А Бо Ксилай доволен

Ольга Власова
20 июня 2005, 00:00

Под напором китайского экспорта многие секторы европейской легкой промышленности оказались на грани вымирания. Убежденные либералы - члены Еврокомиссии не желают прислушиваться к просьбам местных промышленников, молящих о протекционистской защите

В начале июня Евросоюзу удалось договориться с Китаем об ограничении текстильного импорта из этой страны до 2008 года. Большой торговой войны, которая казалась неизбежной, теперь не будет. Еврокомиссар по торговле Питер Мандельсон, одиннадцать часов беседовавший со своим китайским коллегой Бо Ксилаем, оценивает это соглашение как большую победу ЕС и свою личную удачу. Придавая этому событию такую важность, брюссельские политики стараются успокоить своих бизнесменов и создать видимость того, что они прилагают все усилия для их защиты.

Европейские текстильщики неоднократно обращались в Еврокомиссию с просьбой обуздать бесконтрольный поток китайских товаров, наводнивший Европу, и ввести квоты. Основания для этого были вполне серьезными. С начала года экспорт китайского текстиля в страны ЕС вырос на 400% (!), цены на европейских рынках заметно упали, а местные производители начали разоряться.

Однако новая Еврокомиссия, которая была создана для проведения либеральных экономических реформ в ЕС, медлила. Введение квот прямо противоречит либеральному духу новой Еврокомиссии и политике жестких реформ, которую они намерены проводить в ЕС. Иначе говоря, в Еврокомиссии считают, что их возможное вмешательство - это чистой воды протекционизм, хроническая болезнь экономики европейских стран, от которой они должны ее вылечить.

Однако политический кризис, поразивший ЕС после провала Евроконституции, продемонстрировал евробюрократам, что их уверенность в готовности избирателей затянуть потуже пояса может обойтись слишком дорого. И без того крайне неблагополучная экономическая ситуация в "старых" странах ЕС значительно усугубилась из-за дешевого китайского экспорта. Местные производители, чтобы как-то удержаться на плаву, стали резко сокращать издержки: увольнять рабочих, сокращать зарплаты и увеличивать рабочий день. Безработица в текстильной и обувной отрасли ЕС резко скакнула вверх.

Верно оценив ситуацию, в Еврокомиссии решили, что настало время пойти навстречу местному бизнесу и обывателям. Питер Мандельсон вылетел в Шанхай, чтобы убедить китайскую сторону в необходимости временных ограничений. Сам он считает, что это ему блестяще удалось: согласно новым договоренностям, в ближайшие три года ЕС сможет регулировать поток китайского импорта. Однако с практической точки зрения эта дипломатическая победа выглядит очень неубедительной. Соглашений, достигнутых Мандельсоном, хватит лишь на три года, и принципиально проблему они не решат. Сама же Еврокомиссия не считает нужным защищать своих производителей от китайцев.

Репетиция конца света

С января этого года из Марселя, Генуи и других крупных портов по Евросоюзу потекли фуры, груженные китайской одеждой. С каждым днем их становилось все больше. Даже с наценками и накрутками одежда эта продавалась по невиданным в Европе ценам - почти даром. Неудивительно, что она быстро нашла своего покупателя. Европейцы, уставшие от роста цен и падения уровня жизни, с энтузиазмом обновляли свой гардероб.

Но праздник кончился очень быстро. Китайцы радикально сбили цены на одежду местным производителям. Вещи, произведенные собственно во Франции или Италии, казались теперь несусветной дороговизной. Они перестали продаваться или уходили за бесценок. Мелким компаниям было хуже всего - большинство просто не могли понять, как это случилось, почему китайские товары посыпались на европейские рынки как из бездонного мешка.

В действительности же ничего неожиданного не произошло. В январе 2005 года истек срок Соглашения по текстилю и тканям, принятого в 1995 году (тогда же, когда была создана ВТО) США, Канадой, Евросоюзом и Норвегией, чтобы ограничить квотами текстильный экспорт из развивающихся стран, в частности из Китая. Это соглашение было задумано как переход от старого Соглашения по тканям, принятого развитыми странами в 1974 году для защиты своих производителей от бурно растущего текстильного экспорта из развивающихся стран, к полностью либерализованному и свободному от всяких ограничений мировому рынку текстиля. Обрадовавшись наступившей свободе, за пять месяцев китайцы завалили европейский рынок продукцией своей легкой промышленности.

У ЕС, правда, в запасе оставалось единственное средство обуздания китайского экспорта. В конце 90-х Евросоюз и США подписали свои собственные договоренности с Китаем по экспорту товаров из этой страны, которые были приняты как условия для вступления Китая в ВТО. По этим соглашениям Евросоюз и США имеют право квотировать любые из 91 наименования товаров еще в течение трех лет по истечении срока основного соглашения, если, по их мнению, появление на рынке этих товаров вызывает какие-то проблемы для местных производителей. Нижний порог квот составляет 7,5%, то есть китайцы имеют право ежегодно увеличивать экспорт своих товаров по меньшей мере на 7,5% от существующего уровня.

Американцы ввели квоты на большую часть текстиля значительно раньше. Питер Мандельсон долго тянул. Однако даже под нажимом своего бизнеса он не посмел требовать многого. Все, чего он добился, - ограничение роста экспорта десяти наименований текстиля (из 35 существующих) на 10% в год. То есть даже в этом ограниченном пространстве рынка ***не смог удержаться на уровне 7,5%.

Боец невидимого фронта

Причина того, что ЕС так долго не решался выступить в защиту своих производителей и так вяло их защищает, заключается прежде всего в его абсолютном нежелании это делать. Новый состав Еврокомисии во главе с ее президентом Жозе Мануэлем Баррозу провозгласил своей задачей воплощение в жизнь "Лиссабонской повестки", или, иначе говоря, проведение жестких реформ по либерализации экономики ЕС. В частности, это подразумевает отмену всякого протекционизма со стороны государства по отношению к своему бизнесу. Подобные меры, по мнению новых еврокомиссаров, позволят оздоровить европейскую экономику и сделать ее товары конкурентоспособными по отношению к продукции азиатского производства. Поэтому, с точки зрения Питера Мандельсона, европейские производители должны не пытаться защититься от китайских товаров как таковых, а наоборот - менять свой бизнес таким образом, чтобы успешно конкурировать с ними. На прошлой неделе Мандельсон заявил, что он категорически против протекционизма, который набирает силу в Европе, и пообещал бороться с теми политиками, которые считают, что "можно натянуть себе на голову одеяло и ждать, что экономический ураган пройдет мимо них".

По мнению идеологов европейских реформ, протекционистские меры не принесут ощутимых результатов. ЕС надо просто признать, что в этой области его экономика абсолютно неконкурентоспособна по отношению к китайским производителям. "Соглашение, которого Мандельсон достиг в переговорах со своих китайским коллегой, - это лишь временная отсрочка неизбежного, - говорит главный экономист по европейской торговле Economist Intelligence Unit Дэн О`Брайан. - Европейские производители текстиля получили еще три года передышки, а потом их все равно накроет волной китайских товаров. Ведь у них уже было десять лет для того, чтобы подготовиться к этому событию. Но они ничего не сделали. Может быть, ничего и невозможно было с этим сделать, поскольку стоимость рабочей силы в ЕС настолько выше, чем в Китае, что любые реформы этого сектора в Европе все равно не способны изменить ситуацию. Наверное, нельзя сказать, что вся легкая промышленность ЕС умрет через три года, по всей видимости, ее более сложные секторы останутся, но простейший сегмент - футболки, белье и тому подобное - действительно больше не сможет существовать в Европе. Конечно, нельзя быстро научить бывшего китайского крестьянина шить костюмы высочайшего качества, как это делают в Италии. Вероятно, Европе удастся оставить за собой, во всяком случае в обозримом будущем, такие области текстиля, в которых требуется высокая квалификация работы. Однако себестоимость простых изделий сильно привязана к стоимости рабочей силы. И по этому показателю даже самые бедные страны Европы все равно не смогут конкурировать с Китаем и ему подобными производителями".

Никто не хотел умирать

Представителям европейского текстильного бизнеса ситуация, однако, рисуется в иных тонах. Они не согласны с позицией Еврокомиссии и не считают, что проблемы отрасли заключаются только в ее неэффективности. "Мы не можем сказать, что мы довольны результатами переговором с Китаем, - заявил 'Эксперту' директор по торговле и промышленности ассоциации европейских производителей текстиля Euratex Франческо Марчи. - Этот десятипроцентный рост установлен лишь для десяти наименований, а что прикажете делать с остальными двадцать пятью? Мы еще в самом начале марта начали бить тревогу и обратились в Еврокомиссию с требованием остановить лавину китайского текстиля, которая грозила погрести под собой изрядную долю нашего бизнеса, но они просто никак не реагировали на наши требования. В итоге наша отрасль так сильно пострадала, что это привело к разорению многих мелких компаний. Главная проблема состоит в том, что китайские производители торгуют нечестно. Они продают свои товары по цене ниже себестоимости. Китайское правительство обеспечивает своим компаниям льготный режим, дает беспроцентные займы или помогает взять кредиты в банках, которые никогда не возвращаются. Это нечестная конкуренция, и я считаю, что вопрос по-прежнему открыт. Нам непонятна методология подсчета, которая применяется Еврокомиссией для определения роста импорта и его ограничения. И вообще сам подход еврокомиссаров к необходимости что-то делать нам тоже непонятен".

Текстильщики не согласны также с теми незамысловатыми рекомендациями, которые дает им Еврокомиссия. "Многие говорят, что нашим компаниям следует двигаться в сторону сегмента более дорогих товаров, - сказал 'Эксперту' совладелец швейного производства средней руки Уго Джованни. - Конечно, мы это делаем, но это не панацея. Они не учитывают того факта, что это делают и все остальные. А потом цены определяются в среднем по рынку, так что дешевые китайские футболки все равно сбивают цену на наши качественные мужские костюмы. Поэтому я совершенно не согласен с тем тезисом, что мы должны целиком перейти в сектор более сложной и дорогой одежды и оставить дешевую на откуп развивающимся странам".

Европейские промышленники считают, что и после 2008 года у них останутся инструменты для борьбы с потоком китайских товаров. Например, обращение в ВТО с жалобой на китайский демпинг и похожие приемы. "Те, кто говорит, что европейская легкая промышленность умрет, выдают желаемое за действительное. Как может умереть промышленность, оборот которой превышает 200 миллиардов евро, в которой занято 2,3 млн человек и которая экспортирует товары на сумму более 37 миллиардов евро? Создайте нам честные условия торговли, и рынок сам решит, нужны ли ему наши товары!" - восклицает Франческо Марчи.

Оптимизм европейских текстильщиков и их планы борьбы, однако, упираются в то, удастся ли им убедить еврокомиссаров в необходимости защищать их интересы на международной арене.

На прошлой неделе к европейским текстильщикам присоединились обувщики. Они не только обратились в Еврокомиссию с требованием принять меры против роста китайского экспорта обуви, который с начала года вырос на 700%, но и провели большую демонстрацию в Брюсселе. Опасаясь революции, Еврокомиссия поручила Мандельсону подать жалобу в ВТО, что он и был вынужден сделать скрепя сердце. Вопрос лишь в том, захочет ли господин Мандельсон отстаивать их интересы перед китайцами, с которыми он так подружился. "Вчера это был текстиль, сегодня обувь, что будет завтра? Бытовая техника, машины? И так до бесконечности, - ворчал он после выступления. - Нам надо понять, что это только начало китайской истории, а не конец".

Через силу

Идя поневоле на переговоры с китайцами, в глубине души Мандельсон был абсолютно не согласен с необходимостью защищать своих. Его симпатии, как ни странно, были на стороне китайцев, что не мог не почувствовать его коллега министр торговли Китая Бо Ксилай. После переговоров он заявил, что крайне доволен достигнутыми соглашениями, потому что "в отличие от других стран (подразумеваются США. - 'Эксперт') Евросоюз не принимает односторонних мер в отношении Китая, а обсуждает проблемы в дружественной манере".

В политических европейских кругах ходят слухи, что довольно умеренный успех в переговорах с китайцами Питера Мандельсона вызван не только его либеральными взглядами и борьбой с протекционизмом у себя на родине, но и его несостоятельностью как переговорщика. Действительно, карьера Мандельсона только началась, но он уже успел провалить переговоры с США по решению спора между европейской компанией Airbus и американской Boeing. "Я не хочу, чтобы меня вспоминали как человека, который повернулся спиной к свободной торговле", - заявил Мандельсон. Однако, по мнению европейских бизнесменов, его основная задача - это все-таки защита интересов компаний Евросоюза, а не демонстрация личных политических пристрастий. Они опасаются, что если так пойдет и дальше, то европейскому бизнесу придется туго.