Задний ход Бульдозера

Николай Силаев
22 августа 2005, 00:00

Вывод израильских поселений из сектора Газа был неизбежен, но осуществить его мог только Ариэль Шарон и только сейчас. И он пошел на это, несмотря на серьезнейший риск как для Израиля, так и для себя лично

На прошлой неделе Израиль начал эвакуацию жителей еврейских поселений из сектора Газа и Северной Самарии. В операции участвует около 15 тыс. сотрудников полиции и военных. Согласно планам командования Армии обороны Израиля (ЦАХАЛа), завершить принудительную эвакуацию поселенцев планируется в течение этой недели. Евреи должны оставить 21 поселение в секторе Газа и четыре в Северной Самарии (Западный берег реки Иордан). Большинство поселков уже пусты - армия начала сносить дома.

Хотя еще не прошло и половины срока, отведенного на эвакуацию, некоторые итоги операции можно подвести уже сейчас.

Вопреки всем прогнозам кампания протеста поселенцев против демонтажа поселений и передачи сектора Газа Палестинской автономии окончилась полным провалом, поселенцы не оказали сколько-нибудь значимого сопротивления подразделениям армии и полиции. Более того, вывод поселений стал таким шоком для самих эвакуируемых, что депортация, скорее всего, пройдет даже без серьезного стихийного сопротивления. К данному моменту зафиксированы лишь мелкие стычки с полицейскими и военными. Большинство людей либо уезжают сами, либо их насильно, включая женщин и детей, втаскивают в специально подготовленные автобусы. Несколько семей и групп молодежи забаррикадировались в частных домах и синагогах, однако очевидно, что извлечь их оттуда профессиональным военным не составит большого труда.

Не оправдались и надежды поселенцев на массовые акции протеста противников эвакуации на остальной территории Израиля: перекрытия основных транспортных магистралей страны не произошло. "В это трудно поверить, но жизнь идет здесь своим чередом - даже в поселениях. Работают магазины. По радио постоянно передают рекламу колбасы и веселую музыку. Народ не вышел протестовать. Отдельные люди ездили в Гуш-Катиф, но из-за блокады пробраться туда все равно практически невозможно. Я потратил сутки, пробираясь проселочными дорогами. Мы ехали ночами, укрывались в рощах - сверху светили вертолеты. Однако все равно не доехали десяти километров до нужного перекрестка. Потом к нам вышел представитель совета поселений и сказал, чтобы мы ждали: может быть, соберется народ, и тогда перекроем трассу. Поняв бессмысленность и бесперспективность происходящего, я уехал", - рассказал "Эксперту" житель религиозного поселения Бат-Айн в Иудее Александр Шейнин.

Именно отсутствие реальной поддержки со стороны противников размежевания окончательно убило надежду и сломало жителей Гуш-Катифа (еврейский район сектора Газа). Глава ешивы в Неве-Дкалиме раввин Шмуэль Таль приказал своим ученикам прекратить сопротивление. "Наши братья не пришли на помощь - сопротивление бесполезно", - сказал раввин и покинул здание религиозной школы со своими учениками. Израильские СМИ отмечают, что многие "ожидали экшн по типу того, что было в 1982 году в Ямите". Тогда жители еврейского города на Синайском полуострове отчаянно сопротивлялись подразделениям генерала Шарона. Однако сейчас "насилия и ярких сцен не было - поселение Мораг, которое должно было стать символом обороны, сдалось практически без боя".

Тщетны оказались надежды поселенцев и на армию, которую они всегда считали "своей" и полагали, что значительная часть военных не будет выкидывать евреев из их домов. Солдаты сделали свое дело. "В отказ" пошли единицы, хотя, по словам наблюдателей, многие солдаты и офицеры плакали, но ни о каком срыве депортации речи не было. Поселенцы воспринимают происходящее как катастрофу. "То, что происходит сейчас, - хуже холокоста, потому что тогда евреев депортировали немцы, а сейчас Шарон задействует для этого израильскую армию", - заявила в интервью израильскому радио руководитель местного совета поселения Кдумим в Самарии Даниэла Вайс.

Столь быстрое и на удивление гладкое выполнение планов по размежеванию вызвало восторг в израильских военных и правящих элитах, а также у журналистов. Израильский премьер Ариэль Шарон похвалил солдат и полицейских за "беспрецедентную сдержанность и хладнокровие", с которыми они осуществляют "возложенную на них правительством историческую задачу по эвакуации поселений". "Если план размежевания будет завершен успешно, это будет нашей большой общей победой - и армии, и полиции, и даже поселенцев", - заявил на пресс-конференции для освещающих эвакуацию журналистов командующий Южным военным округом генерал Дан Харэль.

Скрытый торг

"У Израиля нет будущего в секторе Газа, и уход оттуда был не только правильным, но и единственным решением", - заявил недавно израильский вице-премьер Шимон Перес. Эти слова объясняются не только позицией израильских левых в вопросе урегулирования.

На несколько тысяч еврейских поселенцев в Газе приходится около миллиона палестинцев, многие из которых живут в лагерях беженцев. "Представьте себе восемь тысяч человек поселенцев, живущих среди ненавидящего их маргинализированного бедного населения, для которых их жизнь - постоянный вызов, постоянное оскорбление, постоянный провоцирующий фактор. В этих условиях сохранять эти поселения нет никакого смысла", - считает заведующая сектором международных проблем центра арабских исследований Института востоковедения Ирина Звягельская.

Израиль был вынужден тратить в Газе немало ресурсов не только на подавление терроризма со стороны палестинцев, но и на поддержание элементарной безопасности самих поселений. К тому же само их существование и расширение на протяжении многих десятилетий было дополнительным аргументом для всех противников политики Израиля в регионе. Ссылка на этот пример служила для многих убедительным подтверждением агрессивности Израиля - достаточно вспомнить, как в свое время поселения клеймили советские СМИ. Выводя поселения из Газы, израильские власти избавляются от бремени поддержания безопасности в этом районе и одновременно улучшают собственный имидж, демонстрируя свою добрую волю.

Есть и еще одна сторона. Не случайно в последнее время палестинские власти, а также экстремисты из "Хамаса" и "Исламского джихада" так часто вспоминают про Западный берег Иордана, где тоже располагаются еврейские поселения. Проблемы Газы и Западного берега тесно связаны. Но при этом на Западном берегу куда больше поселенцев (около 200 тыс. человек). Как считает Ирина Звягельская, "уход из Газы дает Шарону возможность потянуть время, заморозить ситуацию и по возможности отложить на какой-то срок решение проблемы Западного берега, который несравненно более важен для израильтян. Сейчас он жертвует малым, чтобы оттянуть решение таких вопросов, которые могут вызвать очень серьезные потрясения в израильском обществе".

"Делая реальную и очень значительную уступку, Шарон приглашает палестинцев к своеобразному торгу", - говорит Алексей Малашенко из Московского центра Карнеги. Дипломатические позиции Израиля после вывода поселений значительно укрепляются. Тель-Авив сделал свой ход, мяч на палестинской стороне, и в случае срыва процесса урегулирования Шарон может свалить вину за это именно на палестинские власти. К тому же решение Израиля может ослабить то давление, которое на него оказывают США, да и все международного сообщество, в вопросе об урегулировании. Теперь всем предлагается давить на палестинцев.

На грани диктатуры

Правда, все это обходится Израилю очень дорого. Ариэль Шарон вновь оправдывает свое прозвище Бульдозер. Его план одностороннего размежевания с палестинцами уже вогнал страну в глубочайший политический кризис и, по мнению некоторых наблюдателей, едва ли не поставил ее на грань гражданской войны.

Шарон очень рискует. Добиваясь размежевания, он утратил поддержку многих своих сторонников из партии "Ликуд", в том числе министра финансов Биньямина Нетаньяху, который ушел в отставку в знак протеста против вывода поселений и теперь может составить весьма серьезную конкуренцию Шарону на выборах лидера "Ликуда". И это не говоря о беспрецедентных для Израиля акциях протеста против вывода поселений.

Между тем потенциальные выгоды размежевания пока не слишком заметны. Израильтяне еще только надеются получить дипломатическое признание со стороны арабских стран после вывода поселений. Этим нынешняя ситуация радикально отличается, например, от вывода поселений с Синайского полуострова (осуществленная, напомним, тем же Шароном, тогда генералом) - у израильтян "в кармане" уже был Кэмп-Дэвидский договор с Египтом. Сейчас ни о каком подобном соглашении речи не идет.

В то же время палестинские радикалы (как, впрочем, и официальные власти автономии), похоже, не намерены демонстрировать свою добрую волю в ответ на жест Израиля. Они заявляют, что продолжат борьбу вплоть до того момента, пока израильтяне не оставят Западный берег реки Иордан и Восточный Иерусалим. Более того, выдвигая все новые требования, палестинцы вряд ли ограничатся "традиционным" возвращением к границам 1967 года. "Вывод ЦАХАЛа и ликвидация поселений не означают прекращения оккупации. Нас не устраивает сохранение контрольно-пропускных пунктов, отделяющих сектор Газа от Израиля. Если доступ наших собратьев из других районов на эту территорию не будет облегчен, эвакуация поселенцев ничего изменит. Сектор Газа так и останется огромной тюрьмой под открытым небом", - заявила Диана Бути, руководитель канцелярии одного из лидеров ООП Мухаммеда Дахлана, в интервью французской Le Figaro.

Все это вызывает множество закономерных вопросов по поводу политики премьера. Его действия называют капитуляцией, а саму концепцию одностороннего размежевания оценивают как начало конца Израиля. Правда, несмотря на все протесты и возражения, власть Ариэля Шарона сейчас беспрецедентно прочна.

"Сегодня у Шарона в руках власть, которой не было ни у кого в Израиле со времен Бен-Гуриона, - говорит президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский, - за него Шимон Перес и партия 'Авода', за него левая пресса и левая прокуратура, которые еще недавно разрывали Шарона на части, - потому что план выхода израильтян с арабских территорий - это не план 'Ликуда', это план левых партий. Такой полнотой власти обладают, наверное, только латиноамериканские генералы".

Угрозой этой власти могли бы стать досрочные парламентские выборы, однако, по мнению Евгения Сатановского, такой сценарий маловероятен: "Большинство парламентариев - настолько малозначимые, никому не известные и непопулярные политики, что они будут до последнего держаться за свои места. Досрочные выборы невыгодны членам парламента, какую бы партию они ни представляли, просто потому, что большинство их в парламент больше не попадет".

В перспективе нынешняя акция Шарона, скорее всего, будет стоить власти ему и его партии, но сейчас он намерен использовать весь ресурс уникальной ситуации в израильской политике, чтобы реализовать свой план одностороннего размежевания.

Экстремизм против экстремизма

Вывод еврейских поселений из Газы - весьма серьезный сдвиг в палестино-израильских отношениях. "Впервые за последние годы возникает движение со знаком плюс не на словах, а на деле. Очень хрупкое, но все же движение", - говорит Алексей Малашенко. Беда в том, что в пользу этого движения работает, пожалуй, одна лишь воля Шарона и давление США, а обернуть его вспять грозят весьма глубокие тенденции развития и израильского, и палестинского обществ.

В российском сознании в последние годы под влиянием двух чеченских войн сложился определенный стереотип восприятия ситуации на Ближнем Востоке. Кратко суть его сводится к тому, что островок цивилизации в лице Израиля противостоит диким ордам палестинских экстремистов. Отчасти это действительно так, однако развитие ситуации вокруг вывода поселений продемонстрировало, что градус экстремизма среди израильтян, а в особенности среди поселенцев, незначительно ниже экстремизма палестинского.

Протестовать против плана размежевания израильтян заставляют отнюдь не только опасения за свою безопасность и недоверие палестинской стороне. Для многих религиозных поселенцев Газа и Западный берег - библейские еврейские территории, которые должны быть освобождены от арабов и включены в состав Израиля. "Осадный" образ жизни в поселениях никак не способствовал ослаблению такого рода настроений. Сейчас они вышли наружу.

Примечательно, что доведенные до стресса поселенцы все чаще в своих действиях напоминают тех же арабов. Только за последние три недели один поселенец устроил стрельбу в арабском автобусе, а другой ни с того ни с сего расстрелял четырех арабов, двое из которых были его знакомыми.

Сейчас национально-религиозный лагерь в Израиле сломлен и раздавлен. Однако в нем может произойти резкая переоценка политической ситуации. Стало очевидно, что главный тезис "оранжевой" кампании противников плана размежевания о том, что "все евреи братья", а власти можно силой убеждения заставить отказаться от планов по депортации, не работает.

Показательный случай произошел в том же Гуш-Катифе, о чем "Эксперту" рассказал очевидец событий. Религиозные подростки решили проколоть шины армейскому автомобилю. Тогда на машину вскочил авторитетный поселенческий раввин из Бейт-Эля Шломо Авинер и остановил импровизированную атаку, призывая "любить своих братьев". В ответ подростки чуть ли не стащили уважаемого в поселенческой среде раввина, предложив ему больше не учить их, что делать. Александр Шейнин не исключает, что "встряска, унизительное поражение может изменить людей, заставить их понять, что старые схемы не работают". Религиозный лагерь вполне может консолидировать свои позиции, сделать ставку на диктатуру религиозных авторитетов и попытаться захватить власть. А власть израильских религиозных авторитетов, возможно, будет и покруче власти иранских аятолл.

Здесь сила Шарона, прочность его власти лишь усугубляют его риск. Собеседники "Эксперта", говоря о Шароне, вспоминают о памятнике Ицхаку Рабину, израильскому премьеру, убитому в отместку за соглашение, заключенное Израилем с Ясиром Арафатом в Осло, и о том, что убийцей премьера двигали националистические и религиозные соображения.

Не лучшим образом обстоит дело и у палестинцев. "С одной стороны, им дается шанс, и шанс солидный, чтобы выстроить свое государство, прекратить вечную конфронтацию с Израилем. Но с другой стороны, палестинские лидеры тут же заявили, что им будет отдан Иерусалим", - комментирует ситуацию Алексей Малашенко.

Проблема палестинцев в том, что, несмотря на заявленные цели о строительстве независимого государства, совершенно не ясно, кто же именно будет это государство строить. "Сегодня палестинское правительство балансирует на грани потери контроля и передачи ситуации в руки 'Хамаса' и 'Исламского джихада', - говорит Евгений Сатановский. - В отличие от Ясира Арафата Абу Мазен не может физически уничтожить своих оппонентов. По-человечески это хорошее качество, но в ситуации, когда не десятки, а сотни палестинских группировок и кланов бьются за власть с применением оружия, это минус. Чтобы предотвратить нападения на израильтян в ходе размежевания, Абу Мазен собрал около семисот руководителей различных групп и кланов в секторе Газа. Представьте себе мозаику из семисот враждующих групп, кланов, военизированных формирований и просто гангстерских семей. Это очень серьезная проблема".

Плацдарм обороны

В свое время именно Шарон был одним из ведущих идеологов и организаторов строительства еврейских поселений на землях палестинцев. Сейчас он с той же энергией и напором добивается их вывода. Естественно, это не прибавляет ему рейтинга, зато сообщает определенный вес принимаемым им решениям: ведь если сам Арик Бульдозер "дозрел" до вывода поселений, их действительно пора выводить.

Впрочем, "дозрел" не совсем точное слово. Ситуация за последние годы сильно изменилась. Нет больше противостояния СССР-США, и Израиль уже не может полагаться на всестороннюю поддержку Америки. К тому же сильно усилился собственно исламский мир, имеющий теперь огромное влияние, подкрепленное страхом терактов. Каковыми бы ни были резоны левых, для генерала Шарона одностороннее размежевание - это не столько политика уступок, сколько политика "концентрации Израиля", превращение еврейского государства в ясно очерченный плацдарм обороны. Он убежден, что это единственный путь сохранения Израиля в обозримой исторической перспективе. И он намерен идти по этому пути, несмотря на все риски, в том числе и для себя лично. Поэтому Шарон так торопится. Поэтому вывод поселений осуществляется так жестко и настолько быстро. Уникальная ситуация в израильской политике может не просуществовать долго, и поэтому премьеру надо успеть сделать свои решения необратимыми. И эта решимость также добавляет весомости его действиям.