Муси-пуси-бизнес

Алексей Крижевский
22 марта 2004, 00:00

Российский отборочный тур конкурса "Евровидение" продемонстрировал, что рынок российского шоу-бизнеса вырос и приблизился к европейским стандартам. С помощью продюсерских технологий отечественный меломан превращается в потребителя

На прошлой неделе воспитанница "Фабрики звезд-2" Юля Савичева была избрана российским делегатом на конкурс "Евровидение". Между тем первоначально ходили странные слухи: дескать, на "Евровидение" от России в действительности собираются послать украинских артистов - то ли игривую девичью группу "Виа Гра", то ли Верку Сердючку. Объяснялся такой шаг просто - к голосам русских при таком раскладе прибавлялись бы голоса патриотично настроенных граждан сопредельной республики. На самом деле украинский вариант не мог быть разыгран ни при каких обстоятельствах - российское жюри впервые за долгие годы не знало отбоя от вполне форматных и прибыльных проектов, ходящих под российским флагом. Да и сама ситуация на российском поп-рынке принципиально отличается от той, что была еще три-четыре года назад.

В 2000-м девушка Алсу с ее "серебряным" евроместом укрепила зарубежное реноме российского попса. Однако уже в следующем году Первому каналу (именно он как член Европейского вещательного союза занимается организацией российского отборочного тура конкурса) было просто некого посылать в Копенгаген. Группа "Мумий-тролль" получила предложение поехать в Данию "по совокупности заслуг" и в самый последний момент. То решение не назовешь удачным - разве что в случае поражения можно было с легким сердцем сказать, что для людей, привычных к усредненно-дискотечному европопу, изысканный и куртуазный русский поп-рок был слишком хорош. 2002 год, в котором честь нашей страны защищал бойз-бэнд "Премьер-министр", также не стал прорывом "наших на Запад": заняли умеренно неплохое десятое место (что позволило России не пропустить следующий год), и ладно. В прошлом году вопрос об отказе России от участия в "Евровидении-2003" обсуждался на самом высоком телевизионном уровне: было ясно, что после всемирного сумасшествия по "Тату" другой кандидатуры просто не существует - однако послать в Латвию скандальный дуэт решились далеко не сразу.

Ныне - другое. У Юли Савичевой было около семисот конкурентов на путевку в Стамбул. Все "Фабрики" - с первой по третью - оказались пусть и немного искусственным, но вполне эффективным "разогревом" для отечественного шоу-рынка: выбор поп-продукта, представленного жюри, напоминал уже не сельпо начала 90-х с рядами одинаковых консервов на полках, а вполне современный супермаркет. "Львиную долю новых проектов для музыкального вещания ОРТ и всего рынка шоу-бизнеса дал проект 'Фабрика звезд'. И это значит, что теперь у нас есть что предъявить Европе помимо шокирующих 'Тату'", - сказал в беседе с корреспондентом "Эксперта" директор дирекции музыкального вещания ОРТ Юрий Аксюта. Произошел качественный сдвиг - вместо финансовых инвестиций, которые тратились на поддержание на плаву б/у-проектов, начались вливания свежей крови, что не могло не сказаться положительно на объеме рынка. Так, по оценкам экспертов, прирост новых видеоклипов отечественных исполнителей в эфире музыкальных телеканалов за последний год составил около 30%. Примерно на столько же увеличилось количество контрактов, подписанных поп-музыкантами с фирмами грамзаписи в минувшем году. Многие продюсерские центры произвели срочный донабор сотрудников по работе с новыми артистами. Сразу несколько концертных промоутеров, занимающихся организацией региональных гастролей поп- и рок-звезд, признались корреспонденту "Эксперта" в увеличении количества "продаваемых" ими артистов.

Свойство деления

Объемы рынка аудиопродуктов и шоу-бизнеса увеличиваются - однако число тех, кто эту растущую прибыль делит, сокращается. Хуже всего себя сейчас чувствуют те компании, которые еще четыре-пять лет назад строили амбициозные планы и крупномасштабные бизнес-стратегии, широкой рукой привлекая под свои проекты инвестиции. Тем же, кто нарабатывал капитал долгим, кропотливым и зачастую отнюдь не масштабным трудом, судьба сейчас благоволит куда больше. Пройдя в последние годы период накопления собственного капитала, они впервые получили оборотные средства для обеспечения нынешних рисков.

Выбор поп-продукта, представленного нынешнему жюри "русского 'Евровидения', напоминал уже не сельпо начала 90-х с рядами одинаковых консервов на полках, а вполне современный супермаркет

Так, одним из самых крупных игроков аудиорынка стал лейбл "Мистерия звука", еще пять лет назад ковавший капитал в основном печатанием тиражей дисков для более крупных звукозаписывающих концернов. Ныне компания сама заключает контракты с музыкантами и выпускает буквально все - от детских сказок до русского шансона. В одной только весенней обойме у них оказались новые пластинки "Мумий-тролля", "Запрещенных барабанщиков" и "Би-2"; причем последние перешли к ним из Sony Music. Кстати, заниматься паблишингом прагматичные владельцы "Мистерии" и сейчас не бросили.

Их антиподом до недавнего времени считалась Real Records - имеющая репутацию самой крупной российской звукозаписывающей компании. Такому реноме она во многом обязана своей изначальной тесной связке с Первым каналом - компания до последнего времени имела на канале "аффилированную" телепередачу "Реальная музыка", а "смотрящим" за деятельностью фирмы, как говорят, был лично Константин Эрнст. Еще пять лет назад стратегический смысл ее прежнего курса (проводимого тогдашним гендиректором Аленой Михайловой) состоял в том, чтобы, используя возможности канала, оседлать новую моду на русский поп-рок с максимальной эффективностью. Практически все молодые и многие заслуженные рок-группы того времени были "подписанными" артистами "Реала" - причем многих из них связывали весьма серьезные контракты. Показателем былой мощи компании может служить, например, следующее: именно на этом лейбле чрезвычайно избирательный в коммерческих вопросах "Аквариум" выпустил в 1999 году свой альбом "Пси". Между тем коммерческая эффективность этой стратегии была переменной: оборотный капитал для компании зарабатывали попсовые артисты "реаловского" подлейбла Iceberg Music, среди которых в разное время побывали Владимир Кузьмин, Алсу, Жасмин и группа "Краски", а также Земфира, считающаяся единственным коммерческим тяжеловесом русского поп-рока.

В начале нынешнего года в компанию пришел Иосиф Пригожин; когда-то он состоял продюсером на "ОРТ-рекордз", а затем сумел поставить на ноги новую компанию Nox Music, в активах которой числились Кристина Орбакайте, Авраам Руссо и Чиж. Выяснилось, что его расчет оказался более дальновидным - занимаясь в основном рейтинговыми, "коммерческими" артистами, он отводил "рокенролу" 10-15% усилий и денег. Теперь, когда он стал заниматься делами альянса "Real Records-Первый канал", есть основания думать, что доля русского поп-рока в каталоге компании сильно сократится: оставят только "рентабельных" рок-артистов, а о наполеоновских планах по воспитанию вкусов откажутся вовсе. Вероятно, можно также ожидать скорого сближения и даже слияния "Реала" и "Нокса": это позволит Пригожину объединить обширные возможности одной с эффективными механизмами другой. Кстати, любопытный штрих к портрету этого "музыкального олигарха" - в конце минувшего года, еще до назначения в "Реал", он, помимо прочего, стал концертным директором Кремлевского дворца.

Чемпионат продюсеров

Своеобразным хит-парадом продюсеров может служить шорт-лист нынешнего "русского 'Евровидения'". В него помимо Савичевой (продюсер Максим Фадеев) вошли: дуэт Smash (в свое время созданный как отражение "Тату", только без скандального драйва) с продюсером Михаилом Топаловым, Анастасия Стоцкая (финалистка "Юрмалы" и протеже Филиппа Киркорова) и Дима Билан (продюсер Юрий Айзеншпис). Упоминание продюсеров здесь обязательно - ведь это был, скорее, чемпионат влияния среди "опекунов" артистов, нежели творческое соревнование самих "звезд". Победа Максима Фадеева, пестующего помимо питомцев второй "Фабрики" еще и чрезвычайно "актуальную" Катю Лель, была вполне очевидна. Если уместно говорить о параллелях между профессиями политтехнолога и музыкального продюсера, то Фадеев дал бы фору любым павловским и белковским - он точно знает, не только кто из его артистов на что способен, но и как, выпуская очередной хит, точно "зацепить" слушателя. Написанную им песню Кати Лель "Муси-пуси", несмотря на присутствующую в ней ярко выраженную бордельную экспрессию, распевала вся страна. "Прошедший год в русской поп-музыке, безусловно, прошел под знаком Максима", - так отозвался о победителе российского этапа конкурса Юрий Аксюта.

"Евровидение" - довольно четкий, но отнюдь не универсальный индикатор могущества в продюсерском мире, в нем тоже есть своя иерархия. У русских искателей талантов есть свой крестный отец - Игорь Крутой, человек, полностью оправдывающий свою фамилию. Для него "засветиться" в национальном полуфинале попсового еврокубка - отнюдь не программа-максимум. Композитор и музыкант, он - ветеран русского шоу-биза и единственный на данный момент "продюсер полного цикла": в его империю входят фирма звукозаписи, артистами которой является едва ли не половина действующих поп-звезд, концертные организации, а также телеканал "Муз-ТВ" плюс доля в капитале нескольких радиостанций.

Телевидение показывает товар лицом, радио ловит на крючок, бумажная пресса и уличная реклама дают последний толчок. Билет на концерт продан, цепочка сработала. Продюсеру, музыканту, издателю важно только правильно и вовремя договориться между собой

Крутой, начинавший свою деятельность еще в начале 90-х, был одним из первых, кто сразу стал уделять особое внимание медиа, причем электронным СМИ в первую очередь. Связи Крутого на телевидении в свое время были столь обширны, что практически все поп-звезды "родом из 90-х" обязаны ему своими нынешними достижениями. Ныне, ко всему прочему владея самым рейтинговым музканалом страны, он остается недостижимым по влиянию шоу-бизнесменом. Некоторые из игроков сегодняшнего рынка при определенных обстоятельствах могли бы быть запросто проглоченными его империей. Крутой - один из организаторов предвыборно-концертного турне "Голосуй или проиграешь" - имел все шансы сменить статус воротилы шоубиза на титул медиамагната, однако предпочел стать таковым только в области музыки. Однако именно в 1996-м, близко познакомившись с практическим использованием политических технологий, он вместе с коллегами убедился в том, что телевидению, по большому счету, все равно, что выигрывать - выборы или бои за зрителей и тиражи. У кого в руках музыкальное вещание - тот царь музыкальной горы. Телевидение показывает товар лицом, радио ловит на крючок, бумажная пресса и уличная реклама дают последний толчок. Билет на концерт продан, цепочка сработала. Продюсеру, музыканту, издателю важно только правильно и вовремя договориться между собой. Крутому надо договариваться исключительно с самим собой. Со своим клиентом - зрителем - он общается почти без посредников.

Ряска и встряска

Российский шоу-рынок в данный момент уже выходит из переходного возраста - его постоянная структура только-только сложилась и окрепла. По сути дела, до последнего времени участникам рынка приходилось иметь дело с "поветриями", рудиментами позднесоветских времен, когда на официальной эстраде были Кобзон и Лещенко, а на куда более репрезентативной подъездной сцене - "Сектор Газа" или "Гражданская оборона". Последним таким "поветрием" стала "эра рокапопса" - восход "Мумий-тролля", Земфиры и последовавшей за ними плеяды молодых поп-рокеров, которых можно слышать по "Нашему радио". Такая форма существования музыкального рынка причиняла много беспокойства тем из продюсеров, кто верил в постоянство обывательского вкуса и ставил на чистый попс - зато оборачивалась звонкой монетой для тех, кто успевал оседлать временное умопомешательство музыкальной моды. Почтенный Юрий Айзеншпис, например, свой первый капитал сделал, занимаясь делами Виктора Цоя.

Впрочем, сейчас "поветрия" закончились. Отечественный рынок поп-продуктов приобретает окончательные черты. У него впервые за многие годы появилась многослойность. Но при этом ни одна из музыкальных субкультур - будь то дискотечный попс, блатной шансон или пресловутый русский рок - не является доминирующей. Однако эта благотворная для бизнеса ситуация имеет и оборотную сторону.

Специфика поп-продукта в том, что он в отличие, скажем, от необходимых желудку йогуртов может быть навязан только пассивному потребителю, пренебрегающему воспитанием собственного музыкального вкуса: активного меломана интересуют вещи позатейливее, чем Катя Лель. Приобретая пластинку или билет на концерт, покупатель на самом деле покупает право на реализацию своего желания развлечься, а медиа и реклама подсказывают, каким именно образом это желание можно воплотить.

Выход российского шоубиз-рынка на обороты европейского масштаба - большая радость для тех, кто нанимает подневольных голосистых мальчиков и девочек петь песни, доступные восприятию тинейджера и его уставших после работы родителей. Но в любой торговле арт-продуктами есть четкое разделение на тех, кто (зачастую в убыток себе) формирует моду, и тех, кто потом собирает барыши, идя в фарватере конъюнктуры, созданной другими. Нынешнему благополучию шоу-бизнеса угрожает только одно - его нынешние воротилы недооценивают переменчивость публики (которую за глаза наверняка считают дурой) и степень вероятности совпадения ее очередного каприза с тем, что предложит очередной продюсер-пассионарий, у которого желание прославиться в качестве изобретателя новых форматов пересилит алчность. История поп-музыки знает немало примеров подобных катастроф. В Британии сладкопевец Энгельберт Хампердинк в начале 60-х был уничтожен Ливерпульской четверкой; в Америке Боб Дилан в одиночку расправился с целым кантри-движением; в Советском Союзе Кобзон, Юрий Антонов и Лещенко пали под напором рок-андерграунда, чтобы возродиться много позже в нелестном для их самолюбия качестве ностальгических ретро-артистов. И главная угроза нынешней, кажущейся устойчивой конструкции в том, что в появлении таких пассионариев нет никакой регулярности. Любая музыкальная конъюнктура, говоря словами Булгакова, не только смертна, она (и это главное) внезапно смертна. Однако русскому шоу-бизнесу об этом досадном факте думать пока некогда. Русский шоу-бизнес зарабатывает деньги.