Куриная слепота

Екатерина Шохина
1 июля 2002, 00:00

Придумать эффективную схему легализации капитала, вывезенного из России по "серым" каналам, гораздо сложнее, чем покинуть черный список стран, отмывающих, по мнению евробюрократов, "грязные" деньги

России в очередной, третий по счету, раз не удалось покинуть черный список стран, не предпринимающих, по мнению Международной комиссии по борьбе с отмыванием преступных доходов при ОЭСР (FATF), достаточных усилий по борьбе с "грязными" деньгами. Руководство FATF на состоявшемся заседании в Париже решило повременить с исключением России из списка. На сей раз до октября.

Черная метка

В феврале 2000 года FATF, в которую входят 29 стран - активистов борьбы с отмыванием, на основе 25 критериев составила список стран, не желающих бороться с преступными деньгами. В России обнаружили десять признаков, поэтому в июне 2000 года мы получили черную метку и угодили в список. Собственно говоря, основной причиной включения стал разгоревшийся тогда скандал с Bank of New York. К России, как и ко всем странам из списка, в большинстве своем известным своим сверхлиберальным валютно-налоговым режимом офшорным зонам, члены FATF обязались применять санкции. Большинство из них сводится к рекомендации местным банкам считать деньги российских граждан и компаний подозрительными.

Ровно через год список пересматривался. Россия из него исключена не была. Более того, у нее было отмечено "отсутствие заметного прогресса" в борьбе с отмыванием, поэтому России дали время до сентября 2001 года, чтобы исправиться, - иначе FATF ввела бы дополнительные санкции вплоть до запрета на открытие счетов российским гражданам и компаниям.

Россия успела принять закон о борьбе с отмыванием денег, поэтому в сентябре прошлого года было решено дополнительных санкций к ней не применять. Однако в черном списке Россия все равно осталась, так что западные банковские работники по-прежнему считали российских граждан и компании подозрительными. Обещанный пересмотр черного списка в июне этого года тоже не изменил наш статус. Представители США, Великобритании и Франции придумывают все новые условия выхода из черного списка. Поначалу речь шла лишь о противоотмывочном законе и создании службы по борьбе с финансовыми преступлениями. Теперь этого оказалось недостаточно. Члены FATF, верные западным бюрократическим традициям, сочли, что нужно еще выяснить, насколько изменились российские законодательство и бюрократическая практика.

Черный список, безусловно, плох. Чем раньше мы его покинем, тем лучше. Он затрудняет сотрудничество российских граждан и компаний с иностранными банками. "Для того чтобы открыть счет, надо выполнить множество формальностей, пройти множество проверок, это отнимает уйму времени", - отмечает заместитель председателя комитета Госдумы по кредитным организациям и финансовым рынкам Павел Медведев.

На себя посмотрите

То, что Россию упорно продолжают держать в черном списке, кажется не совсем оправданным и справедливым. Во-первых, мы сами предложили Западу живейшее участие в борьбе с терроризмом вообще и с террористическими деньгами в частности. Во-вторых, объем криминальных денег в российских финансовых организациях не велик. Если сравнить суммы, легализуемые у нас в стране и, например, в банках США, то объем будет несопоставим. Однако США в списке нет. Как нет в этом списке Англии и Швейцарии, через банки которых отмывается большая часть криминальных капиталов всего мира.

"Мне кажется несправедливым то, что нас продолжают держать в черном списке. Официально известно, сколько денег отмывается в американских банках, однако Америку почему-то никто не трогает и ни в какие позорные списки не включает. Вообще все, что происходит криминального в больших масштабах, обязательно происходит на стыке с другими странами, которые тем не менее в большинстве своем значатся в белых списках. Что же касается России, то сегодня она по международным меркам делает все от себя зависящее для борьбы с экономическими преступлениями", - говорит Павел Медведев.

Мух от котлет

Нет оснований сомневаться в том, что большая часть вывезенных из России капиталов - вовсе не криминального свойства в том смысле, как их определяют основополагающие документы FATF. На самом деле капитал ушел из России в поисках безопасности и более емких и богатых рынков. Он пытался сохранить себя в максимальном размере, для чего бежал от жесткого российского налогового и таможенного законодательства, непредсказуемых изменений российской политической конъюнктуры, возможных "наездов" со стороны криминальных структур.

В последнее время, однако, репатриация ранее вывезенного капитала практически сравнялась или даже превысила текущий его отток - по итогам второго квартала нынешнего года ЦБ ожидает суммарного притока средств в размере до 1 млрд долларов (подробнее об этом мы написали в статье "Технический миллиард" в прошлом номере журнала). А вот с легализацией возвращающихся капиталов возникают большие сложности, поскольку счета за границей открывались без разрешения Центробанка. Одновременно спецслужбы западных стран, особенно США, в ходе очередного обострения борьбы с терроризмом стали усиленно интересоваться подозрительными банковскими счетами. Среди их владельцев названы и российские граждане. В случае ареста денег иностранными государствами вернуть их в Россию будет практически невозможно. "Мы ведь сейчас сами официально признаем все деньги наших сограждан, находящиеся за рубежом, нелегальными, а значит, преступными. Естественно, что на Западе они будут конфисковываться", - говорит председатель наблюдательного совета инвестиционной группы "Ренессанс Капитал" Александр Шохин.

Таким образом, сейчас главная задача - отделить "серые" деньги, те, которые были спрятаны от налогов и чиновничьего беспредела, от "черных", непосредственно криминальных. Оправдать, легализовать первые и начать борьбу со вторыми.

Сигнал президента

Выступая на съезде Торгово-промышленной палаты в Москве, президент РФ Владимир Путин поставил вопрос о легализации находящихся за границей денег российских граждан. Путин предупредил, что западные сообщества "будут ужесточать использование средств в офшорных зонах" в связи с ужесточением борьбы против терроризма. "Вы замучаетесь пыль глотать, бегая по судам и размораживая свои средства", - заявил президент предпринимателям.

В качестве альтернативного варианта он предложил подумать вместе с правительством, как вернуть эти средства на родину. Иначе говоря - подумать над созданием хороших условий для инвестиций. По мнению президента, "государство не должно при этом хватать всех за рукав, спрашивая, откуда эти средства взялись, если само в свое время не смогло создать нормальных условий для инвестирования". Подготовить и обсудить с бюро Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) вопрос об организации процесса реинвестирования в российскую экономику средств, находящихся в офшорных зонах, Владимир Путин предложил члену Совета Федерации, экс-главе Межпромбанка Сергею Пугачеву.

Разработанная Пугачевым схема амнистии выглядит следующим образом. Владельцам вкладов в иностранных банках, желающим либерализовать вывезенные средства, предлагается уплатить 13-процентный подоходный налог со всей суммы и вернуть на счета в российских банках 25% вывезенных средств. Остальной капитал, таким образом, приобретает легальный статус и может продолжать работать на Западе.

Вдохновленные словами президента, правительственные чиновники, предприниматели, а также независимые эксперты ринулись разрабатывать свои планы легализации находящихся за границей отечественных капиталов. По оценкам аналитиков компании ФБК, в российскую экономику реально возвратить от 15 до 35 млрд долларов.

Однако вся сложность состоит в том, чтобы четко отделить "серые" деньги от "черных". Как справедливо отметил Александр Шохин, "серое от черного отличить трудно, потому как работаем в потемках". Если же будет оставлена хоть одна лазейка, то в Россию рекой потекут криминальные деньги. Тогда уж отмыться станет действительно нереально и в черном списке FATF мы будем болтаться вечно.

Нашлись и полные скептики. По мнению заместителя председателя бюджетного комитета Госдумы Владислава Резника, сегодня говорить о налоговой амнистии вообще преждевременно, поскольку бизнес по-прежнему не доверяет власти и сдаваться сам не пойдет.