Погрешная нация

Нынешняя перепись войдет в историю России как первая перепись многонациональной страны, из программы которой снят вопрос о родном языке

Итогов переписной кампании в Карелии ждут особо. Дело не только в том, что общественность республики получит более или менее точные данные о численности и национальном составе местного населения. Нынешняя перепись должна ответить на вопрос, насколько эффективной была политика региональных властей по поддержке коренных народов - карелов и вепсов - за последнее десятилетие.

"Тихая" перепись

По словам эксперта Постоянного форума ООН по вопросам коренных народов, председателя Общества вепсской культуры Зинаиды Строгальщиковой, прибалтийско-финские народы России - карелы, ингерманландцы, ижора и вепсы - всегда были предметом политического спора с Финляндией, где до сих пор культивируются идеи объединения родственных этносов. Не случайно по отношению к "спорным" народам в СССР проводилась политика если не открытого этноцида, как к финнам-ингерманландцам, то "тихой" ассимиляции, как к вепсам.

Официальная советская статистика не без удовольствия констатировала постепенное сокращение их численности. Достаточно сказать, что если в 1937 году в стране было зафиксировано около 30 тыс. вепсов, то в 1959-м их осталось уже 16 тыс., а спустя еще 11 лет - всего 8 тыс. Последняя советская перепись в 1989 году дала неожиданный рост вепсского населения - до 12 тыс. человек. Однако это была заслуга национальной интеллигенции, не побоявшейся исправить "cтатистическую погрешность".

"В начале 80-х годов группа сотрудников Карельского филиала Академии наук СССР и студентов Ленинградского университета объехала практически все вепсские деревни и провела свою перепись населения, - рассказывает Зинаида Строгальщикова. - Опираясь на результаты этого исследования, мы доказали, что численность вепсов в стране на 4,5 тыс. человек больше, чем указано в официальных данных. Как выяснилось, коренные жители вепсских сел Ленинградской и Вологодской областей были записаны русскими. Причем переписчики попросту заявили им, что такой национальности - вепс - не существует".

Искажения неизбежны

Как считает Строгальщикова, Всероссийской переписи 2002 года также не удастся избежать искажений реальной жизни национальных меньшинств. Правда, теперь камнем преткновения стал вопрос о родном языке, изъятый из переписных листов буквально за неделю до начала переписи в труднодоступных районах. Вместо него гражданам Российской Федерации было предложено указать владение русским языком и иными языками, без каких-либо специальных оговорок. Никаких вразумительных объяснений такой перемены руководство Госкомстата России не представило, хотя федеральный закон о переписи населения включил сведения о родном языке в перечень основных показателей. Это заставило Зинаиду Строгальщикову обратиться к Президенту страны Владимиру Путину с просьбой повлиять на организаторов переписной кампании, однако письмо ее осталось без ответа.

"Вопрос о родном языке задавался еще в 1897 году при проведении первой и единственной всеобщей переписи Российской Империи. На его основании нам сейчас известен национальный состав страны того времени, ведь национальность подданных империи тогда не определялась. Во всех переписях советского периода родной язык также подлежал обязательной фиксации вместе с национальной принадлежностью гражданина. Поэтому нынешняя перепись войдет в историю России как первая перепись многонациональной страны, из программы которой снят вопрос о родном языке", - подчеркивает Строгальщикова, которая усматривает в этом пренебрежение интересами национальных меньшинств, для которых вопрос о родном языке имеет принципиальное значение.

"Карманный" язык

По иронии судьбы, перепись населения Вепсской национальной волости в Карелии едва не была сорвана. Накануне неизвестные злоумышленники забрались в помещение волостной администрации в селе Шелтозеро, где хранилась документация местного переписного участка. Однако в остальном, по словам инструктора-контролера Евгении Смирновой, обошлось без происшествий. "Наверное, все-таки в глубинке люди понимают значимость этого государственного дела, - говорит она. - Перепись не проводилась уже 13 лет, и многие вепсы сами хотели бы узнать, сколько нас осталось".

Примечательно, что вопрос о национальной принадлежности почти никого из местных жителей не поставил в тупик. И 81-летняя обитательница деревушки Матвеева Сельга Вера Гусева, и 6-летняя девочка из волостного центра Диана Гаврина одинаково уверенно назвали себя вепсами. Даже те, кто по прежнему советскому паспорту числился русским, хотя имел крепкие вепсские корни, в основном сделали выбор в пользу своей национальной крови. "Нас ведь раньше никто не спрашивал, кем мы хотим быть, - рассказывает жительница Шелтозера Татьяна Иванова. - Я получала паспорт в 70-е годы, тогда нас всех просто записывали русскими и выдавали документы. Вепсов как бы и не было. Но я помнила свою национальность и сейчас твердо решила записать себя в вепсы, как мой отец".

Между тем с вепсским языком в волости вышел казус. К удивлению Евгении Смирновой, некоторые из старожилов, указав свою национальную принадлежность, ничего не сообщили о знании родного языка. При этом русские и даже украинцы, проживавшие в момент переписи на территории волости, назвали вепсский одним из языков, которыми владеют. Корреспондент "Эксперта С-З", отправившись вместе с переписчиком по домам, лично стал свидетелем того, как пожилые вепсы забывали упомянуть о родной речи, запутанные безликим вопросом об "иных языках". "Вепсский-то всегда в кармане", - пошутил пенсионер из крохотной деревни Сюрьга Юрий Севостьянов. А содержимое карманов, как правило, никто сам не показывает.

Зов крови

По прогнозу Зинаиды Строгальщиковой, перепись 2002 года не покажет роста численности вепсов, поскольку со времени проведения последней переписи демографическая ситуация в районах проживания вепсского населения ухудшилась. Достаточно сказать, что в середине 90-х годов прошлого столетия смертность жителей Вепсской национальной волости Карелии почти в 5 раз превышала рождаемость. Поэтому небольшое увеличение численности вепсов возможно лишь в больших городах, таких как Петербург и Петрозаводск, где, кстати, проживает основная масса вепсов, покинувших родные деревни в эпоху "развитого социализма".

"Небольшой резерв у нас остается, - считает Зинаида Строгальщикова. - За минувшее десятилетие сознание людей заметно изменилось, и тот из городских вепсов, кто раньше был вынужден скрывать свою национальную принадлежность, сегодня может говорить о ней открыто".

"Зачем нам отказываться от своего народа? Нас и так мало осталось, - заявила учитель вепсского языка из Петрозаводска Людмила Алексеева, которая по паспорту числилась русской. - Я и детей своих записала вепсами, чтобы они не забывали корни".

По данным социологического опроса, проведенного в конце прошлого учебного года среди вепсского населения республики, примерно две трети родителей высказались за то, чтобы их дети знали родной язык. Это свидетельствует о переменах в национальном самосознании народа, ведь по результатам переписи 1989 года лишь 37,5% карельских вепсов считали вепсский язык родным, а общаться на нем умели всего 17,6% опрошенных.

К сожалению, после нынешней переписи общество не будет располагать подобной статистикой. Поэтому в полной мере оценить усилия национальной интеллигенции и республиканских властей по сохранению одного из малых народов, как, впрочем, и получить точную картину его жизни, сегодня вряд ли удастся.

Шелтозеро - Петрозаводск