"Пионеры" в концертном зале

Культура
Москва, 26.11.2001
«Эксперт» №44 (304)
С началом филармонического сезона неожиданно выяснилось, что на классическую музыку появился новый спрос. Что же случилось со старым?

В филармонические залы ходит разная публика: одних интересует буфет, других - богемное общение в антракте, третьих - возможность засветиться на престижном мероприятии, четвертых - акустика или музыка как таковая. Но есть два очень характерных признака, по которым легко определить, что большинство людей, сидящих в Большом зале Консерватории на концертах звезд вроде Спивакова, Башмета или Плетнева в новом сезоне, никогда прежде здесь не были - и они просто не знают, как себя вести. Не говоря о такой сложной и ответственной процедуре, как дарение цветов исполнителю после успешного завершения программы, все наблюдатели, не сговариваясь, отмечают, что новые люди (они же "пионеры":

а) постоянно аплодируют в середине музыкальных произведений, иногда - в самые неподходящие моменты и

б) совершенно не понимают, чем может помешать кому-то в зале сигнал поступившего вызова по мобильному телефону.

Те же наблюдатели стали отмечать любопытные перемены в количественном и качественном составе слушателей, которые приходят на концерты классической музыки. Наблюдения эти в основном сводятся к благожелательному "наконец-то", в том смысле, что круг любителей и ценителей наконец-то перестал сужаться, разговоры о скорой естественной смерти "серьезной музыки как жанра" отложены в сторону за неактуальностью, и в старые мехи начало вливаться новое вино.

Как всегда, "ренессанс" произошел неожиданно, то есть не вовремя, бесконтрольно и не совсем так, как хотелось бы записным "культуртрегерам", "просветителям" и духовным наставникам публики, но это как раз вполне нормально. Чем же не довольны интеллектуалы, которым непрошеные аплодисменты и писк дорогих игрушек в карманах соседей мешают наслаждаться гармонией и красотой оркестрового звучания?

Распалась связь времен?

Всегда считалось, что концертный зал, где дают живые акустические исполнения классики, это что-то вроде храма. Точно так же, как экскурсантов наставляют перед тем, как привести их в мечеть, синагогу, католическую или православную церковь (снимать или не снимать шапку, обувь, как реагировать на те или иные ритуалы), инструктировали и тех, кто пришел впервые, например, в Большой зал Московской консерватории. Обряд инициации нового слушателя в еще недавние советские времена сводился к тому, что человеку объясняли: когда звучит музыка, нельзя шуметь, кашлять без крайней необходимости, разворачивать конфеты. Кроме того, из зала нельзя уходить и входить в середине исполняемой вещи, поскольку это будет демонстрацией неуважения к "местному божеству", ради которого и построен данный храм.

Поэтому, когда между частями какой-нибудь симфонии Брамса раздавались робкие аплодисменты, проверенные слушатели со стажем так сурово шикали на новичков, что у тех сразу прояснялось в голове - это действо нельзя прерывать, надо дождаться, когда дирижер повернется к публике лицом, и тогда уже выражать свои чувства, если они есть. На основании всех этих строго соблюдаемых условностей была создана легенда о том, что московская и петербургска

У партнеров

    «Эксперт»
    №44 (304) 26 ноября 2001
    Нефть и экономика
    Содержание:
    Русский бизнес
    Наука и технологии
    Международный бизнес
    Наука и технологии
    Реклама