Бизнес на ливийском песке

Алексей Баусин
10 ноября 2008, 00:00

Россия пытается извлечь коммерческую выгоду из идеи многополярного мира

В Москве побывал «руководитель ливийской революции» полковник Муаммар Каддафи. Своим визитом ливийский лидер ясно дал понять, что Ливия заинтересована в России как в потенциальном партнере. В свою очередь, в ходе переговоров в Москве российские политики могли проверить, насколько эффективна ближневосточная стратегия Кремля.

В преддверии визита «руководителя революции» представители президентской администрации обозначили примерный круг вопросов, которые планировалось обсудить с ливийским гостем. Это допуск российских нефте- и газодобывающих компаний в ливийскую экономику, строительство крупных инфраструктурных объектов на территории Ливии, сотрудничество в области ядерной энергетики и, естественно, перспективы получения российскими оружейниками контрактов на модернизацию ливийских вооруженных сил. Ливия была одним из крупнейших покупателей советского оружия, и сейчас эта техника нуждается в модернизации.

Эти проблемы, кстати, уже обсуждались в ходе визита Владимира Путина в Ливию в апреле этого года. В ходе переговоров в Триполи удалось договориться об условиях списания 4,5 млрд долларов ливийского долга, доставшегося нам в наследство от СССР. Ливийцы же пообещали дать возможность российскому бизнесу, в частности «Газпрому», расширить свое присутствие в экономике Джамахирии. «Российские компании уже несколько лет пытаются пробиться на ливийский рынок, но специфика его такова, что без поддержки на самом высоком уровне добиться желаемых результатов чрезвычайно непросто», — отмечает аналитик экспертного агентства «Росафроэкспертиза» Алина Волкова. Судя по тому, что о конкретных итогах московских переговоров официальные лица умолчали, разговор шел непросто.

Поиск новых партнеров, да и реанимация старой дружбы на Ближнем Востоке, вообще задача сложная. Тем не менее у российской дипломатии есть свои козыри. В эпоху холодной войны страны региона, где жестко противостояли друг другу СССР и США, имели возможность для внешнеполитического маневра. С распадом СССР и союзники США, и бывшие просоветские режимы фактически оказались заложниками одной супердержавы. Именно поэтому арабские политики весьма позитивно относятся к проповедуемой Москвой идее многополярного мира. Тем более что Россия в последние годы от голой теории перешла к практике.

Новая стратегия Москвы на ближневосточном направлении начала приобретать конкретные очертания в последние два-три года, когда Владимир Путин посетил фактически все крупные государства региона. Что касается экономической составляющей переговоров, то она была примерно одинаковой: военно-техническое сотрудничество, продвижение наших компаний на энергетические рынки этих стран и сотрудничество в ядерной сфере.

Изменилась и политическая повестка дня. Естественно, в реанимации жесткого регионального противостояния двух супердержав образца 1970–1980-х годов никто не заинтересован. Тем не менее стратегия Москвы в регионе весьма отличается от ближневосточной политики США. Россия, в отличие от США, не навязывает государствам региона каких-либо политических моделей политического переустройства. Кроме того, относительно одной из ключевых региональных проблем — палестино-израильского конфликта — Москва выступает в качестве «честного брокера», поддерживая контакты как с Израилем, так и палестинцами, не исключая и самых радикально настроенных — движения «Хамас».

Именно поэтому попытки Москвы утвердить себя в качестве активного регионального игрока были позитивно оценены не только бывшими союзниками Советского Союза, но и консервативными монархиями Персидского залива и режимами, ориентированными на США.

Безусловно, возможности России в этом регионе отнюдь не безграничны. В той же богатой нефтью Ливии, например, сталкиваются интересы как европейских, так и американских и российских компаний. Но если Запад в регионе ведет себя как потребитель ближневосточных нефти и газа, то у России положение иное. «Ливия и Россия выступают в качестве поставщиков энергоресурсов, что придает нашей позиции известную гибкость», — отмечает Алина Волкова.

России не всегда удается конвертировать свою репутацию «честного брокера» в конкретные бизнес-проекты. А с Ливией мы несколько опоздали — Владимир Путин приехал в Триполи только через несколько лет после того, как там побывали многие западные лидеры. Помимо Москвы Каддафи посетил еще Минск и Киев, где также обсуждал военно-техническое сотрудничество. Но ясно, что в списке потенциальных партнеров Ливии Москва не на последнем месте.