Алжирский удар «Аль-Каиды»

Геворг Мирзаян
доцент Департамента медиабизнеса и массовых коммуникаций Финансового Университета при правительстве РФ
13 декабря 2007, 19:11

11 декабря в городе Алжир (столице одноименной североафриканской страны) прогремели два взрыва. Один из них произошел прямо напротив здания Верховного суда, а второй – в престижном жилом квартале Гидра, рядом с офисом представительства ООН. Эти взрывы – самый масштабный из терактов, совершенных «Аль-Каидой» в Алжире за последний год.

А начиналось все весьма неплохо. Ноябрь выдался в стране достаточно тихим. По данным агентства «Франс пресс», жертвами терактов стали лишь четыре человека, и это был самый низкий уровень жертв с 1992 года

Однако 11 декабря в столице одновременно прогремели два взрыва. Первый раздался напротив здания Верховного суда. Второй – в жилом районе Гидра. Этот район всегда был под особым надзором полиции, ведь в нем живет много иностранцев. Но в этот раз алжирские спецслужбы не углядели. По предварительным данным, бомбу привел в действие террорист-смертник, подрулив на машине прямо к зданию представительства ООН. Взрыв был такой силы, что фасад здания был разрушен, и спасатели долго не могли добраться до людей, фактически запертых внутри. Представители ООН говорят, что во время взрыва погибли как минимум десять сотрудников организации. «Алжир напоминает Багдад, обезображенный… последствиями терактов, осуществленных террористами-смертниками. Вчера столица была на грани хаоса. Ужас, тревога, досада, а иногда и смятение и растерянность... читались на лицах», – пишет о событиях в Алжире местная газета «Эль Ватан».

До сих пор неизвестно точное количество погибших – но уже ясно, что их десятки. Сразу же после известий о теракте премьер-министр Абдельазиз Белхадем отменил планирующееся заседание кабинета министров и поехал в больницу к пострадавшим. «Это преступление, направленное против невинных людей. Среди жертв есть студенты и школьники. Ничто не может оправдать такое преступление», – заявил он. С ним согласились многие зарубежные деятели. Кое-кто из них при этом попал в весьма двусмысленную ситуацию. Речь идет о ливийском президенте Муамаре Каддафи. 7 декабря, за несколько дней до терактов, Муамар Каддафи во время публичной лекции в Лиссабоне фактически оправдывал терроризм. «Супердержавы нарушили рамки законности, международное право и решения ООН и привели в действие свои решения вне правового поля, следовательно, было бы нормальным, если бы слабые прибегли к терроризму», – заявил глава государства перед аудиторией из 400 профессоров и студентов. События 11 декабря стали для него неприятным сюрпризом. Знай он о том, что произойдет в соседней с ним стране через четыре дня, ливийский лидер, скорее всего, поумерил бы свой пыл. Ведь снова становиться главой государства-изгоя Муамару Каддафи не очень хочется. Поэтому на встрече с французским президентом Каддафи публично осудил теракты в Алжире, назвав их «бессмысленными преступлениями», не имеющими никакого отношения к исламу.

Как и во время предыдущих алжирских терактов, ответственность за декабрьские взрывы взяла на себя Салафистская группа проповеди и джихада. «Мы сообщаем мусульманской нации хорошую новость: двумя героями Алжира… были проведены две успешные мученические операции, чтобы защитить нацию ислама и унизить крестоносцев и их прислужников, рабов США и сынов Франции», – гласит текст заявления, опубликованный на одном из исламистских сайтов. «Эта атака напомнит крестоносцам, оккупировавшим наши земли и расхищающим наши богатства, о необходимости внимательно прислушиваться к требованиям и заявлениям нашего эмира и шейха Усамы Бен Ладена. Да защитит его Аллах» и «разнесет в прах легенду, согласно которой крепкое ядро нашей группировки было разрушено», отмечают авторы документа. Они уверяют, что «моджахеды Магриба борются между собой за право участия в мученических операциях, которые продолжатся до полного освобождения всех земель ислама».

Салафистская группа проповеди и джихада была создана в конце 90-х годов, когда гражданская война в Алжире стала ослабевать. Первоначально группировка состояла из исламистски настроенных бывших военных, которые вели партизанскую борьбу против государственной власти. Но постепенно, в результате отсеиваний, арестов и принятий новых членов она превратилась в городскую террористическую организацию и вышла на «мировой уровень». В сентябре 2006 года Салафистская группа проповеди и джихада объявила себя частью «Аль-Каиды» и с тех пор стала больше известна как «Аль-Каида исламского Магриба». Включая в свое название термин «Магриб», группировка ставит своей целью создание на территории Марокко, Алжира, Туниса, Ливии, Мавритании, а также на северных территориях Нигера и Мали единого фронта борьбы против «крестоносцев».

Алжирские власти и некоторые журналисты пытаются представить теракты как свидетельство слабости «магрибской Аль-Каиды». «Не стоит думать, что подрыв начиненных взрывчаткой автомобилей свидетельствует о возрождении мощи террористов, тогда как на деле это изобличает их глубокую растерянность и смятение, потерю ориентиров и неспособность продолжать верить в то, что победы можно достичь путем насилия», – пишет алжирская «Эль Муджахид».

Однако мало кто верит подобным оценкам. «Терроризм исламского толка не находится в агонии. Он обладает реальной разрушительной силой, даже если методы уже не те, что в темные годы… Несмотря на многочисленные аресты верхушки СГПД, нет впечатления, что структура группировки разрушена. Им удается воссоздать свою организацию, чтобы сеять террор», – пишет «Эль Ватан».

Действительно, несмотря на смерть второго по рангу лидера организации, Харега Зоера, и арест Будербала Фатеха, эмира столичного региона, «Аль-Каида исламского Магриба» не снижает активность. Что и доказывают события 11 декабря. Живучести этой ячейки «Аль-Каиды» можно найти несколько причин. Во-первых, организация не встречает особых сложностей в вербовке новых членов: Алжир еще не полностью восстановился от последствий разрушительной гражданской войны, унесшей сотни тысяч жизней. В стране, как пишет французская Liberation, «широко распространены всеобщее отчаяние и тотальная социальная несправедливость». Во-вторых, на руку боевикам «Аль-Каиды» играет и противостояние алжирских служб безопасности, которые ревностно охраняют друг от друга информацию. И в третьих, поговаривают, что у группировки есть серьезные покровители в высших эшелонах алжирской власти.

«Эти убийцы снова норовят подорвать моральный дух алжирцев, задержать развитие страны и изолировать ее, заставив уйти иностранных инвесторов», – пишет алжирская «Ля Трибюн». Действительно, устраивая теракты против иностранцев, «Аль-Каида» хочет прежде всего выдавить западные компании из Алжира. Учитывая, что Алжир – один из основных поставщиков газа в Европу, сделать ей это будет очень непросто. Кроме того, после терактов 11 декабря ООН уже заявила, что и не собирается выводить свой штат из страны. Так что пока террористам своих целей достичь не удалось.

Впрочем, и западные, и местные аналитики признают, что теракты подобные прогремевшим 11 декабря могут случиться в любой момент. «Теракт такого типа очень легко осуществить. Даже если было бы меньше терактов, я всегда говорил, что мы не в безопасности и что нужно быть бдительными», – признается министр внутренних дел Алжира Язид Зерхуни после визита на место теракта. «Взорвать начиненную взрывчаткой машину проще, чем организовать массивную партизанскую операцию против алжирской армии», – вторит ему Луис Каприоли, бывший уполномоченный по борьбе против терроризма во французской службе внутренней контрразведки.

Пытаясь найти причины подобного разгула террористов в Алжире, местная пресса указывает в том числе и на халатность властей. Алжирская «Эль Кхабар» напоминает, что «министр внутренних дел Язид Зерхуни обнародовал информацию, согласно которой службы безопасности знали за несколько месяцев, что здание конституционного совета фигурировало в числе целей террористов. Это заставляет задуматься, насколько просто нанести удар по такому объекту».

Кроме того, французская Le Figaro пишет, что теракты являются следствием неправильной политики президента страны: «Начатая президентом страны в 1999-м политика протягивания руки вооруженным исламистам опустошила партизанское движение и привела сотни введенных в заблуждение людей в гражданскую жизнь. Поначалу исключенные из категории преступников, подлежащих амнистии, авторы насилия и терактов получили фактическую амнистию во имя странного „братства”, которое заставило жертв молчать. Такое гибкое применение закона дало непредсказуемые побочные эффекты. Оставив „открытыми двери милосердия” даже после установленного законом срока, власти вдохновили наиболее непримиримых поборников ислама на новый рывок вперед». По данным алжирских властей, более 2 тыс. задержанных за «терроризм» были отпущены в соответствии с Хартией о мире и национальном примирении, одобренной на референдуме в сентябре 2005 года и вступившей в силу в феврале 2006-го. Еще 300 исламистов сдались, чтобы воспользоваться прописанной в Хартии амнистией, в числе которых Хассан Хаттаб, основатель СГПД. Основываясь на этих данных, алжирская «Нувель Републик» задается вопросом: «Сегодняшние террористические акты свидетельствуют о том, что протянутая наперерез закону рука была трактована преступниками как слабость и уступка со стороны государства. (...) Заслуживают ли они еще пользоваться предписаниями хартии, когда у них руки залиты кровью?» Властям Алжира придется вскоре на этот вопрос отвечать, если они не хотят повторения терактов.