Апология либерального консерватизма

Александр Механик
обозреватель журнала «Эксперт»
12 июля 2004, 00:00

Либеральной демократии не выжить без веры и публичной философии

Журналист и психолог Уолтер Липман не был политиком, но по влиянию, которое он оказал на американскую политику, его можно поставить в один ряд с президентами. Достаточно вспомнить, что именно Липман готовил для Вудро Вильсона его знаменитые "Четырнадцать пунктов" - документ, легший в основу деятельности Лиги наций после первой мировой войны. И он же был одним из самых влиятельных критиков "нового курса" Франклина Рузвельта.

Если говорить об общественной деятельности, то начинал Липман как социалист, но постепенно перешел на позиции либерального консерватизма, которые и отстаивал до конца своих дней.

С 1931 года 36 лет он вел колонку "Вчера и сегодня" в New York Gerald Tribune - она распространялась для одновременной публикации в 250 газетах по всему миру. Но Липман был не только журналистом. Его труды по социологии и политической философии, такие как "Общественное мнение", "Предисловие к моральной теории" и другие, ставят его в один ряд с крупнейшими социологами и философами ХХ века.

К числу фундаментальных работ принадлежит и "Публичная философия", которую сам Липман считал одним из своих важнейших трудов. Работу над этой книгой он начал в конце тридцатых годов под влиянием событий, происходивших в Европе: краха демократий в Германии, Италии и Испании и капитуляции Франции перед фашизмом, вначале моральной, а потом и военной. А заканчивал книгу уже после войны, в эпоху Эйзенхауэра. Главная проблема, поднятая в "Публичной философии", - устойчивость либеральной демократии, которой, как считал Липман, с одной стороны угрожают фашизм и коммунизм, а с другой - "великий вакуум идей и веры". "Великий вакуум" возникает вследствие исчезновения из общественной жизни публичной философии, которую Липман определяет как "учение о естественном законе, согласно которому существует некий закон, и он выше властителя и суверенного народа... выше всего сообщества смертных". Причем "являясь на протяжении поколений духом великого общества, она (публичная философия. - 'Эксперт'), тем не менее, никогда не излагалась в виде отдельного документа. Но сами традиции цивилизованной жизни привились среди народов Запада, задавая определенные критерии публичного и частного поведения, благодаря которому утверждались и делались более доступными институты свободы и развивающаяся демократия".

По мнению Липмана, в процессе развития либеральной демократии на Западе произошла подмена понятий. В первую очередь понятия свободы. Первоначально свобода основывалась на уважении к традиции и некоему общему порядку вещей. Отказ от традиций и определенных критериев поведения приводит общество к упадку. Демократия и свобода лишаются содержания, и граждане отворачиваются от них.

Однако то, что Липман критикует современную ему либеральную демократию за утрату внутренней цельности, совсем не означает, что он против нее. Наоборот. Он ищет, как вернуть либеральной демократии ее естественные основы, как восстановить веру людей в публичную философию. Как пишет он сам, "нужно разработать позитивную работающую доктрину о том, что есть благое общество", и сделать ее предметом общественного согласия. В качестве частных примеров он рассматривает проблемы собственности и свободы слова. Отвечая тем, кто сочтет его предложения наивными, Липман приводит слова Чарлза Пирса: "Предоставьте любому человеку достаточно информации.. и он придет к такому же выводу, к какому придет любой другой разум... Таким образом, существует правильный ответ на каждый вопрос; это некий окончательный вывод, к которому тяготеет мнение любого человека".

Еще одна проблема, которая волнует Липмана, - это проблема управления государством, и она непосредственно связана с задачей восстановления публичной философии, потому что, по мнению Липмана, отсутствие позитивных принципов и традиций разрушает управление. С другой стороны, управление парализуется и разрушается неправильно понятой демократией, при которой граждане непосредственно или через своих представителей могут вмешиваться в политику, осуществляемую исполнительной властью. Обычно это связано с недостатком доверия граждан к власти из-за отсутствия позитивной философии, т. е. в данном случае общепризнанных принципов управления.

Безусловно поддерживая демократические институты, Липман считает, что политические события первой половины ХХ века продемонстрировали: исполнительная власть демократических стран оказалась не готова к испытаниям, которые выпали на их долю. Потому что демократическими правительствами управляет общественное мнение. Исходя из этого опыта, он делает вывод: люди "могут выбирать правительство. Они могут одобрять или не одобрять его деятельность. Но управлять правительством они не могут. Они не могут править вместо него". Так, в 1918 году именно общественное мнение навязало правительствам стран-победителей непримиримую позицию по отношению к поверженной Германии, тем самым сделав невозможным примирение. А когда к власти пришел Гитлер, то, напротив, именно общественное мнение не позволило правительствам принять адекватные меры, чтобы остановить его. Вот почему, по мнению Липмана, при избрании исполнительной власти должен действовать принцип, который применяется при избрании папы римского: "Папа избирается кардиналами, но полномочия свои он получает непосредственно от бога".

Уолтер Липман был человеком своего времени, и многие из его конкретных рекомендаций сейчас, возможно, кому-то покажутся наивными, но его произведения проникнуты, как пишет Пол Роузен, автор предисловия к "Публичной философии", "демократическим идеалом сплочения людей вокруг общих интересов".