«Лузитания»

Максим Соколов
21 июля 2014, 00:00

7 мая 1915 г. во исполнение германского обещания о ведении неограниченной подводной войны у берегов Ирландии подводной лодкой был торпедирован британский пассажирский лайнер «Лузитания». Погибло 1198 человек.

17 июля 2014 г. во исполнение всеобщего стремления к миру и демократии в небе над Донбассом был сбит малайзийский пассажирский лайнер «Боинг-777». Погибло 298 человек.

На момент написания этой статьи отсутствовали достоверные и неопровержимые сведения о том, кто сбил самолет. Все стороны, вовлеченные в украинскую войну, в своих заявлениях оперировали лишь косвенными данными, толкуя их выгодным для себя образом.

Лишний раз подтвердилась та парадоксальная особенность современного мира, что, возможно, теперешние средства контроля и документальной фиксации знают все и от их всеведущего глаза никому не скрыться, но современные правительства располагают не только средствами фиксации, но и не менее мощными средствами пропаганды. В результате чего о событиях мирового значения — в том числе тянущих на полновесный casus belli — мы знаем столько же, сколько знали наши не снабженные всей мощью технологий прадеды и пращуры. Возможно, даже и меньше.

Эта особенность, с одной стороны, приводит к выдающейся неопределенности мировой политики. Будь беспристрастные средства контроля таковыми, как их живописуют, неопровержимо доказанных инцидентов, влекущих за собой войну, было бы гораздо больше. Пришлось бы либо воевать беспрестанно, либо вести себя гораздо более аккуратно. Когда же casus belli недоказуем и самые возмущающие душу события оказываются не более чем casus propagandae, у сильных мира сего создается иллюзия, что ни правды, ни лжи нет вообще, что принудить их ясным событием к ясному решению отныне невозможно и остается лишь вечная борьба за свободу и демократию во всем мире. Это иллюзия, потому что рано или поздно история возьмет свое и произойдет срыв резьбы во всем своем ужасе, но пока что вожди и их подданные пребывают в убеждении, что так будет всегда и ничем, кроме легкого щекотания нервов, такая практика миру не угрожает.

Нынешний casus propagandae свидетельствует о крайней удачливости украинского правительства и его могущественного заокеанского симпатизанта. По состоянию на 17 июля дела и Киева, и симпатизанта были совсем незавидными. Собранные по всей Украине войска попали в мешок и были разбиты, армия была деморализована. Что же до Вашингтона, то среди староевропейских союзников обнаружились трусость, измена и обман, причем открытые. Вместо того чтобы покорно делать все, что предписывает лидер свободного мира, державы Старой Европы подняли бунт на корабле и заявили о своей неготовности принимать в чужом пиру похмелье. Последовал прямой отказ и далее крушить непокорную Россию новыми санкциями, равно как и отказ и далее щедро финансировать движение Украины европейским шляхом. Политика нейтралитета была явлена во всей своей аморальности. Неизвестно, что было бы дальше: для Киева и Вашингтона точно ничего хорошего, — как вдруг в этот максимально критический для друзей Украины момент воздушный коридор для малайзийского лайнера был сдвинут украинской диспетчерской службой на север, так чтобы полет «Боинга» проходил прямо над зоной боевых действий. Там самолет и оказался сбит. Рука Всевышнего (или чья-то другая, не будем категоричны) батькивщину спасла. Или, по крайней мере, временно поддержала. Сбитым «Боингом» с тремя сотнями душ на борту Россия (кто же еще?) показала всю свою человеконенавистническую сущность, а европейцам стало труднее упорствовать в аморальном нейтралитете. Киев получил так остро необходимую ему передышку. Бывают подарки судьбы, но такой бесценный подарок и в самое нужное время тоже, наверное, бывает, но крайне редко. Старожилы и не припомнят.

Дальнейший ход кампании, значение которой, как понимают все, выходит далеко за пределы Донбасса и даже за пределы всей Украины — ставки гораздо более серьезные, — зависит от того, обеспечит ли инцидент с «Боингом» решительный и бесповоротный перелом в войне. Если обеспечит, т. е. контрнаступление сил ДНР, лишенное поддержки, захлебнется, Киев использует передышку для того, чтобы, собрав все резервы, проутюжить Донбасс до самой русской границы, европейцы перестанут заниматься трусостью, изменой и обманом и вновь явят несокрушимую солидарность в защите дела свободы, — что ж, тогда будущий историк отметит, что своей гибелью малайзийский лайнер спас дело украинской свободы и даже дело свободы и демократии во всем мире, сломив попытку возглавляемого Россией тоталитарного реванша.

Но возможны и другие варианты развития событий. Киев и Вашингтон могут проявить недостаточную расторопность и не использовать на все 150% случившийся подарок судьбы — даже такими бесценными подарками надо тоже с умом распоряжаться. Более того, в принципе не исключено, что при последующем предъявлении аргументов и контраргументов выяснится: подарок не мистический, а рукотворный, сотворенный самими друзьями Украины. С киевскими политиками и спецслужбами всякое бывает, и безусловно рассчитывать на них, особенно в таком деликатном деле, довольно опасно.

Тогда понадобится новый, еще более ценный — хотя, казалось бы, уж ценнее некуда, — подарок судьбы. Готова ли Фортуна на дальнейшие великие и богатые милости, сейчас предсказать невозможно.