Развод по-японски

Галина Юзефович
28 февраля 2005, 00:00

Главный роман японского писателя ХХ века Дзюнъитиро Танидзаки "Ключ" вошел в европейскую культурную традицию благодаря экранизации Тинто Брасса, по своему обыкновению превратившего экзистенциальную драму в пошленькую мелодрамку. Книга, вышедшая в возобновленной после долгого перерыва серии "Иллюминатор", призвана устранить допущенную несправедливость и объяснить-таки российскому читателю, почему в Японии Танидзаки почитается классиком поважнее известных и любимых у нас Акутагавы Рюноскэ или Юкио Мисимы.

"Ключ" - роман-перевертыш. Первоначальная мизансцена выглядит здесь идиллически: пожилой профессор, его сорокапятилетняя красавица жена, их взрослая дочь и ее молодой поклонник, похоже, великолепно ладят друг с другом. Но постепенно ракурс меняется, и картина приобретает зловещие черты. Темпераментную супругу профессора давно уже не удовлетворяют пресные и редкие мужнины ласки. Воздыхателя дочери к будущей теще тянет куда сильнее, чем к официальной невесте. Что же до самого профессора, то ему для пробуждения угасающего либидо требуется афродизиак - ревность, которую он пестует, всячески способствуя сближению жены и потенциального зятя.

Роман имеет обманчиво прямолинейную структуру, неоднократно опробованную, в частности, и в японской литературе: повествование попеременно ведется от лица обоих супругов, которые рассказывают об одних и тех же событиях. Но чем дальше, тем заметнее в их рассказах становятся недомолвки и разночтения. Впрочем, главный сюрприз ожидает читателя на последних страницах: сюжет романа, на первый взгляд незамысловатый, диковинным образом вздыбится, вывернется наизнанку - и то, что долгое время казалось семейной драмой в ориентальном духе, на прощанье обернется безупречно стройным и жутковатым детективом-нуаром в лучших традициях этого сугубо европейского жанра.