Посредственная демократия

Вера Холмогорова
1 апреля 2008, 17:58

В среду Государственная дума планирует принять во втором чтении поправки к закону «О референдуме», фактически лишающие граждан права выносить на плебисцит большинство вопросов, находящихся в компетенции федеральных органов власти. Депутаты уверены: институты непосредственной демократии не стоит использовать в политической борьбе.

Поводом для внесения изменений в закон «О референдуме» стало постановление Конституционного суда от 21 марта 2007 года. С жалобой в КС обратились представители Компартии, которым ранее Центризбирком запретил выносить на референдум вопросы о повышении пенсий и национализации стратегических отраслей промышленности. Суд признал претензии КПРФ незаконными, мотивировав решение тем, что уже действующие внутренние финансовые обязательства государства не подлежат всенародному обсуждению.

Именно это постановление и решили творчески развить депутаты-единороссы Александр Москалец, Владимир Груздев и Валерий Гребенников, предложив вслед за судьями изъять из ст. 6 закона не только финансовую политику, но и все вопросы, «принятие решений по которым в соответствии с Конституцией РФ, федеральными конституционными законами относится к исключительной компетенции государственных органов власти». Законопроект был принят в первом чтении в октябре минувшего года, вызвав бурное возмущение как со стороны политических оппонентов «Единой России», так и со стороны Конституционного суда, спустя две недели после принятия направившего в нижнюю палату отзыв на поправки. По мнению судей, в таком виде закон фактически ограничивал право граждан на референдум, поскольку абсолютное большинство вопросов так или иначе относятся к компетенции госорганов.

Ко второму чтению расплывчатая формулировка «государственные органы» была заменена на Государственную думу, Совет Федерации и «иные федеральные органы власти», более четко прописали парламентарии и сам круг «запретных» вопросов, сделав упор на том, что они, собственно, ничего не запрещают, а всего лишь дают Центризбиркому более четкие и понятные критерии для дальнейшей работы. 20 марта законопроект к принятию рекомендовал профильный комитет по конституционному законодательству и госстроительству.

«Поправки корректируют процедуру вынесения вопросов на всеобщее голосование, конкретизируют перечень возможных вопросов референдума. При проведении самого главного голосования не должно быть разночтений и неясностей», -- сообщил «Эксперту Online» первый зампред комитета по гражданскому, уголовному и арбитражному законодательству Владимир Груздев. При этом он заметил, что список допущенных к плебисциту тем по-прежнему остается открытым; скажем, и после принятия закона на референдум может быть вынесена такая важная вещь, как необходимость введения в России института патронатных семей. Другой яркий пример – разрешение в нашей стране эвтаназии; по мнению Груздева, если в обществе возникнет реальная потребность, то и по этому вопросу можно будет спросить мнение всего народа. Кроме того, никаких ограничений не вводится на проведение местных или региональных референдумов, ведь именно на местах решаются самые насущные проблемы людей.

Необходимости проведения референдума будут требовать и вопросы, касающиеся изменений в 1-й, 2-й и 9-й статьях Конституции, рассказал «Эксперту Online» глава комитета по конституционному законодательству и госстроительству Владимир Плигин, а также ряд международных договоров и соглашений. Формально принятие этих актов относится как раз к сфере компетенции федеральных властей и подпадает под запрет нового закона, но в определенных соглашениях необходимость референдума прописана специально.

А вот касается, например, неоднократно звучавших предложений вынести на плебисцит вопрос об увеличении срока президентских полномочий, то по его поводу как раз совершенно не нужно спрашивать мнения народа, справятся и народные избранники. То же относится, скажем, к отмене моратория на смертную казнь. Впрочем, депутаты подчеркивают: смертная казнь -- это не тот вопрос, где нужно полагаться на мнение толпы. Равно как и оптимальный размер зарплат, пенсий и налогов. «На референдум не может быть вынесен вопрос о том, что нужно всем в один день повысить зарплату», -- убежден спикер Госдумы Борис Грызлов.

Кроме чисто юридических и практических оснований не скрывают инициаторы закона и его политического подтекста: необходимости лишить своих оппонентов -- прежде всего коммунистов, вновь пытающихся спросить у народа про все главное, -- какой бы то ни было возможности использовать референдум в качестве орудия политической борьбы. «Необходимо предотвратить использование механизма референдума для политических спекуляций», -- замечает Груздев. А по мнению Плигина, «институты непосредственной демократии не должны подменять собой институтов представительной демократии». Один из авторов законопроекта Александр Москалец еще прошлой осенью отмечал, что если кто-то действительно желает изменить закон, то он вполне может записаться на прием к этому самому представителю -- к депутату -- и объяснить ему необходимость соответствующих перемен. Депутат внесет необходимые поправки и без референдума.

Противники закона уже грозят единороссам судами. Секретарь ЦК КПРФ по юридическим вопросам депутат Вадим Соловьев не раз подчеркивал журналистам, что результатом принятия поправок станет лишь то, что коммунисты вновь пойдут по судам в надежде доказать их неконституционность. Ну и, естественно, ни за что не откажутся от идеи инициировать новый "народный референдум" в 2009 году.

Хотя надо сказать, что и «Единой России» за судьбу плебисцита волноваться нечего -- свой «референдум о поддержке курса президента Владимира Путина» они уже провели 2 декабря. И неважно, что это были парламентские выборы.