Русского Шуберта накрыли венком

В Петербурге прошел Всероссийский музыкальный фестиваль "Петербургский венок Свиридову"

Исполнилось 85 лет со дня рождения Георгия Свиридова - ныне великого русского композитора, в прошлом - классика советской музыки. В Петербурге юбилей праздновали с размахом: Всероссийский музыкальный фестиваль "Петербургский венок Свиридову" занял целую неделю.

Музыка Георгия Васильевича Свиридова (1915-1998) принадлежит истории. Правда, до сих пор не совсем ясно - какой. Свиридова невозможно вписать ни в одно музыкальное течение XX века: не неоклассик или неоромантик, не экспрессионист или - упаси Боже! - формалист. Птенец гнезда Шостаковича, он, в отличие от многих других, довольно быстро излечился от "родовой травмы" и вышел из музыкального фарватера своего учителя. Но так и не двинулся ни на Запад, ни на Восток, удобно расположившись в России с ее великим музыкальным наследием XIX века, ее крестьянским фольклором и городской песней. В век, когда новаторство стало "больной мозолью" искусства, Свиридов предпочел не наступать на нее вовсе и, не став остро современным, остался просто русским композитором.

Простота языка для Свиридова - и цель, и средство. Музыка этого выходца из Фатежа - маленького городка в Курской губернии, - всегда обращена к его родным фатежцам. Понятный "простым людям", Свиридов достигает этого простыми средствами: сердцевина его музыки - естественно льющаяся мелодия, содержание ее - пронзительное лирическое переживание, способ высказывания - песня.

И все же простота сочинений Свиридова - лишь тщательно сконструированная иллюзия. Минималистский архаизированный аккомпанемент, хитроумное ритмическое устройство всей свиридовской музыки выдает ее аристократическое происхождение. Но если мастерству композитор научился в Петербурге (в Музыкальном техникуме, затем в Консерватории), то "лица необщее выраженье" обрел уже в Москве, в вокальных циклах 1950-х годов: "Страна отцов" на слова А. Исаакяна и "Песни на слова Роберта Бернса".

В этих двух камерных сочинениях Свиридов нашел и свою особенную, далеко не камерную тему "достоинства и масштаба человека, связанного со своим этносом и тайной надличного Бытия" (А. Аркадьев). Посюсторонний российский космизм просвечивает даже в таком каноническом "советском" тексте, как "Патетическая оратория" (1959), воспринятая в свое время как манифест воинствующего большевизма. Тем более очевидно внесубъективное общечеловеческое содержание в хоровой "Поэме памяти Сергея Есенина" с ее невинной мистикой языческо-христианской Руси или в фольклорно-крестьянских "Курских песнях", положивших начало "почвенническому" направлению в отечественной хоровой музыке. Именно приверженность корням во всех их разновидностях и прекраснодушная эстетизация этноса избавили композитора от тягот смены статуса советского классика на ранг национального русского гения. И в последнее время все заметнее, что музыка его, естественно располагающаяся и в светско-советском, и в духовном пространстве, с опасной легкостью помещается в еще одно - сугубо национальное - экстремистское измерение.

Санкт-Петербургский фестиваль, по идее его автора - президента Национального Свиридовского фонда, племянника композитора Александра Белоненко, - должен был не только увековечить память композитора в городе, которому посвящены многие его сочинения, но, прежде всего, представить Свиридова выразителем национального духа. Замысел не вполне удался.

"Венок" Георгию Свиридову оказался сплетенным из семи концертов, неравнозначных по программам, концертным площадкам и пестрых по составу участников. Хор Капеллы под управлением Владислава Чернушенко, Струнный квартет петербургской филармонии и иже с ними не спасли чужих провальных выступлений, а участие хоровой капеллы и меццо-сопрано из Курска отнюдь не сделало фестиваль "всероссийским" (как было заявлено). Но еще больше, чем недостатки фестивальной организации, противилась "национализации" сама музыка Свиридова: не о величии россиянина, а об одиночестве человека перед лицом Бытия говорили произведения этого, пусть русского, но все же Шуберта XX века.

Санкт-Петербург