Четкий фокус

Рейтинг
Москва, 18.04.2011
«Эксперт Северо-Запад» №15 (511)
Константин Баландин: «Рынок Северной столицы сравним по объемам с Финляндией, а наша доля на нем составляет от 10 до 15%. Нам хватает»

Фото: архив «Эксперта С-З»

Концентрация на одном регионе – нетривиальная для большинства банков стратегия, особенно в условиях жесткой конкуренции с кредитными организациями, имеющими обширную филиальную сеть. Тем не менее одного из лидеров Северо-Западного банковского сектора – банк «Санкт-Петербург» – такой подход вполне устраивает. О том, чем чревата для банков региональная экспансия и в каком случае уместно жертвовать объемами кредитования и долей рынка, «Эксперту С-З» рассказал заместитель председателя правления банка «Санкт-Петербург» Константин Баландин.

Необходимый баланс

– Прошлый год был отмечен ужесточением конкуренции в банковском сегменте. Какие основные тренды вы можете отметить?

– Прежде всего – серьезно активизировались госбанки. Понятно, что у них много дешевых длинных ресурсов, они получили масштабную поддержку от государства в кризис (намного большую, нежели частные банки), проводят политику по повышению уровня доступности банковских продуктов. Их позиции усилились и в корпоративном сегменте, и в рознице. При этом мы видим, как меняется Сбербанк – в плане как внутренних процессов, так и построения отношений с клиентами. И это очень серьезный мотивирующий фактор для всех участников рынка, в том числе и для нас. Рынок следует за лидером, и необходимо меняться быстрее, чтобы не потерять своих позиций.

Еще один любопытный тренд, влияющий на конкурентную ситуацию, – уход с рынка нескольких игроков с иностранным капиталом. Пожалуй, только крупнейшие из них пока не заявили о том, что намерены сокращать бизнес в России. Остальные в той или иной форме потихоньку сворачивают деятельность, и среди них организации, которые были весьма активны в Петербурге.

– Вероятно, это позитивный момент для отечественных игроков?

– С точки зрения эффективности бизнеса это, несомненно, плюс, так как конкуренция ослабевает, а для акционеров, которые создавали банки с целью их дальнейшей продажи иностранцам, это негативный момент: теперь такие перспективы маловероятны. Но опять же, это должно подстегнуть участников рынка к тому, чтобы более разумно строить бизнес, ориентировать его прежде всего на клиента. В конечном итоге для рынка это тоже положительный фактор, однако его влияние на ситуацию в целом все же не так сильно, как активизации госбанков.

– Не слишком ли рынок сместился в сторону госструктур?

– Конечно, экономике страны необходим сильный частный банковский сектор. Во-первых, он более мобильный, во-вторых, более мотивирован правильно оценивать инвестиционные возможности, которые возникают в экономике. С точки зрения мотивации очевидно, что частные банки должны быть нацелены не столько на решение социально-экономических задач, сколько на то, чтобы давать путевку в жизнь перспективным бизнес-проектам, грамотно оценивать риски и эффективно их финансировать.

Я убежден, что в макроэкономическом отношении Россия заинтересована в сильных частных банках, но это не означает, что государственные должны быть слабыми. Они должны решать свои задачи, а государству необходимо найти правильный баланс: какую долю на банковском рынке имеет смысл занимать учреждениям с госучастием, а какую – частным. На мой взгляд, сейчас этот баланс немного нарушен.

Хитрая маржа

– Как вы оцениваете результаты деятельности банка «Санкт-Петербург» в 2010 году?

– Самый важный итог состоит в том, что для банка кризис остался позади. Мы решили большинство проблем, закончили цикл формирования резервов, очистили баланс и вернулись к нормальному уровню рентабельности. Теперь у банка нет необходимости направлять ресурсы на решение этих задач, можно сконцентрироваться на основной деятельности – работе на рынке. В прошлом году мы по-прежнему росли быстрее рынка: если по Северо-Западу общий прирост составил около 11,9%, то наш кредитный портфель увеличился на 16%.

Основное беспокойство – снижение чистой процентной маржи, но причина здесь в сложившейся рыночной ситуации. Это объективное следствие того, что ужесточается конкуренция, рынок растет намного медленнее, чем до кризиса. При уменьшении стоимости кредитов маржа всегда страдает – это нормальный процесс, который можно было наблюдать и в предыдущие годы. Корпоративный рынок сместился в сторону крупных заемщиков, что, в свою очередь, сказалось на марже, ведь она отражает премию за риск. А если вы кредитуете крупное предприятие, обладающее госзаказами и занимающее стратегическое положение в отрасли, риски невысоки, а значит, и маржа, которая объективно вам необходима, меньше.

– Есть ли опасения, что процентная маржа и дальше будет падать?

– Российские банки уже на протяжении 15 лет пугают тем, что маржа снизится до европейского уровня, когда разница между привлечением и размещением составляет 1,5% и банкиры более чем довольны. Но этого до сих пор не произошло. В 2010 году маржа отечественных банков немного приблизилась к европейскому уровню, но, полагаю, это снижение не критично. Чистая процентная маржа на уровне 4,5-6,5% вполне достаточна для покрытия любых кредитных рисков в долгосрочной перспективе. В нынешнем году мы не ожидаем продолжения тренда – особых оснований для дальнейшего падения кредитных ставок нет. Они и так уже в определенном плане достигли дна, да и политика ЦБ в части ставки рефинансирования изменилась. Для себя мы определили целевой диапазон 4,5-5% и считаем, что нам удастся удержаться в этих пределах.

Прирасти розницей

– Ваш бизнес сконцентрирован на Санкт-Петербурге. Есть ли планы расширять территориальное присутствие?

– Региональной экспансии в ближайших стратегических планах у нас нет. Мы позиционируемся как банк, четко сфокусированный на одном регионе, очень привлекательном для ведения банковского бизнеса, – на Петербурге. Возможность сосредоточиться на одном рынке, не распределяя ресурсы по регионам, позволяет лучше знать своего клиента, быстрее и эффективнее принимать решения по кредитованию и грамотнее структурировать сделки. Теоретически – а кризис показал, что и практически, – мы лучше знаем, кто наши заемщики, какие активы кредитуем, какое обеспечение принимаем и сколько оно реально стоит.

– Но выход в регионы – это возможность нарастить портфель за счет новых ссуд, к тому же во многих городах рынки не столь насыщены банковскими предложениями, как в Петербурге.

– По большому счету, рынок Северной столицы сравним по объемам с Финляндией или Парижем. Его емкость высока как в розничном, так и в корпоративном сегменте, а наша доля здесь составляет от 10 до 15%. Согласитесь, весьма неплохо занимать такую долю рынка в Финляндии или, например, в Дании. Нам хватает. Объемы рынка будут увеличиваться и дальше, и наш бизнес будет развиваться. Можно прийти в другой регион, получить там 2-3% рынка и быть одними из многих. Например, в Петербурге действуют почти 150 банков, при этом четыре-пять крупных игроков в совокупности контролируют около 60% рынка, а 40% поделено между остальными. И на каждого из них приходится совсем небольшой процент – многие становятся совсем незаметными. Нас в других регионах может ждать та же участь, и нам это неинтересно.

– Тем не менее у вас есть представительство в Москве.

– Да, оно рассчитано на корпоративных и VIP-клиентов, в столице у нас сконцентрировано около 15% активов. Этим представительством мы пока и ограничимся. В Первопрестольной входной барьер на банковский рынок гораздо выше. Чтобы стать заметным игроком в Петербурге, нужно 35-40 точек продаж, в Москве – минимум в пять раз больше, иначе вы будете невидимыми. Как-то я видел рекламу банка HSBC, сообщавшую, что у банка 400 точек продаж на Манхэттене. Представьте, какую сеть нужно иметь в столице России, учитывая, что на Манхэттене численность населения гораздо меньше! Денег, правда, намного больше.

Помимо московского у нас есть офисы в Калининграде и Нижнем Новгороде, и с той сетью, которой банк располагает, он вполне способен вести бизнес с клиентами из других регионов. Широкая филиальная структура нужна для массовых розничных продуктов, которые мы пока не планируем предлагать в регионах.

Константин Баландин: «В 2010 году маржа отечественных банков немного приблизилась к европейскому уровню, но это снижение не критично» sever_511_pics Фото: архив «Эксперта С-З»
Константин Баландин: «В 2010 году маржа отечественных банков немного приблизилась к европейскому уровню, но это снижение не критично»
Фото: архив «Эксперта С-З»

– А как же дифференциация кредитного портфеля? Сейчас он сосредоточен на корпоративном бизнесе…

– Определенные шаги по развитию розницы мы намерены предпринять, но на базе существующей сети, а это 36 точек продаж. На 2011 год намечен пилотный запуск беззалоговых розничных продуктов. Исторически в кредитовании населения банк фокусировался на ипотеке и автокредитах, но сегодня развивать эти направления стало непросто. В автосегменте очень высока конкуренция с госбанками, так что маржа в итоге получается очень низкая. Ипотека в целом по рынку постепенно восстанавливается, но здесь рост сдерживается ограниченными возможностями длинного фондирования. Раньше мы были скептически настроены по отношению к беззалоговым потребкредитам, но ситуация подвигает изменить отношение к ним, в том числе для того, чтобы скорректировать структуру портфеля.

– За счет чего вы намерены конкурировать в ритейле?

– На данный момент у банка 1 млн розничных клиентов – вкладчиков и держателей зарплатных карт, а это почти 30% экономически активного населения Петербурга. Существует целый ряд продуктов, которые мы клиентам до сих пор активно не продавали. Планируем реализовать сценарий, аналогичный тому, что использовали на ипотечном рынке в 2006-2007 годах. Тогда мы также немного поздно на него вышли, но за два года нарастили долю до 7-8%, используя наработанную клиентскую базу и сеть продаж. Так что во второй половине года можно ожидать появления в нашем ассортименте нескольких розничных кредитных продуктов.

– Каковы ваши планы по увеличению кредитного портфеля?

– Мы рассчитываем, что продолжим расти быстрее рынка, но масштабных планов по приросту не строим, так как приняли решение сконцентрироваться на качественном обновлении банка. Опять же – меняется Сбербанк и за ним последуют большинство организаций, стремящихся сохранить прочные позиции на рынке. Сервис в банковском секторе должен будет выйти на качественно новый уровень. И наша задача – своевременно среагировать на требования рынка. До кризиса мы делали основной упор на наращивании объемов, что вполне оправданно, так как банковский бизнес без определенного масштаба не может быть эффективным. Сейчас можем продолжать фокусироваться на росте отдельных частей портфеля, но не ставим прирост баланса во главу угла. Важно создать прочную основу для долгосрочной работы на рынке, а для этого нужно перейти в новое качество.

– Какой рост ожидается в целом по рынку?

– Мы ориентируемся на 15-20% – хочется верить, что эти прогнозы сбудутся. Вероятность велика, так как даже органический рост экономики с учетом инфляции приводит к тому, что активы банковской системы расширяются на те же 10-15% без появления новых качественных заемщиков.

Прорывной год

– Как вам удалось расти быстрее рынка?

– В первую очередь – за счет корпоративных клиентов: в настоящее время ссуды юрлицам составляют 93% портфеля банка. Рост был достаточно равномерным по секторам: увеличены объемы ссуд промышленным предприятиям, лизинговым компаниям, застройщикам и девелоперам. В структуре портфеля также произошел сдвиг в сторону более крупной клиентуры, но сильного акцента на предприятиях, обеспеченных госфинансированием, мы уже не делали. Концентрация на таких клиентах стала одним из основных инструментов роста в 2009 году, так что банк был несколько впереди рынка. Тогда мы продолжали активно кредитовать, хотя и выборочно, за счет чего и нарастили портфель. А в 2010 году уже сосредоточились на том, чтобы удержать таких заемщиков, но параллельно активизировали кредитование в других сегментах.

– В 2010 году чистая прибыль банка составила рекордные для него 4,1 млрд рублей – увеличение более чем на 540% по сравнению с предыдущим годом. Чем можно объяснить такой высокий прирост на фоне медленного восстановления рынка?

– По сравнению с 2009-м основным фактором роста в прошлом году стало значительное снижение расходов на формирование резервов. Тем не менее объемы резервирования в 2010 году удалось сохранить весьма существенные – около 5 млрд рублей, так что высокий показатель по прибыли в долгосрочной перспективе нам обеспечил общий рост объемов бизнеса. Если сравнивать с 2008-м, который был для нас рекордным (тогда прибыль составила 2,8 млрд рублей), в прошлом году серьезно выросли чистые процентные доходы, что позволило поднять рентабельность на другой уровень. В четвертом квартале 2010 года рентабельность капитала составила 26%, а это показатель на уровне наших лучших кварталов в преддверии выхода на IPO.

Здесь вновь стоит отметить, что основную роль сыграло возвращение к нормальному режиму ведения бизнеса в конце года, когда отчисления в резервы не съедают всю прибыль, а бизнес продолжает генерировать очень хороший доход. В 2010 году мы показали рекордные чистые процентные доходы – 12 млрд рублей, даже в 2008-м они составляли 9,5 млрд. Это говорит о том, что для бизнеса характерна весьма высокая рентабельность, если с него снять бремя в виде резервов.

– Означает ли это, что доля проблемных ссуд у вас сокращается, и не только за счет ее размытия в связи с ростом портфеля?

– Да, я бы сказал, что работа с просрочкой вошла в нормальное русло. Если быть точным, то на пике проблем наш уровень просроченных и реструктурированных долгов по всему портфелю достигал 15%, а сегодня – 11%. Из этих 4% около 1,5 удалось вернуть, 0,5 – списаны, а оставшиеся 2% размыты в результате роста объемов бизнеса. Интересно, что до кризиса в портфеле банка была велика доля ссуд компаниям строительного сектора и все опасались, что это создаст серьезные трудности. Однако опыт показал, что данная категория ссуд – не более проблемная, чем другие, тогда как залоги здесь качественно лучше. В итоге наши потери здесь оказались даже меньше, чем во многих других сегментах.

– Какой стратегии вы придерживались в формировании пассивов?

– Основа нашего фондирования – средства юридических лиц. Соотношение кредитов к депозитам составляет 100%. Безусловно, если есть возможность привлекательно занять деньги на рынке капитала, мы ею воспользуемся, но у банка нет стратегической задачи существенно увеличивать пассивы за счет рынков капитала. Что касается средств физлиц, то в прошлом году мы сознательно пошли на некоторое сокращение своей доли на этом рынке. Дело в том, что вклады населения в прошлом году увеличивались быстрыми темпами – до 30%, а рынок кредитования – на 11,9%. В структуре пассивов банка на 2 рубля корпоративных депозитов приходится 1 рубль розничных, и если бы мы гнались за долей рынка, то были бы вынуждены либо серьезно пожертвовать маржой, либо изменить структуру фондирования. Было принято решение при таком быстром росте вкладов поступиться своей долей рынка. 

Санкт-Петербург

Новости партнеров

«Эксперт Северо-Запад»
№15 (511) 18 апреля 2011
Штокман
Содержание:
Реклама