Бабушка, я тебя догоню!

В преддверии 8 Марта «Русский репортер» собрал несколько историй об удивительных и неунывающих бабушках, мамах и женах

//justforus.diary.ru/p202651347.htm#683697567

Кангэно Сеши

Однажды, проходя по улице, моя — тогда еще будущая — жена задумчиво изрекла: «Так жить нельзя!» Закинула меня на плечо и занесла в ЗАГС, мимо которого мы проходили)))

Там заявление и подали :)))

https://www.facebook.com/permalink.php?id=100001335880836&story_fbid=789563824431473

Александр Краснов

Сегодня моя жена выдала перл: «Какое нафиг это правительство России?! Это же обменный ларек!» Она у меня в политике и экономике не очень разбирается, но женщины многое чувствуют интуитивно.

www.facebook.com/photo.php?fbid=751317454963918

Анастасия Головнева

Круче всех, конечно, моя бабушка. Она звонит мне утром: «Нас-тенька, поздравляю тебя!» (сле-дует длинное поздравление с натуральным экстрактом большой бабушкиной любви) И очень внезапно в конце: «Ладно! Я побежала на митинг!» Митинг для нее — это как для меня поход на концерт любимой группы или в ресторан. Бабушка — старшая по дому, она организует субботники, сажает клумбы и деревья во дворе, решает вопросы об установке домофонов, новых дверей, детских площадок, ходит на митинги. Ее знают все и бегут к ней, когда заме-чают вокруг какой-нибудь беспредел. Она сказала: «Я побежала на митинг!». А я увидела, как лет сорок назад она говорит, разглаживая единственное выходное платье: «Я побежала на танцы!» Или: «Я побежала в кино!» Беги, бабушка, я тебя догоню.

https://www.facebook.com/photo.php?fbid=629964407129673

Александр Шиханов

Так вышло, что воспитанием тещи, ее двоих братьев и трех сестер (всего их было — для тех, кто плохо считает, — шесть детей) занималась Матрена Сидоровна. Дело было в начале 1960-х годов. Матрене Сидоровне было за семьдесят. Жили небогато, и так получилось, что к Новому году елку было купить не на что и взять негде. А праздник внукам хотелось сделать. Семья жила в деревянном доме деревенского типа между Московским и Суздалкой, неподалеку от вокзала. На привокзальной площади тогда ставили большую ель. Матрена Сидоровна пришла на площадь с пилой, подошла к милиционеру и спросила, нельзя ли ей взять эту ель для своих внуков. Оценив бабушку как безобидную ста-рушку с придурью, милиционер махнул рукой — валяй, мол, бабка, и ушел в здание вокзала. Когда он вышел на площадь через полчаса, его изумление было (я представляю) подобно остаткам огромной ели, которые валялись на площади. Матрена Сидоровна свалила эту ель и, рассудив, что целиком она в комнату не влезет, отпилила у нее верхушку, которую и приволокла домой. Впрочем, отпилила щедро. По воспоминаниям тещи, в тот год елка в комнате стояла такая широкая, что ходить можно было только вдоль стеночек.

https://www.facebook.com/alla.mitrofanova.108

Alla Mitrofanova

Моя бабушка, 87 лет, прогуливаясь по снегу на каблуках высотой семь сантиметров, вдруг остановилась, оглядела свою обувь и задумчиво сказала: «Эти сапоги я купила три года назад. Сейчас бы выбрала каблук поменьше. Возраст, наверное». :-) До 80 лет она вскапывала огород со скоростью бригады. Однажды, в 81 год, привычно обработав разом весь участок, присела на скамейку и удивленно заметила: «Кажется, я стала уставать». Дети, поймав момент, изолировали ее от шести соток — пусть больше отдыхает. И дома ее с тех пор не бывает вообще. То в Орле у сестры, то в Таллинне у старшего сына, то в Калуге у младшего, то у соседей, у друзей, на рынке — иногда в нескольких местах одновременно. Ее траекторию невозможно отследить, голова сбивается с курса. Ее домашние заготовки — во всех холодильниках семейства. Ее приталенные платья сводят с ума, осо-бенно белое. А больше всего ей в кайф нянчить правнуков. Бабушка…

//vk.com/wall-83675637_790

Моя мама сорок лет отработала дояркой. Долгое время коров на советских фермах доили вручную. Про остальные трудности этой работы и говорить не буду. День начинался в пять утра каждый день, без выходных, праздников, без графиков, семидневка круглый год. В отпуск уходила по необходимости на десять дней в году — чтобы сделать другую важную работу, а не чтобы отдохнуть. Три раза в день нужно было ходить на ферму. С вечерней дойки возвращалась в семь вечера. Между дойками та же самая работа дома — там тоже целая ферма (две коровы, три-четыре бычка, овцы, куры, гуси, утки). Плюс ко всему стирка, уборка, дети. Но она пекла для всей семьи домашний хлеб два раза в неделю, один-два раза треугольники, кыстыбый, пярямячи, бэлеш и т. д. Суп всю жизнь и до сих пор так — домашняя лапша, свежая, то есть каждый день месила тесто и резала лапшу для супа. При этом никто ее не считал, и она себя не считала и не ощущала рабыней. Жизнерадостная, шутливая, веселая женщина, счастлива, что вся семья сыта, одета, а дома чистота и порядок. Ее любви хватало всем детям, родным, мужу — положительный человек во всех отношениях. Вот это женщина, вот перед такими нужно поклоняться и таких нужно воспевать.