Очищающий и не очень

Кризис конца 90-х не пощадил население и банки, зато позволил реальному сектору быстро перейти к росту. Нынешний кризис в гораздо большей степени модерируется государством. Это гасит шоки для населения и банков, но тормозит формирование посткризисной волны роста в промышленности

Одиннадцатая годовщина дефолта 1998 года — удачный повод сопоставить кризисные эпизоды 1997–1999 и 2008–2009 годов. Количественные сравнения интенсивности падения «финансовых» и «реальных» макроэкономических переменных (см. таблицу) в тот и нынешний кризисы позволяют заключить: прошлый кризис ударил сильнее по населению, чем по бизнесу, тем дав последнему возможность быстро развернуть рост и устойчиво гасить потери населения. Нынешний кризис, благодаря усилиям властей, гораздо более щадящ для населения и банков, а вот реальный сектор чувствует себя хуже — низкая или отрицательная рентабельность, кредитный голод, дороговизна заемных денег, дефицит госинвестиций оставляют немного шансов на воспроизведение экономического бума, последовавшего за дефолтом десятилетие назад.

Калькуляция потерь

При всей болезненности потерь фондовых игроков и граждан от падения рынка акций и девальвации рубля нелишне будет напомнить, что 11 лет назад масштабы российского валютно-финансового катаклизма были существенно больше. Тогда рубль упал к доллару почти в четыре раза, сейчас — только на треть (причем с февраля нацвалюта пошла в рост и уже отыграла заметную часть падения). Кульминационная фаза девальвации 1998 года (с 17 августа по конец сентября) уценила рубль в 2,5 раза, тогда как в ходе собственно управляемой девальвации нынешней зимы (с 11 ноября по 23 января) рубль был опущен к доллару лишь на 25%.

Возьмем теперь фондовый рынок. Здесь замеры глубины «ям» тоже не в пользу нынешнего кризиса. Судя по индексу РТС, рынок за девять месяцев нисходящего тренда — с мая 2008-го по январь 2009 года — упал на 80% (в пять раз). Тогда как в конце 90-х накопленная величина спада с августа 1997-го по сентябрь 1998 года составила 91% (рынок упал в 11 раз). Тогда застрельщиком 14-месячного «медвежьего» тренда стало падение бирж Таиланда, Индонезии, Филиппин и Кореи, вторую волну погнал в октябре того же года Гонконг, так что сам августовский дефолт по ГКО и девальвация рубля уже мало что смогли добавить к этой фондовой драме.

Посмотрим, как себя вели вклады населения в банках. Формально накопленные номинальные величины сжатия рублевых депозитов равновелики — за полгода, с мая по октябрь 1998 года, вклады граждан в рублях сократились на 22%. На столько же снизилась величина вкладов с сентября 2008-го по январь 2009 года. Однако не надо забывать, что в 1998-м, в отсутствие системы страхования вкладов, масса депозитов просто зависла в банках-банкротах, и люди при всем желании не могли вытащить эти деньги (только по шести проблемным банкам из первой десятки были приняты решения о переводе депозитных обязательств граждан в Сбербанк). К тому же если прошлой осенью эпизод панического «бегства от депозитов» ограничился одним октябрем, а уже с ноября после принятия целого ряда щедрых мер по поддержке банковской системы развернулся процесс валютизации депозитов (всего с сентября по март валютные вклады населения выросли на 82%), то в 1998-м быстро сокращались и валютные депозиты — в долла

У партнеров

    «Эксперт»
    №32 (669) 24 августа 2009
    N32 (669) 24 августа
    Содержание:
    Технократическое самоубийство

    Катастрофа на Саяно-Шушенской ГЭС со всей очевидностью показала, что когда-то лучшая в мире советская энергетическая система себя исчерпала, а техническая политика постсоветского руководства отрасли оказалась несостоятельной

    На улице Правды
    Реклама