Вопрос конвертации политического влияния

27 октября 2003, 00:00

Редакционная статья

Смелым и неординарным политическим решением президента Владимира Путина было названо его участие в сессии Организации Исламская конференция в Малайзии. Еще более смело он поступил, взяв туда с собой только что принявшего присягу президента Чечни Ахмада Кадырова. Руководители исламских государств и организаций, в подавляющем большинстве отвергших результаты чеченских выборов и продолжающих настаивать на политических переговорах Москвы с вооруженными сепаратистами, были поставлены в безвыходное положение: пригласив в качестве почетного гостя российского президента, они должны были улыбаться и всем членам его свиты. Таким образом, сделав все возможное для избрания Кадырова президентом Чечни, Путин теперь использует и свой международный вес для легитимизации новой чеченской власти в глазах мировой общественности.

Делать это было необязательно. Разрушавший мечети и депортировавший множество мусульманских народов Советский Союз был лучшим другом всех этих исламских режимов - потому что снабжал их оружием, военными советниками и всегда прикрывал от врагов с Запада. В присутствии Путина дуайен мирового исламского сообщества малазийский премьер Махатхир Мухаммад назвал вредными еврейскими выдумками все эти права человека и демократию. Как и другим исламским лидерам, Мухаммаду нет никакого дела до того, насколько скрупулезно выполняются в России правила проведения выборов, поскольку сам институт выборов, по его же прежнему высказыванию, навязан остальному миру Западом как инструмент порабощения народов. Здесь-то и есть объяснение начавшейся большой игры ислама с Россией. Они считают, что Россия дружит с Западом сквозь зубы, что она не простила поражения в холодной войне, хочет восстановить свое былое значение, и в этом ее интересы схожи с интересами исламских государств. Иными словами, ее зовут в союз аутсайдеров и реваншистов.

Но ее, как известно, зовут и в другие клубы. Незадолго до встречи с исламскими пассионариями Владимир Путин провел уик-энд у Джорджа Буша на кэмп-дэвидской даче. Затем сумел примирить позиции "старой Европы" и антииракской коалиции в Совбезе при голосовании очередной резолюции по Ираку. А чуть ранее подписал в Ялте соглашение о создании Единого экономического пространства с Украиной, Казахстаном и Белоруссией.

Какое-то время после кончины СССР всем казалось, что задвинутая на северные окраины Евразии, с девяти до одного процента снизившая свою долю в мировой экономике Россия просто исчезнет как субъект международной политики. Впоследствии выяснилось, что исчезновение такого субъекта нежелательно не только для него самого, но и для всего глобального сообщества, переживающего кризис перехода от одной модели международных отношений к другой, пока никому не известной. Ее военные, природные и дипломатические ресурсы оказались востребованы при решении крупнейших мировых проблем.

Соединенные Штаты признают, что в борьбе с главной угрозой человечества - терроризмом - им не обойтись без России, а без всех остальных - обойтись. Франция с Германией ищут в России союзника в долгосрочной конкуренции с Америкой. Китаю Россия нужна, чтобы получить доступ к высоким технологиям, в котором ревнивый и опасливый Запад ему отказывает. Теперь вот и исламский мир вступает в борьбу за сочувствие России. Эта прекрасная в целом ситуация порождает множество проблем и рисков.

Главная из проблем заключается в том, как конвертировать политическое влияние в экономические выгоды. Здесь пока ничего не получается. Как не пускали нас на рынки, так и не пускают, как был Джексон-Вэник, так и остался, квоты и "антидемпинговые расследования" нарастают и в Европе, и в Америке. "К России в ходе переговоров о вступлении в ВТО подчас предъявляются завышенные требования, выходящие за рамки этой организации", - пожаловался Владимир Путин на форуме АТЭС в Бангкоке, который он посетил на обратном пути из Малайзии. Путин даже выразил надежду, что "на России свет не сойдется клином и она не превратится в дойную корову, за счет которой все будут стремиться решать свои вопросы". Вот оно как, нас еще и доить пытаются. Так вот, пока нас доят, а не мы доим, грош цена всем этим блистательным дипломатическим победам.

Главный же из рисков состоит в самом многообразии выбора. Такое положение долго не продлится. России придется делать этот выбор и, соответственно, отказываться от других вариантов, таким образом наживая новых недругов. Политические руководители страны неоднократно и гордо заявляли, что у них нет врагов во внешнем мире - по крайней мере, на уровне государств. Однако и надежных союзников тоже нет. Российский президент был вынужден выслушать агрессивную антисемитскую и антизападную филиппику Мухаммада Махатхира, но теперь, наверно, будет сделан вывод о том, какой вариант надо отбросить в первую очередь.