Пройти весь путь

Георгий Дмитриев
2 сентября 2013, 00:00

Захар Смушкин: «Успешная реализация проекта “Большой Братск” продемонстрировала власти и бизнесу страны, а также мировому бизнес-сообществу, что подобные проекты в России возможны и во многом просто необходимы»

Председатель совета директоров Группы «Илим» Захар Смушкин

Группа «Илим» запустила в Иркутской области новое целлюлозное производство в рамках проекта «Большой Братск». Основная цель — сделать комбинат в Братске одним из наиболее эффективных производств в мире. В интервью журналу «Эксперт» председатель совета директоров Группы «Илим» Захар Смушкин рассказал, как «Большой Братск» повлияет на развитие лесопромышленного комплекса России и какие радикальные изменения необходимо внести в отраслевое законодательство, чтобы обеспечить качественное развитие отечественного леспрома.

— «Большой Братск» — один из основных инвестиционных проектов Группы «Илим». Каковы показатели этого проекта и каких целей предполагается достигнуть при его реализации?

— Стратегически мы должны создать более конкурентный продукт по сравнению с нашими коллегами по отрасли. Но как мы можем сделать что-то новое на оборудовании, морально и физически устаревшем? Чтобы развиваться, необходимо обновлять производство, инвестировать в него. Так что инвестиции — важный аспект нашей стратегии. На настоящий момент нет никакого иного способа увеличения эффективности.

Идея «Большого Братска» возникла в ходе обсуждения перспектив развития нашего Братского комбината. Хотя еще несколько лет назад речь шла не только о перспективах развития — рассматривались разные варианты, в том числе возможное закрытие завода. Комбинат в Братске — одно из старейших предприятий ЛПК в России, и многие годы его экономическая эффективность оставалась очень низкой. Для меня принципиальным вопросом было именно развитие комбината, и в результате подробных обсуждений на уровне совета директоров мы пришли к единому пониманию: необходима модернизация комбината.

В первую очередь мы инвестировали в лес, закупив на 160 миллионов долларов самое современное лесное оборудование и этим обеспечив потенциал для наращивания объемов производства. Затем, пережив кризис 2008–2009 годов, приступили к крупным инвестициям —строительству новой целлюлозной линии. В целом проект оценивается более чем в 31 миллиард рублей.

Наша основная задача — сделать комбинат одним из самых эффективных производств целлюлозы в мире как с точки зрения затрат, так и с точки зрения организации производства, и усилить наши позиции на китайском рынке за счет роста объемов. Если до начала проекта комбинат выпускал в год порядка 700 тысяч тонн продукции, то с выходом на проектную мощность объемы годового выпуска вырастут почти на 50 процентов. При этом мы снизим затраты на производство целлюлозы за счет более эффективного использования ресурсов и установки нового оборудования.

Принципиально важно было решить и экологические проблемы. Специфические запахи целлюлозного производства вызывали определенный дискомфорт у жителей города. Благодаря закрытию старой линии и установке самого современного оборудования выбросы дурнопахнущих газов сократятся более чем в два раза. Улучшатся и другие показатели. В частности, объем потребления свежей воды снизится почти на 30 процентов, а сбросы органики — более чем на 40 процентов.

Получили уникальный опыт

Что даст «Большой Братск» лесопромышленному комплексу России?

— Подтверждение, что проект важен для отрасли, мы получили еще в 2008 году: Министерство промышленности и торговли присвоило ему статус приоритетного инвестиционного проекта в области освоения лесов. Заявленные нами планы реализованы, доверие мы оправдали, а участие председателя правительства России Дмитрия Медведева в открытии нашего производства подтверждает, что подобные проекты нужны отрасли.

На данный момент «Большой Братск» — это крупнейший за последние тридцать лет инвестпроект, реализованный в целлюлозно-бумажной промышленности России, и самая крупная в мире линия по производству хвойной целлюлозы. Кроме того, это уникальный опыт успешной и эффективной координации усилий бизнеса, федеральных и региональных властей. Благодаря таким проектам растет инвестиционная привлекательность отрасли, региона и страны в целом. Успешная реализация проекта продемонстрировала власти и бизнесу страны, а также, в определенной степени, и мировому бизнес-сообществу, что подобные проекты, несмотря на все технические сложности, в России возможны и во многом просто необходимы.

Как проект повлияет на развитие Иркутской области в целом и города Братска в частности?

— Основной эффект от реализации проекта связан с тем, что мы обеспечили перспективы развития нашего комбината на годы вперед, а это и перспективы для наших сотрудников, членов их семей и всех тех, кто поставляет нам ресурсы, оказывает услуги. Кроме того, с увеличением объемов производства вырастут налоговые поступления в областной бюджет.

В последние годы подобных строек и в отрасли, и в других промышленных сегментах Иркутской области практически не было, в результате в регионе были утрачены кадры и целые организации, способные вести такие работы. Проект стал отличной возможностью для развития не только наших сотрудников, но и подрядных организаций Братска и всего региона. «Большой Братск» позволил не только нам, но и местным подрядчикам получить уникальный опыт, который может пригодиться в будущем при реализации подобных проектов в Иркутской области и по всей России.

Архаично и несовершенно

Сейчас обсуждаются возможные поправки в отраслевое законодательство, прежде всего в Лесной кодекс. Об этом, в частности, говорилось и на совещании под председательством Дмитрия Медведева в Братске в июне этого года. На этом совещании вы заявили о необходимости принятия радикальных мер в лесопользовании. Что это за меры и какой отдачи от их внедрения вы ожидаете? 

— Государство должно обеспечить условия для более интенсивной работы в лесопромышленном комплексе. К сожалению, тот объем активов или производственных мощностей, который мы создаем, совершенно не соответствует нашим пассивам, то есть сырью. Чтобы этот вопрос решить, нужно вернуться к основам, идеологии, которую мы называем лесной политикой.

Лес — это база для огромной индустрии. Необходимо четко разделить леса на категории с учетом их защитных функций и экономической доступности (защитные, эксплуатационные и резервные) — и к каждой из этих категорий применить разный подход в финансировании и использовании. Тогда мы сможем оптимально использовать средства (кстати, на мой взгляд, достаточно скромные), которые идут на поддержку лесопромышленной отрасли.

Бизнесу крайне важно говорить об эксплуатационных лесах. Российский принцип лесоводства глубоко архаичен и несовершенен. Необходимо срочно вводить так называемое интенсивное лесопользование. Это новая технология лесопользования (для нас она новая, а в США, Канаде и скандинавских странах применяется достаточно давно). Суть ее в следующем: мы по закону имеем право вести заготовку на 0,01 участка леса, потому что у нас естественное лесовоспроизводство в среднем занимает, как рассчитано, сто лет. Это абсолютно не соответствует современному подходу. Нам не нужны корабельные сосны для производства целлюлозы, нам нужен молодой лес, и сорокалетние, пятидесятилетние деревья нас вполне устраивают. Интенсивное лесопользование позволяет резко омолодить лес, потому что он усиленно растет приблизительно до шестидесяти лет, в дальнейшем скорость его роста резко снижается.

Кроме того, при ведении такого лесного хозяйства мы получим по качеству намного лучший, чем тот, что имеем сегодня.

Это что касается лесопользования. А если говорить о помощи государства желающим, например, построить завод — какие здесь проблемы?

— Много говорится о государственном стимулировании, о приоритетных инвестиционных проектах и так далее. Я позволю взять на себя смелость и сказать, что эти меры в принципе исчерпаны, они непривлекательны для инвесторов. Поэтому, если говорить о резкой интенсификации строительства в лесу и об использовании леса как ресурса, надо думать о других мерах, более радикальных, актуальных не только для нашей промышленности, но и для всей российской экономики.

Первое, в чем государство должно принять участие, — это создать инфраструктуру. Если мы говорим о строительстве новых перерабатывающих мощностей, их необходимо обеспечить базовой инфраструктурой — водой, канализацией, газом, электричеством, дорогами. Если инвестор берет на себя общестроительные и технологические затраты на строительство производства, закупку и монтаж оборудования, то государство должно ему помогать в создании инфраструктуры. А если инвестор занимается этими вопросами самостоятельно, то государство должно компенсировать эти затраты.

Второе. Сегодня государство не участвует в строительстве лесных дорог. Это сдерживает освоение лесов, что, в свою очередь, ограничивает возможности развития мощностей по переработке древесины. В России крупнейшие предприятия отрасли строят в год порядка тысячи километров, из них только «Илим» — 400 километров, но этого недостаточно. Эксплуатацией и обслуживанием дорог занимаются сами лесопромышленники, при этом механизм компенсации или, например, учета затрат на строительство дорог в арендных платежах лесопользователей отсутствует. По нашему мнению, необходимы механизмы софинансирования строительства лесных дорог на условиях частно-государственного партнерства.

Третий большой блок — налоговое регулирование. НДС, единый социальный налог, налог на имущество и транспорт — надо пойти на радикальное снижение этих налогов для новых производств. Мы не предлагаем снижать налоги для действующих предприятий, но для новых предприятий налоговые льготы, конечно, должны быть. Речь, разумеется, идет не только о целлюлозно-бумажном производстве — этот пакет должен распространяться на строительство любых новых мощностей, которые государство считает приоритетными.

Четвертый вопрос — кредитно-финансовое и валютное регулирование. Все факторы этого направления сегодня работают против многих экспорториентированных отраслей российской промышленности, в том числе против нашей. Вообще, основной критерий оценки кредитно-финансовой и валютной политики страны — объем инвестиций. И если эта политика разумна, то объем инвестиций растет, как следствие, улучшается общее состояние экономики страны, и в конце концов растет ВВП. Если инвестиций нет, то это путь к стагнации, а то и к рецессии.

Пятый вопрос — качество кадров. Нам нужно при поддержке правительства реорганизовать профильные учебные и научные институты и создать несколько эффективных структур, которые будут проводить научно-кадровую политику совместно с бизнесом.

Конечно, государство не должно заниматься решением этих проблем в одиночку, многие из них может и должен решать бизнес. Приватизированным отраслям, к которым относится и лесопромышленный комплекс, от государства для эффективного функционирования нужно только одно — благоприятная среда для своей деятельности. Прямых вливаний, инвестиций в новые производства, бюджетных дотаций нам не требуется.

Санкт-Петербург