Новая профессура

Общество
Москва, 26.02.2007
«Эксперт» №8 (549)
Новые русские профессора совсем не клоны западных: рациональное мышление у них сочетается с глубиной и тонкостью мироощущения, а ответственность задается не столько должностными, сколько этическими нормами

На открытии Массачусетсского технологического института Авраам Линкольн сказал: «Лицо университета определяется библиотекой и профессурой». За полтора века требования и к библиотекам, и к профессорам изменились, но суть утверждения американского президента справедлива и сегодня.

Большинство профессоров, если оглянуться на успешные западные университеты, — это ученые, бизнесмены, деятели культуры, совмещающие свою практику с преподавательской работой. Стать профессором, тем более высокорейтинговым, возможно при успешности собственной практики. А педагогическое мастерство у таких людей, как правило, присутствует благодаря многолетней работе с людьми.

Ситуация с российскими преподавателями вузов ровно противоположная: у большинства из них ведущая практика — преподавательская. Однако появляются в наших университетах и совсем другие профессора. Пока их немного, говорить о тенденции еще рано, но, возможно, это первые признаки ее зарождения. Один из таких людей — Валерий Семенычев, профессор кафедры «Математические методы в экономике» Самарского государственного аэрокосмического университета имени Королева. Он дважды доктор наук — технических и экономических, автор шести книг, пары сотен статей и нескольких десятков патентов, успешный бизнесмен с большим опытом управленческой и политической работы.

Валерий Константинович — абсолютно уверенный в себе человек, энергичный и веселый, по ходу разговора рассказывает много смешных историй и сам часто и заразительно смеется. Мы беседовали с ним, собственно, о нем самом.

— Что вы читаете студентам?

— Я читаю теорию вероятности, матстатистику, эконометрику и эконометрическое прогнозирование.

— Эконометрика — это что?

— Эконометрика занимается количественными оценками. Она конкретизирует, корректирует или даже отбраковывает теоретические модели: эта модель правильная, но работает с такими параметрами и в таком интервале переменных, а эта не отвечает реальной практике. С удивительным упорством экономисты держатся за простенькие модели в виде прямых, верх сложности для многих из них — параболы, гиперболы. А в реальности динамика показателей обычно существенно сложнее: она нелинейна по параметрам, содержит сезонные компоненты и разного рода циклы.

— То есть это прикладная наука?

— Да. Есть, конечно, некоторые общетеоретические конструкции, но все ориентировано на практику. Эконометрика широко распространена на Западе: семь из десяти последних лауреатов Нобелевской премии в экономике — эконометристы. В тамошних вузах ее читают, наверное, лет тридцать. У нас начали читать пять-десять лет назад. Специалистов практически нет, используются западные кальки, а они не соответствует нашей действительности. Западная наука обычно предлагает решения для стабильной экономики, а у нас ситуация постоянно меняется. Поэтому я не просто читаю лекции, я разрабатываю новые методы, которые позволяют определять тенденции, готовить решения на коротких выборках. Я занимаюсь эконометрикой малых выборок.

— А что вы прогнозируете?

— Недавно,

Новости партнеров

«Эксперт»
№8 (549) 26 февраля 2007
Банк развития
Содержание:
Шанс не зарыть деньги

Идея создания в России полноценного банка развития, с которой год назад выступил Владимир Путин, близка к воплощению. В отличие от экспериментов 1990-х — начала 2000-х годов нынешняя попытка создать работающий институт развития имеет шансы на успех

Обзор почты
Реклама