Газ: когда ценам жарко

Александр Ивантер
первый заместитель главного редактора журнала «Эксперт»
13 сентября 2021, 00:00

Обвинения России в газовом шантаже Европы несостоятельны. Причина сверхвысоких цен на газ на континенте — рост потребления газа из-за погодных аномалий, резвого посткризисного восстановления экономик и не оправдавшей себя ставки на СПГ, который в этом сезоне «сбежал» в Китай

AXEL SCHMIDT/NORD STREAM 2/ТАСС
Завершена сварка последней трубы экспортного трубопровода «Северный поток — 2»

Эпопея многотрудной достройки магистрального экспортного газопровода «Северный поток — 2» (СП-2) близка к завершению. Шестого сентября оператор проекта Nord Stream 2 AG сообщил, что сварена последняя труба на строительстве второй нитки трубопровода. Далее предстоят пусконаладочные работы и сертификация инфраструктурного объекта. Процедура сертификации осложнена тем, что предполагавшийся аудитор, базирующаяся в Норвегии международная компания Det Norske Veritas, отказалась провести эту работу, опасаясь нового пакета американских санкций в отношении российских экспортных трубопроводов «Северный поток — 2» и «Турецкий поток».

Тем не менее глава «Газпрома» Алексей Миллер на прошлой неделе заявил, что «еще до конца этого года в этот отопительный сезон может поставить первый газ по газопроводу “Северный поток — 2” на европейский рынок». Ранее компания сообщала, что планирует поставить по СП-2 в Европу в текущем году 5,6 млрд кубометров газа.

Даже если этот план удастся выполнить в полном объеме, полностью покрыть дефицит голубого топлива в европейских подземных хранилищах газа (ПХГ) «Газпром» будет не в состоянии, ведь дефицит этот на сегодняшний день, по оценке «Газпрома», составляет величину почти втрое большую — порядка 14 млрд кубометров. По данным на первую неделю сентября, общие запасы газа в европейских ПХГ составляют 74,3 млрд кубометров — на 16% меньше, чем в среднем за последние пять лет на эту дату.

А значит, ценовое ралли на европейском газовом рынке продолжится. Цена на октябрьский фьючерс на нидерландском хабе TTF 9 сентября пробила психологически важный уровень 700 долларов за тысячу кубометров. До номинального рекорда — 940 долларов за тысячу кубов в марте 2018 года — еще далеко, но цены на электричество в Европе уже сильно кусаются. Повсюду на континенте они превысили в августе 100 евро за мегаватт-час, достигнув почти 120 евро в Испании и Великобритании. Кое-где расконсервируются угольные энергоблоки. Если экономика трещит по швам, на экологию и модную климатическую нейтральность приходится закрывать глаза: когда говорят пушки, музы молчат.

Но наслаждаться высокими европейскими ценами спот-рынка «Газпрому» сейчас явно недосуг. Головная боль «национального достояния» — внутренний рынок. Регионы Севера и Центра страны уже входят в отопительный сезон, а ПХГ внутри страны не могут похвастаться достаточными запасами. Точный уровень заполненности российских хранилищ — тайна за семью печатями, но недавно агентство Bloomberg сообщило, что для восполнения уровня запасов российских ПХГ до нужного уровня в них требуется закачивать порядка 280 млн кубометров в сутки, что соответствует примерно 80% ежедневного объема экспорта «Газпрома» в Европу. Причина — высокий уровень отбора из хранилищ прошлой холодной зимой и только что закончившимся аномально жарким летом.

А вот августовская авария на заводе «Газпрома» по подготовке конденсата под Новым Уренгоем, приводимая нередко в качестве причины серьезных перебоев поставок по главной газовой экспортной трубе Ямал — Западная Европа, в действительности никакого влияния на газовый экспорт не оказала. Вместо сгоревшей мощности были в сжатые сроки введены в действие ранее построенные мощности чуть меньшего размера, и поставки продолжились.

Восполнить внутренние запасы и уложиться при этом в экспортные контрактные обязательства флагману российской газовой отрасли будет непросто. Для справки: за первое полугодие текущего года поставки «Газпрома» в Европу шли почти с двойным превышением дополнительного спроса континента на голубое топливо: спрос увеличился на 14%, а поставки — на 22%. Помимо России смог увеличить поставки на континент только Алжир. Норвежцы не смогли увеличить поставки, решают свои внутренние технологические проблемы. Голландцы и англичане сокращают собственную добычу. А основные объемы сжиженного природного газа (СПГ) — и катарского, и американского — в этом году ушли в Китай, где спотовые цены заметно выше и так немаленьких европейских. Определенная часть рекордно высоких объемов американского СПГ отправилась в этом году и в Бразилию, где пораженные засухой ресурсы мощных местных ГЭС снизились.

На этом фоне раздающиеся в Европе обвинения «Газпрома» в газовом шантаже континентальных потребителей, что, дескать, русские намеренно не наполняют европейские ПХГ в целях скорейшей и на выгодных условиях реализации проекта «Северный поток — 2», выглядят, мягко говоря, надуманными. Объемы добычи «Газпрома» в 2021 году превысят 510 млрд кубометров, что, по словам начальника департамента компании Александра Иванникова, станет рекордным за последние десять лет и на 55 млрд кубометров превысит прошлогодний показатель. А если и есть кого упрекнуть, так это европейских чиновников, которые беспечно связали энергобезопасность ЕС с непредсказуемыми потоками СПГ.

«“Газпром” выполняет все свои контрактные обязательства перед европейскими потребителями, самостоятельно выбирая источники газа, — говорит директор по исследованиям VYGON Consulting Мария Белова. — Да, в ряде случаев компания предпочитала выбирать газ из своих европейских хранилищ, а не бронировать дополнительные мощности украинской газотранспортной системы. Причина этого — экономическая целесообразность».

«В текущем росте европейских цен основную роль играют факторы погоды, конъюнктуры, пандемии. “Газпром”, который обеспечивает треть импорта газа в Европу, конечно, тоже значимый фактор, но манипулировать ценами ему не под силу», — убежден заведующий лабораторией прогнозирования ТЭК Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Валерий Семикашев.

Как любая труба, приходящая в Европу, СП-2 подпадет под действие Третьего энергопакета ЕС. «Обидно, что она наряду с “Северным потоком”, по сути, единственные из недавно построенных газопроводов, которые не получили так называемые изъятия из законодательства и не смогут использовать свои мощности на сто процентов, — сокрушается Мария Белова. — В настоящее время оператор СП-2 ожидает решения немецкого регулятора по сертификации его в качестве независимого оператора, что позволит обойти требование о резервировании 50 процентов мощностей для третьих сторон».

Валерий Семикашев указал на один нетривиальный путь обхода ограничений ЕС, а именно доступ к СП-2 других российских производителей природного газа. В моменте эта идея кажется умозрительной (скажем, второй по объемам независимый производитель газа, компания «Роснефть», не имеет свободных объемов газа, напротив, в первом полугодии закупала его у «Газпрома» на внутреннем рынке для выполнения контрактных обязательств) и законодательно невозможной (согласно закону «Об экспорте газа», единственным поставщиком трубопроводного газа за рубеж является «Газпром»). Конечно, закон можно скорректировать, но вопрос экономической целесообразности неизбежной конкуренции двух разных, хоть и государственных компаний на европейском газовом рынке требует взвешенного обсуждения.

Что касается ценовых «качелей» на газовом рынке, в частности европейском, то они действительно впечатляют. Котировки контракта «день вперед» в Европе с января 2019-го по май 2020 года рухнули в восемь раз, а за следующие 16 месяцев, к сентябрю 2021-го, подскочили в 18 раз. Понятно, что волатильность такой амплитуды парализует любые долгосрочные решения и потребителей, и производителей голубого топлива.

Причиной избыточной ценовой волатильности Сергей Комлев, начальник управления «Газпром экспорта», считает двухсегментную структуру газового рынка. Доминирующий (около 70% объемов) сегмент представлен потоками, которые регулируются долгосрочными контрактами. Этот сегмент сбалансирован по определению: покупатели заказывают ровно столько газа, сколько им необходимо. Все возникающие на региональных рынках дисбалансы концентрируются в меньшем по размеру сегменте спотовых поставок, поэтому цены там гипертрофированно реагируют даже на небольшие с точки зрения всего рынка разбежки спроса и предложения.