Война и тигр

Культура
Москва, 06.04.2008
«Эксперт» №14 (603)
История — это обширный свод человеческих негодяйств. Трудно представить историка, сохранившего иллюзии о природе человека, считает Илья Бояшов.

Илья Бояшов скрытно писательствовал много лет, прежде чем в прошлом году его вытолкнула на орбиту публичного внимания выигранная (романом «Путь Мури») премия «Национальный бестселлер».

До этого Бояшов тихо жил в Петергофе, преподавал в Нахимовском училище историю, редактировал чужие рукописи для издательств и доблестно работал над своими. Над «Армадой», фарсовой антиутопией, где выпавшие из реальности военные моряки пародийно раскручивают в сжатые сроки всю историю человечества — с заговорами, революциями и реформациями; над «Путем Мури», метафизической одиссеей презирающего людей бездомного кота через воюющую Югославию и еще пол-Европы… Получившиеся тексты собранностью стали напоминать сжатый кулак, изяществом — притчу.

Новая книга, «Танкист, или “Белый тигр”«, — едва ли не лучшая пока у Бояшова. Действие происходит во времена Великой Отечественной, сюжет напоминает «Моби Дика» — обгорелый до костей танкист Ванька Смерть преследует по фронтовым дорогам зловещий немецкий танк-призрак «Белый тигр». Про главную нашу войну так еще никто не писал…

Впрочем, про военных моряков и котов — тоже.

— Илья, почему вы в который раз пишете такие негуманистические книжки?

— Как это почему? Я историк по специальности, а история — это что? Это обширный свод человеческих негодяйств. Я с трудом представляю историка, сохранившего иллюзии о природе человека.

— Поэтому вы ищете оправдания в метафизике? Ваш «Белый тигр» метафизичен до предела…

— На самом деле я попросту взял в разработку извечный сюжет о дуализме добра и зла, которые настолько непредставимы друг без друга, что добро периодически оборачивается злом, и наоборот. Да, в каком-то смысле это интерпретация «Моби Дика», но я далек от того, чтобы стесняться этого или открещиваться тем более. Вечных сюжетов очень мало — помните Борхеса? — и я за то, чтобы не стесняться и брать их с полки, коль скоро будет тому равновеликий материал. Еще такая вещь, это я как редактор скажу: мне представляется плодотворным, когда автор заранее задает себе максимально высокую планку. А там — пусть даже не вытянул, не взял, но одно намерение дорогого стоит. Меня заранее подкупают рукописи, авторы которых замахиваются на некую сверхзадачу.

— Война в вашей книге — в буквальном смысле бесчеловечное действо, более того — имморальное. Фабрика смерти.

— Опять-таки мой опыт историка — источники, разговоры с ветеранами — говорит о том, что любая война и есть бесчеловечное действо. Если человек взял в руки оружие, то он уже готов к тому, чтобы превратиться в скотину. Войны в белых перчатках не бывает. Это все сказки, пропаганда, социальная компенсация. Что должно поражать, так это случаи милосердия на войне, когда солдаты кормят детей из полевой кухни или выносят их из горящих домов… Или — это еще Радий Погодин рассказывал, а я в «Тигре» написал — были эпизоды, когда бой закончился, и подъезжают ремонтники — наши, немецкие… Работают бок о бок, танки растаскивают, чуть не инструменты друг другу передают. Никто ни в кого не стреляет, потому ч

Новости партнеров

«Эксперт»
№14 (603) 7 апреля 2008
Россия - НАТО
Содержание:
Трехсторонний компромисс

Небольшая уступка России по вопросу членства Украины и Грузии в НАТО свидетельствует о серьезном изменении баланса сил и интересов внутри западного сообщества. Но она отнюдь не гарантирует нам комфортных отношений с НАТО, США и ЕС в будущем

Обзор почты
Реклама