О листках на столе

Александр Привалов
20 сентября 2004, 00:00

Политическая реформа, объявленная 13 сентября президентом, активно обсуждается в двух аспектах: полезна она или вредна сама по себе - и адекватна ли она новой, послебеслановской реальности. По первому пункту этой общепринятой повестки дня мнения сильно различаются, что вполне естественно хотя бы потому, что предложенные реформы прямо затрагивают заметную долю людей, высказывающихся по таким вопросам публично.

Да и по сути отношение к новациям не могло быть однозначным. Мы не раз имели случай констатировать, что нынешней России демократические одежды как-то вроде великоваты: и ход, и результаты что региональных, что федеральных кампаний слишком ясно показывали, сколь многих содержательных вещей не хватает для наполнения прописанных в Конституции РФ формальных процедур развитой демократии. Да с этим, кажется, никто и не спорит. Но дальше согласие кончается, потому что из этой ситуации есть два противоположных выхода: можно терпеливо ждать, пока одежка, сшитая на вырост, придется впору (и, конечно, что-то делать, чтобы ускорить приближение вожделенного часа), - а можно взять ножницы, да и отхватить слишком длинные рукава и волочащиеся по земле полы. В пользу каждого из двух вариантов найдется, что сказать.

Только всерьез этот диспут интересует не многих. В прошлый четверг в Москве по призыву трех партий (СПС, "Яблоко" и КПРФ) прошел митинг протеста; собралось "более 30 человек". В лентах эта новость соседствовала с сообщением из Лондона, где парламент осадили десять тысяч разъяренных противников запрета охоты на лис. Я не предлагаю в виду этого контраста отказаться от дискуссий по сути президентских инициатив, но держать его в голове, то есть помнить, насколько силен в нынешних спорах привкус академизма, - очень небесполезно.

Академизм этих споров еще и в том, что никто не сомневается: путинские инициативы невдолге станут законами; вопрос лишь в следствиях. А о них сегодня мало что можно с уверенностью сказать, кроме одного невеселого общего соображения. Всякий крупный проект (а речь об очень крупном проекте) непременно содержит и новые возможности, и новые риски. Разница между ними в том, что риски обыкновенно реализуются как-то сами по себе, тогда как возможности нужно еще суметь реализовать. Например, заявленная реформа содержит возможность возникновения сильных партий - и риск реинкарнации застоя. Или совсем очевидное: назначаемость губернаторов - это и возможность назначать правильных наместников, и риск назначать неправильных. До сих пор практика президентских назначений (вспомним хотя бы троекратное трудоустройство В. А. Яковлева) особого восторга у наблюдателей не вызывала.

Обращаясь ко второму пункту повестки дня - насколько объявленные президентом меры адекватны констатированному им же состоянию войны, в котором пребывает Россия, - мы увидим несравнимо больше единодушия. Все, кто высказывался на эту тему (кроме, конечно, официоза), более или менее определенно говорят об их неадекватности, о том, что переформатирование власти есть в лучшем случае косвенный и слишком далекий ответ на террористическую угрозу, что нехватка действий власти, более прямо связанных с последними событиями, сама по себе компрометирует и произнесенные инициативы. И, естественно, всех занимает вопрос о причинах столь явной нестыковки вызова и ответа.

На спрос открылось предложение: некий большой чиновник из администрации пояснил прессе, что в связи с общим ощущением "надо что-то делать" у Кремля открылось окно возможностей, куда и была просунута политическая реформа. О правдивости и/или уместности такого объяснения можно спорить, но его неполнота очевидна: а что ж ничего другого (помимо создания новых бюрократических структур) в окно не просунули? Разве ничего другого стране и не требуется? Да нет, требуется - и власть это, разумеется, понимает. Но каждый раз, когда власти нужно что-либо сделать, она выбирает рецепт действий из листков, в этот момент лежащих на ее столе (кажется, эта метафора принадлежит В. А. Найшулю). К 13 сентября на столе, видимо, лежали только пропорционалка да назначаемость губернаторов - остальные инициативы наскоро слеплены в тон к этим. А других листков - не было. Важно понять почему.

Ведь их часто не бывает - и иногда причины их отсутствия ясны. Многие еще помнят, например, как в 2001 году МЭРТ надумал объявить тендер "на подготовку экспертной оценки последствий вступления в ВТО для российской промышленности" - то есть спохватились, что листков нет, на седьмом году переговоров об этом самом вступлении. Да и был бы тендер объявлен раньше - много ли нетривиального можно нарыть на сто тысяч? Для сравнения: у вице-премьера Китая У И, с блеском проведшей переговоры о вступлении в ВТО своей страны, были сотни сотрудников, в течение девяти лет неустанно объезжавших китайские предприятия, чтобы своими руками добывать материал не столько для "оценки последствий вступления", сколько для выработки оптимальных переговорных позиций. Итак, "листков на столе" не оказывается, если власть не умеет вовремя выделить важнейшие для себя темы и сосредоточить на них нужный объем ресурсов.

Другой пример, прямо из нынешнего кризиса - технологическое обеспечение антитеррора. После "Норд-Оста" (непонятно, почему не после взрывов 1999 года, ну да ладно) была сделана попытка создать межведомственную комиссию для нужнейшего дела: проинвентаризировать имеющиеся в стране разработки и поддержать самые перспективные. Будь это сделано, сейчас на столе у власти лежали бы очень нужные листки, но попытка кончилась ничем - ведомства не смогли, а скорее не захотели сформулировать хотя бы в самом общем виде свои потребности в этой сфере. Сейчас подобную же работу наверняка опять попробуют сделать - и нет гарантии, что она опять не уйдет в песок: нужная стране, она не нужна ни одному министерству. Позарез необходимые листки с планами реорганизации силовых структур не готовит никто, кроме самих этих структур, то есть листков не будет никогда. Власть готова слушать только сама себя, любые предложения извне она априорно считает бесполезными.

Мобилизовывать все ресурсы страны - нужно. Но если под этим лозунгом власть еще более закроется, утянет разработку решений еще глубже в кабинетные дебри, мобилизовать удастся немногое - нужных листков на столе не будет.