Расплата за самообольщение

Пятый угол
Москва, 23.08.2010
«Эксперт Северо-Запад» №30-33 (476)
Историческому сознанию общества полезно напоминать о нереализованных национальных амбициях, опасных и наивных

В фильме Александра Сокурова «Солнце» император Японии Хирохито, принимая в 1945 году решение о капитуляции, делает очень важное, знаковое признание. «Нас погубила национальная спесь», – говорит американскому генералу Макартуру наместник бога в Стране восходящего солнца, расставаясь в роковой для Японии момент с привычными иллюзиями имперского самосознания.

Четырьмя десятилетиями ранее другой самодержец, Николай II, тоже при весьма драматичных обстоятельствах должен был бы прийти к подобному пониманию. Бесславный, в общем, финал русско-японской войны 1904-1905 годов, на который явно не рассчитывали ни последний российский император, ни его дворцовое окружение, заставлял всерьез задуматься о реалиях как внешней, так и внутренней политики. Возможно, это помогло бы предотвратить и все более катастрофический разрыв между властью и общественным мнением. Ведь во многом именно события неудачной для России войны создавали политико-психологическую почву для дискредитации бюрократического режима, роста оппозиционных и революционных настроений.

Дата, когда в американском городе Портсмуте был заключен мирный договор между Россией и Японией (16 августа 1905 года), у нас никогда не относилась к популярным. При всех властях в официальных исторических анналах и их пропагандистских трактовках предпочитали пореже вспоминать об этом событии. Слишком неприглядным оказывался контраст между великодержавными амбициями, ввергнувшими Россию в войну за тысячи верст, в далекой Маньчжурии (для широких слоев населения оставшейся непонятной и чуждой), и тем, насколько скверно пыталась их реализовать государственная машина.

С представлениями о престиже державы плохо увязывалась и активная миротворческая миссия президента США Теодора Рузвельта, по сути, усадившего воевавших за стол переговоров. Да и до сих пор на фоне беспомощных попыток найти исторически пафосные даты с «правильным» идеологическим подтекстом (сразу вспоминаются манипуляции вокруг 4 ноября и темы «согласия и примирения») Портсмутский мир, видимо, немногим привлекательнее, чем «похабный» Брест-Литовский договор. Как бы то ни было, пришлось и с Южным Сахалином расстаться, и потерять военно-морскую базу на просторах Китая (Ляодунский полуостров с портами Порт-Артур и Дальний).

Между тем в плане исторических уроков Портсмутский мир, ставший для России все-таки достойным выходом из обременительной, изобилующей военными поражениями и непопулярной войны, – хороший повод для размышлений о цене безрассудства и безответственности власти. Причем символично, что после того, как дипломаты, пользующиеся личным доверием Николая II, отказались возглавить делегацию на переговорах, на эту рискованную роль был призван опальный Сергей Витте. Принципиальный противник имперских авантюр на Дальнем Востоке, Витте за полгода до начала войны был уволен с поста министра финансов в угоду «военной партии», которая и привела Россию к войне.

Под видом большой азиатской программы Николаю II внушалась идея, что он станет чуть ли не новым Петром Великим, если обеспечит господство России на Тихом океане и доминирование в Корее и Маньчжурии (вплоть до расширения владений империи и появления «Желтороссии»). Важнейшим инструментом должно было стать приобретение незамерзающего порта на Тихом океане. Выбор пал на крепость Порт-Артур на юге Ляодунского полуострова, а ставка была сделана на агрессивные методы. В 1897 году русские суда бросили якорь в гавани Порт-Артура, на следующий год Китаю был навязан 25-летний договор аренды южной части полуострова, а в 1900-м под предлогом защиты русских учреждений от восстания «боксеров» была оккупирована вся Маньчжурия. Подобная бесцеремонность вызвала протесты Японии и других стран, России пришлось подписать с Китаем договор об эвакуации войск к октябрю 1903 года. Впрочем, вплоть до начала войны в январе 1904-го Россия отказывалась и выполнять эти обязательства, и обсуждать конструктивные японские предложения.

Действия России противоречили и договору с Японией о совместном протекторате над Кореей. Влиятельные при дворе фигуры во главе с отставным полковником Александром Безобразовым преподнесли царю идею захвата Кореи через подставные акционерные общества. Так была получена концессия на использование лесных богатств в бассейне реки Ялу на протяжении 800 верст. Фактически из средств казны через Министерство двора и уделов и секретные фонды было выделено более 2 млн рублей на проект, суливший акционерам колоссальные доходы и пользующийся государственной «крышей». А когда выяснилось, что под видом строительства лесных складов русскими солдатами, переодетыми в гражданскую одежду, возводятся военные объекты, это не на шутку возмутило Японию и ее союзников.

Поражает недальновидность царского окружения. Часть сановников во главе с министром внутренних дел полагали, что «маленькая победоносная война» оздоровит ситуацию в стране: мол, патриотическое воодушевление перечеркнет революционные поползновения интеллигенции. А получилось, что недовольство войной стало важнейшим фактором революции 1905 года. «Прокаженная дворцовая камарилья» и «банда авантюристов», по выражению Витте, манипулировали Николаем II и в худших «шапкозакидательских» традициях убеждали, что Япония не решится на военный конфликт с могущественной Россией. Лишь после начала столкновения выяснилось, насколько значителен военный и экономический потенциал Японии, сразу получившей превосходство и на море, и на суше.

Неприятным сюрпризом стал общественный настрой стран Запада (и лидеров ряда государств). Абсолютистский режим в России воспринимался ими как главный виновник войны с Японией, которой, напротив, симпатизировали как стране либеральной и конституционной. России, вынужденной за границей привлекать займы, после событий 9 января 1905 года выставлялись условия проведения политических реформ. Воспользоваться же объективным превосходством ресурсов стране уже не позволяла неэффективность бюрократического строя, утратившего авторитет. Как признавал Витте, «не Россию разбили японцы, не русскую армию, а наши порядки, или, правильнее, наше мальчишеское управление 140-миллионным населением». Увы, но до февраля 1917 года власть так и не сделала надлежащих выводов...            

Новости партнеров

«Эксперт Северо-Запад»
№30-33 (476) 23 августа 2010
Госуправление
Содержание:
Четвертый – лишний

Глава Калининградской области Георгий Боос скоро покинет свой пост. Президент и «Единая Россия» отказали ему в доверии из-за низкого уровня поддержки среди населения

Реклама