Гусенок по имени Стинг

Культура
Москва, 11.06.2001
«Эксперт» №22 (282)

Гордон Меттью Самнер, более известный под именем Стинг, уже выступал в Москве четыре года назад. Концертом в Кремлевском Дворце съездов Стинг остался совершенно недоволен, позднее он даже говорил, что вид мрачного зала с крепышами, наполнившими дорогие первые ряды, напомнил ему Политбюро, и в этот свой приезд Стинг потребовал, чтобы концерт проходил в зале, где люди могли бы танцевать, лучше всего на стадионе. Посему в этот раз Стинг выступал в "Олимпийском", где действительно имелся стоячий партер (впрочем, вместе с дорогим сидячим VIP-партером) и люди могли танцевать вволю.

Этим, правда, все различия между двумя московскими концертами и заканчиваются: за четыре года Стинг не изменился ни на йоту, он все так же почти не двигается на сцене, в редкие минуты, когда решает пройтись, напоминает тряпичного гусенка, и песни тоже поет одни и те же - старые, по преимуществу хиты. Нынешний тур, правда, проходил в поддержку последнего альбома "Прекрасный новый день", потому и песни из этого альбома исполнялись тоже в основном самые раскрученные - помимо открывающей концерт "A Thousand Years" имелась восточная "Desert Rose", ныне звучащая в рекламе "ягуаров". На диске Стинг поет ее с популярным алжирским исполнителем Чебом Мами, на московских концертах Чеба, разумеется, не было, и Стингу пришлось имитировать соответствующие завывания самостоятельно - довольно удачно, впрочем. В середине исполнения "Desert Rose" задник картинно упал, обнажив несколько треножников с театральными языками пламени. Здесь началось шоу, здесь же оно и закончилось.

Никто, впрочем, и не ждал особенных изысков от концерта певца, сделавшего состояние и карьеру на нарочито понятных текстах и не всегда запоминающихся, зато всегда уютных аранжировках. Публика, забившая в "Олимпийском" все проходы (такого аншлага здесь не видели давно), была удовлетворена на все сто: Стинг спел все хиты, сказал пару слов на русском, вернулся на бис, улыбнулся туда, сюда, сыграл соло сам, дал сыграть своим музыкантам и восторженно кивал головой, глядя, как его трубач по имени Крис Ботти выдувает какую-то нереальную по продолжительности ноту. Именно в живом исполнении песни Стинга, частенько, признаем, вялые, обретают невиданную легкость и изобретательность: знакомые мелодии он разыгрывает куда как небанально, допуская в буржуазные свои сочинения немалую толику джаза и хитрой ритмики.

У партнеров

    «Эксперт»
    №22 (282) 11 июня 2001
    Бюджетная политика
    Содержание:
    Разное
    Обзор почты
    Международный бизнес
    Наука и технологии
    Реклама