В поисках золотого века

Александр Механик
обозреватель журнала «Эксперт»
13 февраля 2012, 00:00
Скидельски Роберт. Кейнс. Возвращение мастера

В отличие от естественных наук, которые развиваются по восходящей, в сторону все более глубокого и всеобъемлющего познания мира, развитие экономической науки напоминает качание маятника. На одной стороне теории, предписывающие абсолютное государственное невмешательство в рыночные механизмы, на другой — настаивающие на таком вмешательстве. Все это развивается параллельно, и невозможно ответить на вопрос, что больше соответствует реалиям нашего мира. Симпатии политиков, бизнеса и вообще всех граждан, рассчитывающих, что экономическая наука поможет им в практической жизни, переходят от одной теории к другой с регулярностью колебаний маятника. Но каждый раз, когда эта помощь особенно нужна, в периоды кризисов и экономических потрясений, они обнаруживают, что экономисты разных школ будто составили «тайный заговор», чтобы запудрить им мозги, а потом признаться, что ничего они в очередном кризисе не понимают.

Роберт Скидельски утверждает, что если кто и понимал в кризисах и мог дать ответ на вопрос, как жить дальше, так это Джон Кейнс. Тем более что те сорок с лишним лет, вплоть до начала 1980-х, когда в экономической науке, а главное, в практике преобладали сторонники Джона Кейнса, можно назвать золотыми годами капитализма. Не случайно Скидельски вспоминает знаменитое высказывание Ричарда Никсона: «Сегодня мы все кейнсианцы».

Но последние двадцать лет сторонники Кейнса были оттеснены на обочину экономической и академической жизни оппонентами — неоклассиками и монетаристами, советами которых руководствовались Рейган и Тетчер, а в России — команда реформаторов. Интерес к Кейнсу вернулся вместе с кризисом, поразившим мировую экономику в 2008 году. Как сказал цитируемый Скидельски Роберт Лукас, «видимо, в условиях кризиса кейнсианцем становится каждый». Хотя следует заметить, что в России оппоненты реформаторов апеллировали к Кейнсу с самого начала реформ.

Здесь стоит обратить внимание на одно обстоятельство. Скидельски историк, а не экономист, и, может быть, поэтому он уделяет особое внимание отношению Кейнса к языку экономической науки, который, по мнению великого экономиста, должен быть понятен большинству людей. Ведь, в конце концов, экономика — это дело каждого, и экономическая наука должна быть доступна всем участникам экономического процесса. Вот почему, замечает автор, Кейнс был против излишней математизации экономической науки, мешающей ее восприятию неспециалистами. Однако дело не только в сложностях математического языка, но и в том, что ключевым в теории Кейнса было представление о неустранимой неопределенности будущего, не поддающейся математической формализации. Нельзя формализовать неформализуемое.

Вот почему, пишет автор, Кейнс полагал, что «экономическая наука должна быть интуитивной». И это относится не только к экономике. Слишком сильное увлечение экономистов «моделями» заставляет их забыть о реальности. Что, собственно, и показал нынешний кризис. Скидельски цитирует финансового директора Goldman Sachs, который сказал, что его сотрудники несколько дней подряд наблюдали на рынке колебания, которые, согласно моделям, могут случаться один раз в 10140 лет.

По мнению автора, ситуация напоминает времена Великой депрессии: «Резкие разногласия среди коллег-экономистов, почти разрушившие — на обозримый период — практическое влияние экономической теории». В этом споре те, кто убежден в циклической стабильности рыночной экономики в отсутствие «монетарных потрясений», противостоят тем, кто считает ее циклически нестабильной в отсутствие государственных инвестиций.

В чем же, по мнению автора, причины современного кризиса? Роберт Скидельски подробно анализирует взгляды на кризис, высказываемые сторонниками кейнсианства и неоклассиков. О неоклассиках он отзывается с нескрываемым пренебрежением: «Для всякого неэкономиста эти теории полный бред». И замечает о теории рациональных ожиданий — одного из столпов неоклассицизма, — что именно она пришлась по душе сторонникам централизованного планирования, поскольку оправдывала их надежды по мере роста технических возможностей вычислительной техники достичь рационального планирования.

Скидельски приходит к категорическому выводу, что кризис стал следствием отказа от идей Кейнса, которые в свое время родились как реакция на Великую депрессию 1930-х. Главную причину нынешнего кризиса он видит «в интеллектуальном фиаско экономической науки», благодаря которой была создана система, сделавшая экономические кризисы неизбежными в силу ложной уверенности, что «все риски можно точно оценить, и поэтому рынки оптимальным образом регулируют сами себя». Та же неустранимая неопределенность, которой страдает капиталистическая экономика, может быть компенсирована только государственным регулированием, но современные экономисты от него отказались.

Поскольку книга посвящена не только текущей экономической ситуации, но и кейнсианству как целостной идеологии, в ней уделяется большое внимание политическим и философским взглядам Кейнса, для которого экономика была неотделима от этики — как, собственно говоря, и для всех великих экономистов. Достаточно вспомнить Смита и Маркса. Как пишет автор, «для Кейнса единственным оправданием экономической активности человека является стремление к нравственному совершенствованию мира».

Возможно, если бы мир уделял большее внимание этой стороне человеческого существования, то и кризисов было бы меньше.

Скидельски Роберт. Кейнс. Возвращение мастера. — М.: ООО «Юнайтед Пресс», 2011. — 253 с. Тираж 3000 экз.