Операции спасения: противоречивый опыт

6 октября 2008, 00:00

«План Полсона» — далеко не первый образчик программы оздоровления финансовой системы, очистки ее от активов и институтов разной степени проблемности. Классическими примерами операций спасения можно считать японский кейс 1990–1999 годов, вместивший в себя целых девять программ стимулирования экономики, каждая из которых сочеталась с очередной порцией выкупа безнадежных долгов у банков специально созданным госагентством The Resolution and Collection Corporation.

Специальная госкорпорация с похожим названием The Resolution and Trust Corporation (RTC) работала и в 1989–1995 годах, выкупая сомнительные долги проблемных фининститутов в ходе преодоления последствий кризиса ссудо-сберегательных банков в США. Впоследствии корпорация сумела реализовать на рынке большую часть активов. Остаток нереализованных безнадежных долгов превысил 30 млрд долларов (для сравнения: начальный капитал RTC составлял 50 млрд долларов). Всего поддержкой RTC за шесть лет ее деятельности воспользовались 750 небольших ссудо-сберегательных банков.

Весьма поучительный опыт расшивки системного банковского кризиса демонстрирует Мексика. Триггером кризиса банков послужил острый валютный кризис в декабре 1994 года. Рухнувший песо обесценил активы банков, к тому же многие компании стали неплатежеспособными, перестали обслуживать кредиты. В 1995 году в Мексике был создан специальный государственный фонд защиты сбережений FOBAPROA. Для стимулирования капитализации банков плохие активы выкупались у них фондом только в том случае, если банки параллельно сами увеличивали свой капитал. Соотношение между суммой выкупаемых FOBAPROA с баланса банков плохих активов и увеличением капитала банка поддерживалось на уровне 2:1. Выкуп плохих долгов осуществлялся не за деньги, а собственными векселями FOBAPROA со сроком до погашения десять лет. Портфель безнадежной задолженности, приобретенный FOBAPROA у коммерческих банков, передавался в доверительное управление тем же самым коммерческим банкам. Все вырученные от управления этим портфелем суммы направлялись целевым образом на погашение обязательств банков.

Санация балансов была для мексиканских банков делом добровольно-принудительным. Пассивное участие в программе санации влекло за собой финансовые санкции. В случае если до 2005 года вексель будет погашен за счет реализации задолженности лишь частично, FOBAPROA гасит от 70 до 80% оставшейся суммы обязательства. Если банк окажется не в состоянии амортизировать вексель FOBAPROA за счет реализации портфеля сомнительной задолженности, он получит только от 20 до 30% от номинальной суммы задолженности, покрытой векселем.

Важно подчеркнуть, что средства FOBAPROA формировались за счет взносов коммерческих банков, размер которых составлял от 0,3 до 0,5% от ежегодного объема депозитов. Таким образом, этот фонд больше напоминал некую коллективную кассу взаимопомощи банков, а не государственный собес. Всего сумма безнадежной задолженности, прошедшей через FOBAPROA, составила 40 млрд долларов. Сумма расходов, сопряженных с покупкой активов и капитализацией банков, оценивалась на уровне 8,3% ВНП Мексики в 1997 году.

Важным преимуществом мексиканской схемы санации был ее неиждивенческий для банков характер. Фактически государство лишь помогало им решить проблему плохих долгов самостоятельно. Недостаток — растянутость во времени и малая вероятность добиться положительного притока ликвидных ресурсов, необходимых для обеспечения устойчивости банков.