Похоронить достойно

Общество
Москва, 04.03.2002
«Эксперт Северо-Запад» №9 (70)
Утилизация радиоактивных отходов представляет для Литвы большую проблему

Запланированное властями Литвы закрытие Игналинской АЭС чревато значительными финансовыми затратами и технологическими проблемами. Самая, пожалуй, трудоемкая и малоосвоенная часть процедуры - захоронение отработанного ядерного топлива. Человечество еще не имеет в этой сфере достаточного опыта, поэтому планирование судьбы опасных отходов - в значительной мере экспромт как в инженерном, так и в экономическом аспекте. Литва единственная из стран Балтии, которой сегодня приходится ломать голову над этими проблемами.

Что говорит наука

Помимо собственных радиоактивных отходов (РО) на базе Игналинской АЭС (ИАЭС) осуществляется хранение также отходов промышленного производства и медицинского обслуживания - наименее опасных, по классификации МАГАТЭ. Они составляют в Литве 5%-10% всех РО. В прежние времена они свозились в так называемый Майшягальский репозитарий, который в 1989 году был закрыт.

Урановые кассеты, которые используются на ИАЭС в качестве реакторного топлива, наиболее опасны из всех РО и дольше всех разлагаются. Как утверждает доктор экологии Далис Балтрунас, чтобы они полностью рассеяли свою радиацию, должно пройти 100-300 тысяч лет.

Сам процесс захоронения таких отходов, рассказывает эксперт, можно условно поделить на три этапа. На первом "разогревшиеся" кассеты вынимаются из реактора. В это время они особенно активны и опасны и "гасятся" в течение 5 лет. Затем их помещают во временные хранилища на срок до 50 лет. Третий этап - "последний приют" - пока лишь теоретическая перспектива, поскольку еще ни одна страна не оборудовала места для окончательного захоронения отработанного ядерного топлива (ОЯТ).

Ученые считают, что этим "последним приютом" могут стать либо гранитные слои на глубине не менее километра, либо кладбище контейнеров на дне океанских впадин, либо космос. Есть и другие варианты, как и надежда, что за 40-50 лет, которые еще есть в запасе у временных хранилищ, наука придумает что-нибудь попроще. Кроме того, как подчеркивает Балтрунас, возможна вторичная и третичная переработка ОЯТ для их повторного использования в качестве топлива. Технологический прогресс может при этом свести их радиоактивность до безопасного уровня.

Литовский вариант

Как отмечает гендиректор Государственной инспекции по надзору за атомной энергетикой (VATESI) Саулюс Кутас, существует два способа временного хранения ОЯТ: влажное, когда они помещаются в водный бассейн, и сухое - в специальных металлических или железобетонных контейнерах. Поскольку при проектировании ИАЭС предполагалось, что после "охлаждения" (в течение примерно 10 лет) РО будут вывозиться в Россию, на ИАЭС они хранились в бассейне под шестиметровым слоем воды. Но в середине 90-х годов бассейн оказался переполненным. Тогда был объявлен конкурс на приобретение контейнеров для "сухого" хранения. Из трех претендентов победила немецкая фирма Gesellschaft fur Nulkear-Behalter, которая в 1997 году начала поставки.

Контейнеры хранятся вблизи АЭС на открытой площадке у канала и представляют собой капсулы весом 60 тонн и вместимостью до 100 кассет. Срок эксплуатации - 50 лет, цена одного контейнера - около 600 тыс. немецких марок. К настоящему времени заполнено около 60 таких контейнеров. По расчетам VATESI, при закрытии ИАЭС их потребуется не менее 700.

За годы существования станции (первый реактор стартовал в 1984 году, второй - в 1987 году) с хранением ОЯТ больших проблем не возникало. Припоминается лишь единственный случай, когда года четыре назад из бассейна якобы исчезла одна кассета. До сих пор так и не выяснено, была ли она похищена (технически это маловероятно) или произошел сбой в учете.

Дорогое удовольствие

В феврале правительство утвердило "Стратегию утилизации РО", разработанную Агентством по утилизации РО. По словам его директора Дайнюса Яненаса, стратегия направлена на упорядочение "похоронной" деятельности в соответствии с международными стандартами. Она будет уточняться каждые пять лет.

Одновременно Геологической службе и Институту энергетики поручено подготовить программу исследований по теме "Возможности захоронения в Литве ядерных и радиоактивных отходов высокой активности".

Руководители национальной энергетики признают, что у них нет четкого представления о том, что делать дальше: пока есть лишь возможные варианты. Более-менее конкретно расписан сценарий решения лишь первоочередного вопроса - создания кладбища для РО с низким и средним уровнями радиационной опасности, то есть отходов промышленного, медицинского производства и пр. Такое кладбище должно быть построено до 2011 г.

Более-менее ясно и с промежуточным хранилищем для ОЯТ. Но вот относительно третьего этапа утилизации самых опасных РО определены лишь варианты поиска места. Сможет ли Литва вывозить свои ОЯТ или будет вынуждена сама оборудовать для них кладбище? Вопрос этот не простой, поскольку практически все европейские страны (в том числе и Литва) приняли законы, запрещающие ввоз РО. Не известно и как решится вопрос о создании "кладбища для всех" в России.

Кроме того, замечает Кутас, даже если российская Дума решит вопрос положительно, это вовсе не означает, что ОЯТ можно будет там захоронить навсегда - наверняка Россия их примет лишь на фиксированный срок 50-100 лет. Да и цена будет, по-видимому, немалая: по его информации, у авторов законопроекта фигурирует цифра в 1000 долларов за килограмм отработанного урана.

С другой стороны, имеются большие сомнения по поводу подходящих мест для окончательного захоронения ОЯТ в Литве. Года четыре назад ученый из Института физики Римвидас Ясюленис выступил с идеей "замкнутого уранового цикла". Опираясь на результаты геофизических исследований в Варенском районе, где еще в советские времена обнаружены залежи урановой руды, он предлагает заняться этими поисками вплотную, с тем чтобы организовать добычу урана и одновременно его утилизацию - в тех же структурах ("из земли в землю"). Однако призыв не нашел поддержки ни в ученой среде, ни среди политиков, поскольку Варенский район считается лесным заповедником и в Литве превалирует негативное отношение ко всяким предложениям начать какую-либо разработку ископаемых на этой территории (там, кстати, помимо урана обнаружена также железная руда и золото).

Сейчас, по свидетельству директора Геологической службы Литвы Юозаса Моцкявичюса, в качестве одного из вариантов рассматриваются расположенные неподалеку от Каунаса пласты ангидридных горных пород и соляные слои. Однако соответствующие исследования только начинаются и могут затянуться на десятилетие и более. Некоторые специалисты считают, что в Литве вообще нет подходящих геологических структур для глубинных захоронений. Выходом может стать кооперация нескольких государств для строительства общего кладбища.

По мнению Саулюса Кутаса, необходимо придерживаться принципа MAГATЭ, согласно которому "похороны" являются святой обязанностью владельца РО, и потому Литве следует направить усилия на самостоятельное решение проблемы. В связи с этим в "Стратегии..." помимо поиска места окончательного погребения (соответствующие указания уже даны Геологической службе и Институту энергетики) сформулирована также вспомогательная задача - изучить возможности продления лет на пятьдесят срока временного хранения.

Директор же VATESI считает, что нет смысла сейчас ломать голову над решением проблемы, которая возникнет лишь через много лет. Он обращает внимание на то, что эта проблема пока не решена и в других странах, даже в США. Там тоже лишь обсуждаются варианты, в принципе, сходные с литовскими. А реально все, как и Литва, занимаются созданием временных хранилищ на 50-100 лет вперед.

Изучают в Литве, конечно, и финансовую сторону проблемы. Предварительный, весьма, конечно, условный, расчет общих расходов в "Стратегии..." оценивается в 3,5 млрд долларов. Предполагается, что примерно 22% этой суммы потребуется на демонтаж станции и первичную утилизацию ОЯТ, 9% - на расширение временного хранилища, остальное - на окончательное погребение.

Некоторые против

Между тем в литовском обществе существуют слои, видящие эту проблему совершенно иначе. Это прежде всего те, кто еще не смирился с перспективой закрытия ИАЭС. Так, в среде энергетиков очень сильно убеждение, что отказ от атомной энергетики - в принципе, губительный путь для Литвы. Они указывают на то, что в результате закрытия станции без работы останется целый город (Висагинас), населенный специалистами с высочайшим интеллектуальным потенциалом. Они наверняка в большинстве не останутся в Литве и перекочуют на другие АЭС. Кроме профессионалов Литва лишится также дешевой и экологически чистой электроэнергии, получив взамен огромную головную боль с загрузкой тепловых станций и их модернизацией. Помимо этого рост цен и отвлечение больших затрат на реструктуризацию отрасли губительно скажется на всей экономике и социальной жизни, так как повысится себестоимость производства практически любой продукции.

С другой стороны, "диссиденты" обращают внимание на явно спекулятивный характер нападок на ИАЭС со стороны европейских политиков. Почему вообще европейцы прицепились именно к Литве, хотя для других стран, например для Чехии, вопрос об отказе от АЭС в качестве условия приема в ЕС даже не ставится? По убеждению литовских ученых, после тех колоссальных инвестиций в модернизацию ИАЭС, которые сделаны за последнее десятилетие, по своей надежности она уже практически не уступает западноевропейским станциям.

Подобных взглядов придерживаются авторитетнейшие специалисты вроде бывшего министра энергетики Ляонаса Ашмантаса и даже самого главы VATESI Саулюса Кутаса. Недавно "группа 118-ти" - весь цвет литовской фундаментальной науки - обратилась с письмом к президенту Литвы, спикеру сейма и премьеру, в котором изложила вышеперечисленные аргументы.

Практические же выводы и предложения сводятся к следующему. Поскольку вопрос о закрытии первого блока практически уже решен - приняты обязательства, назван срок (2005) и собраны немалые деньги, - с этим надо смириться. А вот что касается второго блока, то не следует поддаваться давлению и никакого срока объявлять не стоит. Вместо этого "группа 118-ти" предлагает эксплуатировать второй блок, пока позволяет безопасность (еще 15-20 лет). Параллельно с этим разумно накапливать средства для замены реактора на новый - современный. Только при этом условии, пишут авторы послания, "литовская ядерная энергетика может стать опорой хозяйства страны и гарантировать энергетическую стабильность в восточной части НАТО и ЕС".

Характерно, что в то время как литовские власти вовсю готовятся к закрытию своей АЭС, мысли эстонцев направлены в прямо противоположном направлении. Недавно директор IBM в Эстонии Вальдо Рандпере выступил с инициативой обсудить возможность строительства в стране атомной станции, которая должна прийти на смену нынешней сланцевой энергетике. С этим ошеломляющим заявлением он выступил на Форуме успешного развития Эстонии, на котором собрался цвет бизнеса и политики страны.

В последнее время общественное давление поколебало, похоже, позицию литовских властей. 26 февраля президент Валдас Адамкус объявил неприемлемым требование Еврокомиссии закрыть ИАЭС к 2009 году, а сейм в тот же день порекомендовал продолжить эксплуатацию станции по крайней мере до 2013 года.

Вильнюс

Новости партнеров

    Реклама