Труба на оба ваших дома

Перспективы российско-украинского газотранспортного консорциума весьма туманны. Проект этот - разменная монета президента Украины в политическом лавировании между Россией и Западом

Подписанные на прошлой неделе российско-украинские соглашения в сфере транспортировки газа - договор о создании предприятия "Международный консорциум по управлению и развитию газотранспортной системы Украины", заключенный между "Газпромом" и национальной акционерной компанией "Нафтогаз Украины" и межправительственное соглашение о стратегическом сотрудничестве в газовой отрасли, которое определяет временные рамки действия упомянутого консорциума - тридцать лет с автоматическим продлением на последующие пятилетние периоды, президенты двух стран комментировали, не жалея высоких слов. Казалось бы, дело того вполне заслуживает: "газовый" вопрос - одна из наиболее острых проблем в отношениях России и Украины, и вот теперь сделан шаг к ее решению.

Однако ощущения прорыва нет. И дело не только в том, что заявление Владимира Путина о достигнутых договоренностях сопровождалось множеством оговорок насчет того, что работа "на этом не закончилась, а, наоборот, - только начинается". Гораздо примечательнее реакция главного заинтересованного лица - концерна "Газпром". Точнее - ее отсутствие. На просьбу прокомментировать достигнутые договоренности и перспективы работы в составе российско-украинского газотранспортного консорциума, представители "Газпрома" отвечают невнятно, что "пока все слишком неопределенно".

Что подписали в Кишиневе

Напомним, что еще 9 июня в Санкт-Петербурге Владимир Путин и Леонид Кучма подписали заявление о стратегическом сотрудничестве в газовой сфере. После этого в течение четырех месяцев экспертные группы с обеих сторон пытались согласовать свои позиции, чтобы определить конкретные условия работы в рамках совместного газотранспортного консорциума: распределение собственности, права и обязанности сторон.

И вот 7 октября в Кишиневе председатель правления компании "Нафтогаз Украины" Юрий Бойко и глава компании "Газпром" Алексей Миллер подписали договор о создании Международного консорциума по управлению и развитию газотранспортной системы Украины. Согласно этому документу, к сфере деятельности консорциума относятся транспортировка газа и обеспечение надежности, безопасности и стабильности функционирования газотранспортной системы Украины (ГТС), увеличение объемов транзита природного газа через территорию этой страны, создание новых конкурентоспособных газотранспортных мощностей на территории Украины, а также привлечение необходимых инвестиционных ресурсов для модернизации ГТС. Консорциум будет создаваться, регистрироваться и действовать в соответствии с законодательством Украины. Его органы управления разместятся в Киеве.

Главный вопрос - о распределении собственности - не решен: планируется, что до конца года стороны подготовят учредительные документы, в которых будут оговорены размер уставного фонда предприятия и его распределение между участниками консорциума. По словам министра топлива и энергетики Украины Виталия Гайдука, дальнейшие планы такие: до сентября 2003 года, пока консорциум будет заниматься исключительно консалтинго-инжиниринговыми изысканиями, составлением технико-экономического обоснования (ТЭО) и освоением отпущенных на это средств, его уставный фонд, в соответствии с требованиями россиян, будет сформирован по принципу "50 на 50". Однако как только все необходимые исследования закончатся и консорциум будет готов приступить к управлению "трубой", в его уставном фонде должны произойти изменения. "Будут обозначены доли и соответствующие им финансовые вклады", - сказал Гайдук. Какие будут эти доли и вклады - выяснится только после подготовки ТЭО, которая должна быть завершена к 30 августа 2003 года.

Нет ответа и на принципиальный вопрос - на каких условиях будут участвовать в консорциуме европейские газовые компании. Российская и украинская стороны должны совместно определить эти условия до конца текущего года. Вопрос о сроках юридической регистрации консорциума решен весьма изысканно: "в течение месяца (с момента подписания договора. - 'Эксперт' ), но не позднее 30 августа 2003 года". К этой дате должны быть проработаны концепция проекта, его ТЭО и бизнес-план, определены источники финансирования и направления развития, проведена оценка газотранспортной системы Украины. И в течение этих десяти месяцев консорциум не будет иметь доступа к управлению украинской ГТС.

Что произойдет после 30 августа -. совсем непонятно. Очевидно, чтобы консорциум смог работать, парламенту Украины (Верховной раде) придется принять пакет законов, которые позволили бы передать украинскую ГТС в управление, - сейчас это запрещено. Наверняка на ратификацию в парламент будет направлен и сам договор о создании консорциума. По крайней мере, на этом настаивают депутаты. Но даже если украинские парламентарии оперативно утвердят все необходимые законы, им еще потребуется принять бюджет на 2004 год с учетом изменившегося статуса "трубы". И только с началом нового бюджетного года консорциум сможет приступить к работе. Это оптимистичный вариант развития событий.

"Меня терзают смутные сомнения"

А реалистичный вариант таков: украинский парламент затянет ратификацию закона о газовом консорциуме до осени 2004 года, а там украинцы выберут нового президента и всю работу по газовой проблеме придется начинать сначала. Вероятнее всего, события будут развиваться именно по такому сценарию - об этом свидетельствуют те мнения, которые высказываются сегодня на Украине.

В большинстве своем - это сомнения в целесообразности развития совместного газового проекта с Россией. Во-первых, украинцы совсем не уверены, что после создания консорциума появятся средства для модернизации газотранспортной системы страны. Во-вторых, они сомневаются, что "Газпрому" удастся-таки организовать поставки газа в Европу в обход Украины (до сих пор именно эта угроза была главным доводом в пользу дележа "трубой" с "Газпромом"). В-третьих, украинцы опасаются, что создание консорциума приведет к негативным последствиям для украинского газового рынка вообще (возможно, уменьшится плата за транзит газа, возрастут цены для потребителей, снизятся поступления в бюджет и т. д.).

Нельзя исключать и досрочных выборов президента, на чем настаивает украинская оппозиция. А у ее лидеров есть свои, совершенно отличные от российских, представления о том, с кем и как надо делиться "трубой". Юлия Тимошенко, например, считает, что никому ничего отдавать нельзя, самим надо управлять. В глубине души такой подход разделяют очень многие представители и нынешней власти.

На фоне этих сомнений тактика Киева заключается в максимально возможном затягивании процесса создания консорциума. Когда же затягивать уже невозможно (напомним, что внутриполитическое положение у президента Кучмы весьма непрочное и он кровно заинтересован в поддержке России), Украина выдвигает жесткие условия, неприемлемые для Москвы. Когда терпение российских партнеров заканчивается - Киев идет на уступки, а потом выдвигает новые предложения.

Прорабатывают на Украине и альтернативные варианты, как распорядиться ГТС. Так, украинская оппозиция уповает на проект компании Shell, которая в конце 90-х предложила Киеву взять ГТС страны в концессию. Впрочем, с тех пор никаких реальных подвижек в этом проекте не произошло, а сама Shell, отчаявшись добиться его реализации, летом этого года поддержала российский проект создания консорциума.

И наконец, постоянно возникают различные планы по приватизации украинской ГТС с участием европейских компаний и "Газпрома". Они принципиально отличаются от идеи консорциума тем, что в них "Газпром" участвует в приватизации совместно с европейцами, в отличие от нынешнего варианта, когда сначала россияне и украинцы создают новое предприятие, а затем вместе уже договариваются с "западниками". Впрочем, и этот вариант выглядит сомнительным, поскольку Евросоюз и почти все ведущие европейские газовые компании уже успели выразить свое одобрение проекту создания российско-украинского консорциума. "По моему мнению, создание российско-украинского консорциума по управлению ГТС Украины с участием европейских компаний в целом соответствует положениям энергетической стратегии Европы", - заявила "Эксперту" региональный представитель INOGATE (программа Евросоюза по исследованию путей транспортировки нефти и газа) в Киеве Татьяна Деревянкина.

Однако несмотря на скудность реальных альтернатив российско-украинскому консорциуму, оппозиция намерена в полной мере использовать газовую проблематику. Так, сразу после встречи в Кишиневе Юлия Тимошенко назвала соглашение о создании консорциума предательством и потребовала возбудить уголовное дело против Кучмы и всех причастных к подготовке кишиневских соглашений чиновников.

Обоюдная выгода

Сейчас для Украины основной стимул продвигать вперед переговоры по консорциуму - Киеву необходимо получить политическую поддержку России и за счет этого улучшить отношения с западными странами-потенциальными участниками проекта. Однако это палка о двух концах. У президента Кучмы может быть и своя логика: чем дольше будут вестись переговоры, тем дольше Россия будет в нем заинтересована, а значит, тем дольше будет его поддерживать. Если же главный аргумент Москвы - политическая поддержка, то как только потребность в ней отпадет (например, с избранием нового президента), отпадет необходимость и продолжать игру в консорциум.

Если Россия рассчитывает всерьез взаимодействовать с Украиной по вопросам ГТС, то она должна выработать четкую позицию и объяснить украинской стороне все выгоды консорциума. Во-первых, он позволит навести порядок в сфере транзита газа и распределения финансовых потоков. Украинская газотранспортная система потенциально - высокодоходное предприятие. Однако деньги, которые она зарабатывает, расходуются неэффективно и зачастую отнюдь не на поддержание социальной сферы. Привлечение внешнего менеджмента (как российского, так и западного) позволит разгрести завалы и наверняка снимет большинство вопросов относительно "социальных" потерь Украины.

Во-вторых, главный актив "Газпрома", за который должны украинцы заплатить долей в управлении "трубой" - это не инвестиционные ресурсы, а гарантии увеличения объемов прокачки газа через ГТС. При наличии таких гарантий со стороны России найти ресурсы для модернизации системы не составит проблем. И совсем не обязательно за счет включения потенциальных инвесторов в число совладельцев "трубы": деньги можно привлечь и на рынке внешних заимствований. Когда же в сфере транзита газа будет наведен порядок, не исключено, что собственных ресурсов украинской ГТС хватит на проведение работ по ее реконструкции.

В-третьих, консорциум гарантирует размещение большей части заказов на оборудование для ГТС на украинских предприятиях. И здесь открывается широчайшее поле для взаимодействия российского и украинского бизнеса. Представители последнего уже заявили о своем желании кооперироваться с российскими коллегами в сфере производства труб и оборудования для ГТС. Не может не заинтересовать украинских предпринимателей возможность поучаствовать в реконструкции российской ГТС и в проектах по добыче газа на территории РФ. Все это прочно привяжет крупнейшие украинские бизнес-группы к интересам России и сделает их кровно заинтересованными в реализации совместных газовых программ.

Украинская ГТС по своим масштабам вторая в Европе (после российской). Это более 35 тыс. км газопроводов (в том числе 14 тыс. магистральных), 71 компрессорная станция, 13 подземных хранилищ газа общим объемом около 32 млрд куб. м. Пропускная способность системы на выходе составляет 170 млрд куб. м газа в год.

Газовый коммунизм

В начале августа на встрече с главой "Газпрома" Алексеем Миллером президент России Владимир Путин предложил интенсифицировать работы по созданию совместного российско-белорусского предприятия газораспределяющей системы. А в начале октября он одобрил юридическое оформление решения о создании российско-украинского газового консорциума. Как на это отреагировали в Минске? Официально - никак. Да и что тут комментировать? Что строительство "газового коммунизма" не состоялось?

Политические оппоненты Александра Лукашенко считают, что Россия, подписывая соглашение с Украиной, дает понять, что ей спокойнее иметь дело с Леонидом Кучмой, нежели с непредсказуемым белорусским лидером. Козырь Лукашенко - "политическая стабильность" - после размолвок и разночтений по итогам последних встреч лидеров России и Белоруссии, очевидно, для Москвы сегодня не выглядит убедительным.

В свое время Александр Лукашенко публично заявлял, что большая часть экспортного российского газа будет идти на Запад через Белоруссию. План был прост. Россия не платит за транспортировку по территории Белоруссии, а для нее газ в конце концов становится фактически бесплатным. Таким способом Минск хотел "обойти" Украину, через которую до сих пор шло до 80% российского газового экспорта.

Не получилось. Медовые месяцы в отношениях Москвы и Минска закончились, а вместе с ними Белоруссии приходится расставаться с последними иллюзиями. Больших экспортных газовых потоков из России не предвидится. После того как в строй введут газопровод Ямал-Европа, они, конечно, значительно увеличатся, но о суммах за транзит, близких к полному покрытию белорусского газового долга, говорить все равно не придется.

По мнению некоторых минских экспертов, подписание документов о создании российско-украинского консорциума - шаг абсолютно логичный и закономерный. Как бы ни сложились в будущем отношения Москвы и Киева, было бы совершенно нерационально начинать строительство мощной сети газопроводов на белорусской территории, когда все это уже есть на Украине. Если уж говорить о политике, так о политике стран Западной Европы по либерализации газового рынка. В последние годы они стараются допустить нескольких газопоставщиков на свои рынки, чтобы нивелировать сильное влияние России на экономику своих стран.

В "Белтрансгазе" говорят, что "нормально" смотрят на процесс создания российско-украинского газового консорциума и что никаких отрицательных последствий для Белоруссии не будет. Консорциум не изменит ни объемы транзита через Украину и через Белоруссию, равно как не изменит и стратегические подходы к белорусским и украинским экспортным газопроводам.

Елена Данейко, корреспондент "Известий", специально для "Эксперта"

Минск