Новая страница Катара

Геворг Мирзаян
доцент Департамента медиабизнеса и массовых коммуникаций Финансового Университета при правительстве РФ
25 июня 2013, 18:02
Фото: AP
61-летний эмир Катара Хамад бин Халифа аль-Тани официально отрекся от престола и передал власть своему 33-летнему сыну

«Пришло время перевернуть страницу в истории нашей нации. Теперь вся ответственность будет на новом поколении, с его инновационными идеями», - заявил теперь уже бывший эмир Хамад. Всем известно, что он серьезно болен (у него диабет), и не исключено, что именно ухудшение здоровья стало причиной отставки этого весьма неоднозначного лидера. Сделавшего очень многое как для глубочайшей модернизации эмирата и превращения Катара в один из центров принятия решений на Ближнем Востоке, так и для его серьезного ослабления в последние годы.

Эмир Хамад бин Халифа аль-Тани пришел к власти в результате дворцового переворота в 1995 году. Его отец Халифа жил в традиционном для всех монархов Залива стиле – поручил защиту родных барханов американским союзникам и тратил нефтедоллары направо и налево (преимущественно, конечно, в Европе, где он и жил значительную часть времени). Это не устраивало катарские элиты, понимающие, что нефти в Катаре немного и она скоро кончится, а также принца Хамада, взвалившего на свои плечи всю тяжесть реального управления страной. И однажды Хамад позвонил в цюрихский отель, где проживал эмир Халифа, и сказал, что теперь он новый эмир Катара. Свергнутый эмир Халифа попытался устроить контрпереворот, однако его сын с помощью американских друзей заморозил все папины активы на зарубежных счетах и принудил его признать изгнание. Серьезную помощь Хамаду бин Халифе аль-Тани оказал его родственник, Хамад бин Джассем аль-Тани, за что новый эмир сделал его премьер-министром.

Эмир Хамад стал проводить крайне эффективную политику – как в области экономики, так и в области безопасности. При нем Катар превратился в одного из крупнейших экспортеров СПГ, а также в крупнейший транспортный хаб (как воздушный, так и морской). Эмират на корню скупал западные активы, прибыльные как с материальной, так и с имиджевой точек зрения. «В условиях нынешнего кризиса многие страны предпочитают хранить деньги при себе, а не вкладывать их в зарубежные предприятия. Для нас же это уникальная возможность, подобных которой в ближайшие 20 лет не предвидится», - заявил тогда эмир в разгар финансового кризиса. В результате сейчас катарцы владеют перерабатывающими заводами в Китае, модными домами Франции, футбольными командами Испании, имеют долю в ведущих банках и сетях универмагов Великобритании. Однако самым главным активом эмира была аль-Джазира – популярнейший арабский новостной канал, Его главной «фишкой» было сочетание новостей на арабском языке с западными стандартами журналистики. Аль-Джазира стала первым арабским каналом, который стал рассматривать конфликты с обеих точек зрения. Она  превратилась в платформу для выступлений всего спектра оппозиционных ближневосточных сил – как секулярных, так и религиозных (слово давали даже Израилю). В итоге в нынешнюю эпоху информационных войн аль-Джазира стала мощнейшим инструментом обороны страны, а также средством давления на соседей.

Кроме того, при эмире Хамаде Катар (официальной религией которого является ваххабизм) пошел на улучшение прав женщин. В частности,  им разрешили водить машины, а любимая жена эмира Муза стала первой женой монарха залива, которая сняла паранджу (злые языки говорят, что не столько из-за либеральных взглядов, сколько из желания продемонстрировать миру свои дорогостоящие украшения).

Однако последние годы правления эмира Хамада аль-Тани вряд ли можно записать ему в актив. Эмир захотел воспользоваться арабской весной и перейти от политики по обеспечению безопасности Катара к региональной экспансии. А заодно и наказать своих врагов. Последнее ему удалось. Президент Египта Хосни Мубарак как-то заявил эмиру: «Ты ведешь себя, как будто стоишь во главе великой державы, хотя все население твоего Катара можно разместить в каирской гостинице “Рамзес Хилтон”». И сейчас он лишился власти. Лидер Ливии Муаммар Каддафи, который оскорбительно прошелся по весу главы Катара, лишился жизни. Однако в остальном политика эмира себя не оправдала – во многом потому, что правила географии едины для всех, даже для эмира Хамада. Не может мизерная по размерам территории (11,5 тысяч квадратных километров, 158-е место в мире) и по численности проживающего в ней населения (1,6 миллиона, 162-е место в мире) страна стать одним из лидеров региона. Катар не выдерживает конкуренции ни с турками, ни с саудами. Катар практически ничего не приобрел, но при этом много потерял. В частности, своим активным участием в региональных конфликтах испортил отношения с рядом региональных стран, прежде всего с Ираном (который несомненно после окончания сирийского конфликта сведет счеты). Кроме того, эмир обесценил аль-Джазиру. Ряд уток и откровенных передергиваний, которые допустили журналисты этого канала при освещении арабских революций, серьезно подмочили его репутацию.

Безусловно, новому эмиру Тамиму придется разбираться со всеми этими проблемами. Не исключено, что у него получится все разрулить. Бывшего принца нельзя назвать политически неподкованным человеком – именно он курировал процесс «перекупки» организации ХАМАС у Ирана. К тому же в пользу эмира Тамима сыграет и стабильная внутриполитическая ситуация в стране (если он, конечно, не начнет сводить счеты с некоторыми не устраивающими его сторонниками отца, в частности премьером Хамадом бин Джассем аль-Тани). В следующем году стране предстоят парламентские выборы, и вряд ли они приведут к дестабилизации ситуации. Из 1,6 миллиона человек населения гражданством (и, соответственно, правом голоса) обладает лишь 300 тысяч человек, 10% из которых являются миллионерами. Остальным тоже особо жаловаться не приходится – по уровню ВВП на душу населения Катар занимает первое место в мире. По уровню коррупции, являющейся бичом всех авторитарных режимов, Катар занимает одно из самых высоких мест в арабских странах, так что у коренного населения нет причин саботировать политику нового эмира. Однако очевидно, что об амбициях по региональному господству Катару придется забыть.