Будущее в синем цвете

Геворг Мирзаян
доцент департамента политологии Финансового университета при правительстве РФ
8 октября 2012, 00:00

Победа оппозиции на парламентских выборах в Грузии означает конец «розового» проекта. Грузия готова перейти к более прагматичной внешней и внутренней политике

Фото: AP
Тбилиси отмечает поражение Михаила Саакашвили

Тбилиси утопает в синих флагах победившей «Грузинской мечты». Через восемь лет после революции роз оппозиции наконец-то удалось объединиться и вырвать власть из рук Михаила Саакашвили. На прошедших 1 октября парламентских выборах оппозиционная партия «Грузинская мечта» получила почти 55% голосов, а правящее «Единое национальное движение» — лишь чуть более 40. На выборах по мажоритарной системе (так избираются 73 из 150 депутатов парламента) кандидаты «Грузинской мечты» получили 38 мандатов, а «Единого национального движения» — 35. Учитывая, что 1 января 2014 года вступают в силу поправки к конституции, согласно которым страна превращается из президентской в парламентскую республику, можно говорить, что коалиция «Грузинская мечта» через год станет новым хозяином Грузии, если, конечно, не развалится к тому времени.

Победа на выборах «Грузинской мечты» во главе с самым богатым человеком в стране Бидзиной Иванишвили, однако, совершенно не означает быстрой перемены курса грузинской внешней или внутренней политики. Прежде всего потому, что Саакашвили остается президентом по крайней мере до октября 2013 года, а действующая сегодня конституция Грузии составлена таким образом, что президент имеет огромные полномочия. И если отношения президента и правительства откровенно не сложатся, то уже через полгода он может распустить его и объявить повторные выборы. Обе стороны не хотели бы подобного развития событий и поэтому сейчас активно договариваются о распределении министерских портфелей (особенно в силовых структурах) и пытаются установить баланс сил. Учитывая, что в «Грузинской мечте» есть много бывших сторонников и друзей Саакашвили, шанс договориться не так уж плох. И даже если представить себе, что Саакашвили через год смиренно отдаст власть Иванишвили, то и в этом случае не надо ждать драматической перемены грузинского курса. Вероятнее всего, страна не откажется от идеи вступления в НАТО, а также от притязаний на Абхазию и Южную Осетию. Но в то же время есть все основания ожидать, что Грузия перестанет проводить откровенно русофобскую политику и перейдет к более прагматичной стадии сближения и налаживания отношений с Россией.

Почему у Грузии не получилось

Грузинские реформы воспринимались многими в мире (и особенно либеральными апологетами этих реформ в России) как победа демократии и образец для стран на постсоветском пространстве. Действительно, Саакашвили удалось выстроить твердую административную систему, избавив ее от взяток и заставив быть эффективной (грузинские гаишники и полицейские действительно не берут, улицы моют и метут, а любые справки административные органы выдают без волокиты). Проблема, однако, состоит в том, что дальше этого реформаторство Саакашвили не продвинулось. Население продолжило беднеть, лишившись, с одной стороны, вследствие наведенного порядка мелких незаконных денежных поступлений, а с другой — исправно платя значительно выросшие коммунальные платежи (едва ли не единственный живой бизнес в Грузии — инфраструктурный, то есть обеспечивающий электричеством, водой и отоплением, и компании, в нем работающие, регулярно поднимают тарифы и жестко мониторят неплательщиков). В действительности экономический курс Михаила Саакашвили привел и без того слабую экономику страны на грань краха, о чем очень подробно написал в своем докладе «Революция роз. Итоги» коллектив независимых грузинских политологов и экономистов.

Так, Михаил Саакашвили ставит себе в заслугу серьезный рост грузинской экономики. Действительно, валовой внутренний продукт Грузии в 2011 году, по сравнению с 2003-м, реально увеличился почти в 1,6 раза (номинально — в 2,8 раза). Еще более внушительным был рост в долларовом выражении — в 3,6 раза (в том числе на душу населения — в 3,4 раза). Доходы государственного бюджета за это время увеличились в 7,3 раза, а расходы в 5 раз. Но на фоне остальных стран региона эти цифры в пересчете на душу населения выглядели не особенно впечатляющими. Если в 2003 году по уровню ВВП на душу населения Грузия была первой на Кавказе, то к 2010-му она пропустила вперед Армению и Азербайджан. После 2003 года доля Грузии в экономике Южного Кавказа уменьшалась ежегодно на 1,7 процентного пункта. В итоге если в 2003 году на Грузию приходилось 28,4% ВВП стран Закавказья, то в 2011-м этот показатель составил лишь 16,5%.

Одновременно с экономическим ростом в Грузии регулярно сокращался сектор реальной экономики — власть фактически не занималась развитием сельского хозяйства и промышленности. В результате, например, на аграрный сектор, где было занято до половины населения страны, пришлось менее 20% прямых иностранных инвестиций и менее 1% выданных банковским сектором кредитов. Сектор сократился с 2003-го по 2011 год на 16%. Уменьшилась в стране и доля промышленности в экономике — сегодня она самая низкая на всем постсоветском пространстве.

Фактически Грузия живет на импортных товарах (так, например, объем турецкого импорта, состоящего в основном из товаров легкой промышленности, равен всему объему импорта в Грузии в 2003 году). В результате, согласно данным ЦРУ, в 2011 году дефицит торгового баланса в Грузии составил почти 5 млрд долларов — при ВВП по обменному курсу в 14,3 млрд долларов. Столь огромный разрыв страна покрывает за счет денежных переводов трудовых мигрантов, который в 2011 году по сравнению с 2003 годом вырос в 6,5 раза (с 196,5 млн долларов до 1268,1 млн), за счет кредитов, а также за счет пожертвований Запада, составивших с 2008-го по 2011 год 4,5 млрд долларов. Но даже при этом в 2011 году дефицит платежного баланса составил 1,8 млрд долларов — более 10% ВВП. В конце концов, неадекватность грузинского экономического курса признали даже на Западе. «Экономическая политика руководства страны после 2003 года является одним из его основных публичных пиар-инструментов. Однако одним из последствий этой политики стала очень сильная зависимость Грузии от колебаний в мировой экономике. Страна сделала ставку на получение иностранной помощи, прямые иностранные инвестиции и рост импорта товаров и услуг. В результате сложилась ситуация, в которой грузинское государство стало крайне чувствительным не только к изменениям в мировой экономике, но и к политике бюджетной экономии в ряде западных стран», — говорится в опубликованном в середине августа докладе британского Королевского института международных отношений.

Революция розг

Борьба с коррупцией тоже имела свои границы. Ликвидировав низовую коррупцию, заставив полицейских и средних чиновников перестать брать взятки, власть фактически перенаправила все коррупционные потоки на себя, создав компании-монополии. Большая часть работающих активов оказалась в руках людей, близких к режиму, или же как-то аффилирована. По словам Наны Девдариани, кандидата в депутаты по мажоритарному округу, в прошлом председателя ЦИК Грузии и уполномоченной по правам человека, окружение Саакашвили обвиняет Иванишвили в связях с Кремлем и российском происхождении его денег, а между тем он сам продал большую часть инфраструктурного бизнеса российским компаниям и регулярно получал от этого причитающееся.

Монополизация фармацевтической промышленности привела к тому, что, по данным грузинских экономистов, цена на некоторые препараты внутри страны завышена на 400%! Дошло до того, что некоторые лекарства, изготавливаемые в Грузии, в Ереване (находящемся, напомним, в блокаде) стоят намного дешевле, чем в Тбилиси. Аналогичная ситуация, по словам грузинских экономистов, наблюдается в некоторых областях сельского хозяйства (в результате чего, например, в 2009 году цена на куриное мясо в Грузии была самой высокой в Европе). С монополизацией даже формально не боролись — антимонопольная служба была закрыта в 2004 году в рамках мер по сокращению бюрократии.

От монополизации страдает прежде всего средний и мелкий бизнес. Так, следствием монополизации стал запрет уличной торговли и снос рынков — традиционных мест, где грузинские крестьяне продавали свою продукцию. Кроме того, высокий уровень монополизации экономики вкупе с уменьшением ее реального сектора — одна из причин высокого уровня безработицы. В период с 2003-го по 2011 год общее количество занятых в стране сократилось на 151 тыс. человек (в условиях роста численности населения на 182 тыс.). Сегодня большая часть экономически активного населения Грузии работает за рубежом.

Лишь Бидзине Иванишвили удалось сплотить грузинскую оппозицию expert_822_082.jpg Фото: AP
Лишь Бидзине Иванишвили удалось сплотить грузинскую оппозицию
Фото: AP

С точки зрения политики в области безопасности ситуация тоже совсем не так радужна, как об этом говорят. Революция роз обернулась революцией розг. Полиция перестала брать взятки, но при этом она превратилась в беспрекословного исполнителя воли президента и не защитника, а охранителя режима. Жестокие, подчас даже кровавые разгоны оппозиции в прошедшие годы упорно игнорировались Западом, но были прекрасно видны самим гражданам Грузии. Борьба с «ворами в законе» привела лишь к тому, что, по некоторым данным, в стране криминальный рэкет был замещен государственным — бизнес заставляли делать отчисления в казну «Национального движения». Более того, принятый под соусом этой борьбы «принцип нулевой терпимости» и ничтожно малое число оправдательных приговоров в судах (менее 2% от всех рассматриваемых в 2011 году дел) привели к посадке массы людей — по удельной доле заключенных на 100 тыс. населения Грузия уже догнала мировых лидеров США и Россию. Людей сажали за решетку за сравнительно небольшие преступления. И теперь, вероятнее всего, они выйдут из тюрьмы закоренелыми преступниками, ведь методы обращения с заключенными там далеко не соответствовали не то что либеральным европейским, но даже просто человеческим стандартам. Свидетельством тому стали опубликованные перед выборами кадры, запечатлевшие издевательства над заключенными в тюрьме Глдани и вызвавшие негодование электората.

Знамя протеста

Еще недавно это негодование ни к чему бы не привело — в Грузии не было единой силы, способной бросить вызов Михаилу Саакашвили. Поскольку политический вес оппозиционных лидеров был примерно равным, создание объединенной структуры оппозиции всегда останавливалось на вопросе «кто будет главным» — чем пользовался Саакашвили. Ситуация изменилась в конце 2011 года, когда в политику пришел Бидзина Иванишвили. Сын крестьянина из небольшого села в Имерети, работавший до поступления в вуз уборщиком на заводе, Бидзина Иванишвили был самым богатым человеком в Грузии, разбогатевшим в 1990-е годы в России. Он занимает 153-е место в списке миллиардеров Forbes, его состояние оценивается в 6,4 млрд долларов. Вернувшись в Грузию, когда в России на президентском посту Ельцина сменил Владимир Путин, Иванишвили приобрел общенациональную известность за счет своих благотворительных проектов. Он не только помогал жителям родного села (которые каждый месяц получают от него по 130 долларов, а молодожены — подарок в 2000 долларов), но фактически поднимал всю Грузию. Он реставрировал здания, поддерживал академические театры, построил крупнейший храм в Тбилиси — собор Святой Троицы, а также ряд общественных зданий по всей стране. Он даже финансировал реформы Саакашвили — на его средства были куплены новые сапоги для солдат грузинской армии и служебные машины для полиции. По некоторым данным, только за последние несколько лет Иванишвили потратил на благотворительность до 1 млрд долларов. Обедневшим грузинам он обещает снизить плату за коммунальные услуги и дать работу. В первую очередь предлагает развивать сельское хозяйство и вернуть себе российский рынок как основного потребителя.

Неудивительно, что с таким послужным списком Иванишвили стал самой авторитетной фигурой в оппозиции, способной ее консолидировать. «Я никогда не любил политику. Но я единственный человек, кому люди сейчас доверяют», — объяснял он свой переход в стан оппозиции. Почувствовав реальную угрозу, режим Михаила Саакашвили сразу же развернул репрессии против нового знамени оппозиции. После выдвижения Иванишвили его лишили грузинского гражданства, бизнесу стали чинить препятствия, а контролируемый Саакашвили парламент принял целый ряд законов, ограничивающих возможности миллиардера финансировать его сторонников (по этому закону Иванишвили оштрафовали почти на 95 млн долларов). Начались гонения и против сторонников Иванишвили — его активистов вышвыривали с работы, симпатизирующие ему телеканалы лишали эфирных возможностей. Не исключено, что в итоге режиму Саакашвили удалось бы задавить бизнесмена, если бы на его защиту не встали заграничные спонсоры Грузии. И дело даже не в том, что предусмотрительный Бидзина Иванишвили потратил на лоббизм в Вашингтоне 3 млн долларов. Видя, что Саакашвили полностью скомпрометировал себя, желая предотвратить возможный социальный взрыв и понимая, что любой нынешний грузинский политик продолжит ориентацию на Запад, своей главной задачей США и Европа сделали не обеспечение победы «отца кавказской демократии», а проведение чистых выборов. Фактически США пожертвовали проектом розовой революции, ради того чтобы сохранить за собой верный и стабильный плацдарм на Кавказе. Именно поэтому аналитики сейчас считают маловероятным сценарий, при котором Саакашвили будет цепляться за власть и распускать парламент (у него будет право сделать это через полгода, если парламент не утвердит выдвинутую им кандидатуру премьера).

Прагматизм вместо русофобии

Главные вопросы состоят в том, сможет ли объединенная оппозиция мирно разделить портфели и создать правительство, а также какова будет ее внешняя и внутренняя политика. По мнению сторонников Саакашвили, победители займутся контрреформами. Члены «Единого национального движения» утверждают, что против режима Саакашвили голосовали не только недовольные скандалом вокруг пыток в тюрьме, но и те, кто был этим режимом обижен, — коррупционеры, бывшие функционеры Шеварднадзе, а также криминалитет, который при Иванишвили намерен вернуть свои позиции в Грузии. «Лидеры коалиции встречались с ворами в законе, обещали вернуть их в страну. Мы слышали несколько записей, в которых криминальные авторитеты говорят, что после первого октября вернутся в Грузию», — говорит депутат «Единого национального движения» Нугзар Циклаури. Кроме того, они называют Бидзину Иванишвили «кремлевским проектом», говоря о его тесных связях с Россией и намерении сдать ей Грузию.

Между тем Иванишвили демонстрирует свою приверженность либеральным ценностям и верность спонсорам — не случайно свой первый государственный визит он собирается совершить в Вашингтон. При этом глава «Грузинской мечты» намерен диверсифицировать грузинскую внешнюю политику и действительно называет одной из своих целей нормализацию связей с Россией. В его окружении уже разрабатывается некая «дорожная карта» по восстановлению отношений с Москвой. «Считаю, что на первом этапе как минимум культурные и торговые отношения надо восстанавливать, без всяких предварительных условий. Понимаю, что отношения вошли в тупик, но из него надо выходить», — говорит Бидзина Иванишвили.

«Прокремлевский характер» Иванишвили лишь отражает чаяния электората — более 80% населения Грузии хотят восстановления отношений с Москвой. Более того, не исключено, что новое грузинское правительство пересмотрит Закон об оккупированных территориях и даст добро на работу в Южной Осетии и Абхазии международных организаций. Есть вероятность, что новые власти даже изменят статус находящихся в Тбилиси абхазского и южноосетинского «правительств в изгнании» и отстранят их от любых форматов переговоров. «Мы говорим о легитимности тех структур, которые были избраны в конце 1980-х — начале 1990-х и практически бездействуют. Ничего не делают, кроме того что раздражают общественность с одной и с другой стороны», — говорит советник Иванишвили Георгий Вольский. Однако при этом о признании независимости Южной Осетии и Абхазии речи не идет — ни один грузинский лидер, ценящий свою политическую карьеру и жизнь, на это не согласится. Скорее правительство Иванишвили возьмет курс на мирную и долгосрочную реинтеграцию этих территорий в состав Грузии.