О тарусской истории

Александр Привалов
10 марта 2008, 00:00

На прошлой неделе случился примечательный скандал в городе Тарусе, райцентре Калужской области. К моменту, когда скандал заканчивался самым идиллическим образом, его решились осветить федеральные телеканалы, так что в особые подробности, наверно, можно не вдаваться. В кратких же словах фабула происшествия была такова.

Года три назад кардиолог Максим Осипов переехал из Москвы в Тарусу и стал работать в городской больнице. Осипов не только лечил. Он учредил Общество помощи тарусской больнице, среди московских предпринимателей нашёл спонсоров, оборудовал своё отделение современной техникой — и снизил в Тарусе смертность, например, от инфаркта вшестеро. В пятницу 29 февраля на базе отделения открылся межрайонный кардиологический центр. Министр Голикова прислала по такому случаю приветственную телеграмму, отмечая, что центр — «это свидетельство пробуждающейся в нашем обществе гражданской инициативы». Но на следующий же рабочий день, в понедельник, глава района Нахров уволил главврача больницы, а по её кабинетам забегали менты, изымая что попало в связи с неким уголовным делом «о мошенничестве в особо крупных размерах в составе организованной преступной группы». Межрайонный центр закрылся, не открывшись — по общему мнению врачей и благотворителей, навсегда. Коллектив больницы написал письмо губернатору, все ведущие врачи — заявления об уходе, но в действенность протеста мало кто верил. Чинуши, не вложившие в благое дело ни рубля из казны, ни получаса личных усилий, совсем уж было это дело похоронили — но в четверг 6 марта пришло всё изменившее сообщение из Калуги.

Калужский губернатор принял Осипова — и публика узнала много нового. Что чиновники не докладывали губернатору об этом постыдном происшествии и утаивали письма врачей. Что, заслышав правду, губернатор разом уволил своего заместителя, отвечавшего за социалку, и предложил уйти районному боссу Нахрову (тот повиновался). Что ОУВД клянётся: никакого уголовного дела нет, а документы изымали так только, для виду. Что незаконно уволенная главврач будет, будет, будет восстановлена…

В литературоведении подобный счастливый финал зовут deus ex machina, и устарел он ещё до потопа. Уже Мольер писал такие финалы (см. историю «Тартюфа») с отвращением из-за нестерпимой их ходульности. В жизни они, согласитесь, тоже отдают фальшью, но в данном случае и такому хэппи-энду публика обрадовалась, ибо уже поверила, что уникальной больнице, живому и полезному делу — кранты. И теперь, чуть успокоившись, можно заинтересоваться: так что же мы видели на этой интересной картинке?

Как только о скандале зашумел интернет, а потом и профессиональная пресса, непонятнее всего было одно: какого чёрта крапивное семя прицепилось к больнице? Сама районная власть о смысле своего наезда молчала. Главврача уволили без объяснения причин, а когда в Тарусу нахлынули корреспонденты, Нахров и Ко вообще ушли в подполье. Многим подумалось, что мы видели пародийно воспроизведённое «дело врачей» начала 1950-х: началось по тайному знаку сверху, но не успело развернуться до масштабных репрессий, как разом было свёрнуто по явному знаку сверху. Но сверху никто наезда не заказывал. Всё хуже: местные давили явно полезную частную инициативу (причём инициативу по исполнению задачи, лежащей на них самих), бесстрашно следуя своим собственным соображениям. Соображениям характера как общего (понаехал тут — ни разу не покланялся; что же, мы ему не начальство?), так и вполне конкретного. Говорят, Нахров всё норовит перевести в больницу муниципальную аптеку, а аптечное здание продать, наглая же больница ерепенится. Ей, видишь ли, и так больных лечить негде. Да и хрен бы с больными — деньги нужны! А откуда власти взять деньги, как не от продажи сделанного не ею? Рассуждение о том, что благодаря Осипову с командой жизнь в Тарусе станет притягательнее, в неё потянутся люди, из чего проистечёт рост доходов муниципии, для чиновников непостижимо.

История кончилась на самом деле вовсе не так благостно, как хотелось бы. Конечно, калужский губернатор в белой тоге покарал злых и наградил добрых, но всё-таки лучше было бы, если бы врачи отбились от наезда сами. По суду. А так они теперь как бы обязаны губернатору. Неформально. И к ним теперь можно обратиться с какой-нибудь неформальной просьбой. Нам остаётся только надеяться, что это не обернётся для них к худу, — и всё-таки посматривать иногда в ту сторону.

Потому что такие истории — множащиеся, успешно развивающиеся — нужны позарез. О тарусской больнице много писали: и до скандала, и теперь. Не в одной заметке попалось мне, что Осипова и его друзей называют чеховскими интеллигентами. Что за чушь. ЧИ — никчёмные создания, способные бесконечно ныть, но не способные забить гвоздь, гордые нравственной высотой, но часто завистливые и почти всегда сильно пьющие. Их много и ценности в них нет никакой. Это скорее не кардиологи, а их местные недруги, горько сомневающиеся в бескорыстии Осипова и комично обижающиеся на него за то, что у него что-то получается. Если коллеги хотят похвалить, пусть уж сравнивают с самим Чеховым, который везде, где поселялся надолго, без всякого шума строил сельские школы и больницы, — жалующемуся же на засасывающую среду молодому человеку неприязненно отвечал: а вы водки меньше пейте.

Тем более что в одном отношении сходство с Чеховым очевидно. Он тоже делал добро на свои неврачебные заработки. Приглашённому Осиповым из Москвы врачу сделали за счёт спонсоров жильё, но зарплату платит муниципия. «На мобильник хватает». Если бы этот второй кардиолог, Охотин, не зарабатывал переводами книг, лечить он бы не мог. На то, что такая идиллия продержится долго, надеяться можно — рассчитывать нельзя. По-моему, ясно: деньги, начинающие (только начинающие!) поступать в сферу здравоохранения, надо не размазывать тонким слоем по бессчётным пунктам, формально относящимся к медицине, — во всяком случае, не только размазывать. Такие места, как больница в Тарусе, доказавшие свой потенциал развития, должны немедленно получать серьёзную прибавку к нищенскому «среднестатистическому» уровню бюджетного финансирования. Раз уж про стимулирование благотворителей никто слушать не хочет, так хоть не заставляйте их тащить воз в одиночку!