоуправления Перми постоянно увеличивается, в результате норматив уже превышен более чем на 30%. В отчете проверявших отмечается завышение окладов глав администраций районов города. За 2002 год сумма выплаченной материальной помощи зашкалила за предельную в 2,3 раза, за 2003 год - в 1,7 раза. Как следует из отчета, "по аппарату администрации необоснованные выплаты составили соответственно 1675 и 1555 тыс. рублей". Кроме того, прошлогодними постановлениями главы Перми на берегу Камского водохранилища и в поселке Новые Ляды четырем чиновникам на возмездной основе предоставлены в собственность для индивидуального дачного строительства земельные участки. При этом, утверждают проверяющие, мэрия нарушила закон, не выставив участки на торги.

В общем, возникает ощущение, что на Урале разворачивается антикоррупционная кампания. Но это только ощущение.

Кто отбрасывает тень

На прошедшей в Екатеринбурге в конце сентября первой Всероссийской научно-практической конференции "Теневая экономика: проблемы диагностики и нейтрализации" уральские предприниматели и ученые выдвинули следующее определение: "Теневой сектор экономики есть самоорганизующаяся система отношений между экономическими субъектами, охватывающими все стадии общественного воспроизводства с целью получения экономической выгоды, результаты и (или) способы достижения которой по различным причинам либо подменяются, либо принижаются, либо полностью скрываются как от непосредственных, так и от опосредованных участников отношений" (исследование "Теневая экономика, административные барьеры, малый бизнес". Екатеринбург, 2004).

Попробуем нащупать приемы противодействия теневой экономике и сопровождающей ее коррупции. Но прежде логично зададимся вопросом: кому выгодно? Кто "отбрасывает тень"?

Первая версия: предпринимательство. Скрывая часть дохода, откладывая на черный день, бизнесу легче выжить в непредсказуемых условиях. Это подтверждают и сами предприниматели - соавторы цитируемого отчета: "Теневая активность малых предприятий возникает как реакция на неадекватное регулирование малого бизнеса со стороны государства в форме административно-организационных препятствий, несовершенства системы защиты прав собственности, высокого уровня налогообложения". В силу перечисленных барьеров причастность к коррупционным механизмам становится для предпринимателя существенным конкурентным преимуществом.

Вот прозвучала и вторая версия: государство. От многих предпринимателей нам довелось слышать, что проще и безопаснее "дать на лапу", чем судиться с властью: "Тем более что правоохранительные органы и суды работают плохо, и правды там редко добьешься".

Но если общепризнанные рецепты снижения объемов теневой экономики и коррупции выработаны и проверены на практике, почему российская власть не пользуется ими? Очевидно, потому, что допущение "тени", сегрегация бизнеса на "свой" и "остальной", привязывание первого (на обманчивую зависть второму) наркотиком коррупции - есть для бюрократии способ удержания власти и поправления материального благополучия.

Наконец, верна и третья версия: теневая экономика выгодна населению. "Чулок" для наемного обывателя - в принципе то же, что офшорный банковский счет для нашего бизнесмена. Так как система социальной защиты не в состоянии обеспечить прожиточный минимум, а число рабочих мест с высокой оплатой труда ограничено, то востребованы и занятость в неформальном секторе экономики, и зарплата в "конвертах". Благодаря теневой экономике такие явления, как невыплата зарплаты, незначительные величины пенсий и пособий, не приводят к острой социальной напряженности.

Проигрывают все

Может, тогда в теневой экономике и коррупционной системе вовсе нет проигравших? Отнюдь. Проигрывает и бизнес, и государство, и население. Главная жертва - слабо защищенный малый бизнес. Втягиваясь в коррупционный омут, он, по сути, ставит крест на перспективе собственного развития. Получив некоторые преимущества, сталкивается с куда более серьезными проблемами. Это и дополнительное внимание контролирующих организаций, и сложность ведения бухгалтерского учета, и трудности с получением банковских кредитов. А главное - значительные неформальные издержки и зависимость от липкой бюрократической опеки. По данным общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства "Опора России", три четверти предпринимателей проверяются различными контрольными органами (налоговой инспекцией, госсанэпиднадзором, противопожарной службой и госторгинспекцией) несколько раз в год, некоторые - ежемесячно; в подавляющем большинстве случаев сотрудники контролирующих органов требуют предоставить документы, информацию, образцы продукции, не относящиеся к предмету проверки, вынуждая предпринимателей становиться под их "крышу".

По подсчетам экспертов общественной организации "Технологии - XXI век", малые предприниматели платят по всей стране взятки чиновникам в размере не менее 500 млн долларов в месяц - это 6 млрд долларов в год. Согласно результатам исследования фонда "Индем", общая сумма взяток с бизнеса составляет по минимальным оценкам 33,5 млрд долларов в год, что сопоставимо с размером доходной части федерального бюджета-2001.

По данным собственного исследования "Опоры России", проведенного в 48 регионах России, в том числе и на Урале, малые предприятия тратят на "преодоление административных барьеров" в среднем до 10 тыс. рублей и до 70 часов на одного работника в год. Предприятие из 20 человек вынуждено обзаводиться специалистом "по барьерам". А упоминавшееся исследование "Теневая экономика, административные барьеры, малый бизнес" указывает: свыше 60% малых предприятий ежемесячно несут неформальных расходов на 3,5 тыс. рублей каждое. На получение разрешительных документов предприниматель за год тратит в среднем 49 дней и 700 долларов, что в 1,5 раза выше официально установленных расценок.

Необоснованные проверки и поборы предпринимательства наносят ущерб и потребителям. По данным исследования, проведенного группой специалистов экономического факультета МГУ, совокупные издержки бизнеса, вызванные необходимостью преодоления административных барьеров, составляют до 10% товарооборота потребительского рынка. Значит, каждая российская семья переплачивает в среднем по 500 рублей ежемесячно. И это лишь верхушка айсберга.

В стране, где только официально пятая часть населения находится за чертой бед-ности, развитие малого бизнеса - дальновидный метод повышения занятости, благосостояния, покупательской способности граждан и обеспечения экономического роста. Поддержка личной инициативы, нестандартных идей - это и способ диверсификации экономики, перехода на инновационный путь развития, освоения новых рыночных ниш, в том числе на международных площадках. Таким образом, коррупционное подавление предпринимательства ведет к сокращению доходов государственного и местных бюджетов, отягощению зависимости национальной экономики от сырьевого сектора, снижению ее конкурентоспособности и инвестиционной привлекательности, геополитического статуса страны, наконец.

Однако главный урон для государства - рост апатии наиболее мобильной, предприимчивой категории населения, асинхронизация ее деятельности и ценностных ориентиров с планами государства. В древней китайской книге "Луньюй" (глава XII, притча 7) встречаем такой пассаж: "Цзы Гунн спросил о сущности истинного правления. Учитель (Конфуций. - Ред. ) ответил: "Это когда достаточно продовольствия, достаточно оружия и есть доверие народа". Цзы Гунн спросил: "Если бы пришлось выбирать, то чем Вы смогли бы пожертвовать в первую очередь?". Учитель ответил: "Можно отказаться от оружия". Цзы Гунн вновь спросил: "А если бы пришлось выбирать из оставшихся двух, то чем Вы смогли бы пожертвовать прежде всего?". Учитель ответил: "Отказался бы от продовольствия. Смерти никому из людей не избежать, но если народ перестанет доверять, то государству не устоять"".

Члены правящей коррупционно-бюрократической касты неприкасаемых, ставящие сиюминутные личные интересы превыше стратегических национальных, разрушают государство как крепежный механизм нации. Сегодня российское государство напоминает змею, кусающую себя за хвост.

Что делать

Итак, преодоление административного засилия в экономике и возникающей на его почве коррупции как вируса-возбудителя "тени" - не прихоть неравнодушной, общественно активной части предпринимательства, а задача, от выполнения которой зависит грядущая судьба российской нации и ее государства.

Что делать? Обрисуем в общем виде сценарий, кажущийся нам оптимальным. Он базируется на принципах достаточности, однозначности и публичности.

Первое: устранить правовую основу теневой экономики - снизить налоговое бремя на бизнес, упростить понятийный аппарат законодательства, сделать прозрачными процедуры его исполнения (например, через создание общедоступных сайтов органов власти с бесплатным доступом к исчерпывающей информации по вопросам налогообложения и регулирования хозяйственной деятельности), оптимизировать сроки вступления законодательства в силу и исполнения его норм.

Второе - выбить почву из-под ног адресата коррупции: максимально урезать контрольно-регулирующие функции бюрократии, одновременно сократить административный аппарат и увеличить жалование оставшимся чиновникам. Кстати, комиссия по административной реформе под председательством бывшего вице-премьера Бориса Алешина, завершившая деятельность в марте этого года, признала избыточными до тысячи государственных функций.

Третье: осуществить реформу, направленную на формирование подлинно независимой судебной системы (возможно, с помощью институтов выборности, сменяемости и финансовой самостоятельности судей).

Четвертое: поставить непременным условием общественную антикоррупционную экспертизу законодательства, как федерального, так и местного, с обязательным обнародованием ее результатов.

Пятое: развернуть общенациональную пропагандистскую кампанию, разъясняющую пагубность теневой экономики, порицающую коррупционеров, поддерживающую законопослушных бизнесменов и чиновников.

Последний пункт мы поставили в число приоритетных неслучайно. Директор "Центра антикоррупционной политики" Юрий Ермаков, выступавший на екатеринбургской конференции, опираясь на данные различных социологических исследований, пришел к выводу: "Массовое сознание в современном российском обществе в высокой степени толерантно к коррупции". Действительно, иерархичность и круговая порука - в исторических традициях нашего общества.

Если смотреть шире, то преодолению "тени" будет способствовать укрепление экономической базы регионов и местного самоуправления - благодаря их укрупнению с одновременным делегированием им государственных функций, полномочий и соответствующих ресурсов и активизация общественно-политической деятельности предпринимательского сообщества - через соучредительство СМИ, участие в процессах партстроительства, избирательных кампаниях, формировании представительных и исполнительных органов власти.

Увы, оглянувшись окрест, мы не заметим метаморфоз, говорящих хотя бы о зреющей готовности государства, бизнеса и населения приступить к осуществлению описанного плана. Даже наоборот. Поэтому поблазнившаяся было антикоррупционная кампания - исключительно субъективные ощущения. Скорее всего, мы имеем дело с показательными процессами, рассчитанными на подготовку общественного мнения в преддверии "усиления вертикали власти". По-видимому, государственные органы власти стремятся показать: местное самоуправление - рассадник взяточничества, и будет лучше, если мэров станут назначать. Кому лучше - вопрос открыт.