Бурбоны и железный Феликс

На улице Правды
Москва, 21.10.2013
«Эксперт» №42 (872)

Обсуждение в Мосгордуме судьбы памятника Ф. Э. Дзержинскому, до 1991 г. стоявшего в центре Лубянской площади, и последующее решительное опровержение разговоров о планах поставить его на прежнее место производят впечатление некоторого лукавства. Если вообще никаких планов не было, неясно, зачем было обсуждать, — памятник стоит себе на задворках ЦДХ в полном порядке и есть не просит. Как говорил граф Толстой об обществах трезвости, «Это когда собираются вместе, чтобы водку не пить? Вздор — чтобы не пить, незачем собираться. А если уж собираются, то надо пить».

Подозрения усугубляются тем, что несравненная МГД, избранная в 2009 г., сплошь состоит из птенцов гнезда Лужкова, а бывший мэр любил эту тему и поднимал ее еще в 2002 г., отмечая, что памятник Дзержинскому безупречен «в скульптурном и архитектурном плане», а сам Феликс Эдмундович был «сильной, яркой личностью, проявившей себя в созидательном ключе». Причем, по данным Ю. М. Лужкова, в 2002 г. 60–75% москвичей и россиян выступали за то, чтобы вернуть памятник на Лубянку. С тех пор только Ю. М. Лужков канул в Лету, а так вряд ли что-нибудь сильно переменилось. Так что предположение, что МГД зондировала почву, имеет право на существование.

Если обратиться к истории, то примеров восстановления статуй, низвергнутых при народных волнениях, не так много. Случаев, когда восстанавливали памятники Ленину в городах, освобожденных из-под немца, мы не берем, ибо свергал их не народ. Равно как памятник кайзеру Вильгельму I в Кобленце, в месте слияния Рейна и Мозеля, разрушенный артиллерийским огнем в 1945 г. и восстановленный в 1993-м, — это все же другой жанр. И Вильгельм — это не совсем символ Третьего рейха, а американские войска, стрелявшие по статуе, — это не свои собственные санкюлоты.

В сущности, единственной страной, дающей нам примеры восстановления символов прежнего режима на прежнем месте и в прежнем виде, является Франция. Как сокрушение статуй было массовым занятием в 1792 г., так после воцарения Людовика XVIII наступило их восстановление. Конный памятник Людовику XIII вернулся на Королевскую площадь (ныне площадь Вогезов), памятник Генриху IV — на стрелку Сите, памятник Людовику XIV — на площадь Побед, хотя и в несколько преобразованном виде: до 1792 г. Король-Солнце был пешим, а с 1828-го — конным. На Вандомскую площадь (прежде — площадь Людовика Великого) Луи-ле-Гран не вернулся, потому что там уже стояла Вандомская колонна. Не вернулся на площадь Согласия (прежде — площадь Людовика XV) и тезоименитый король. После 1815 г. идее восстановить дореволюционный памятник противостояла не менее обоснованная идея увековечить память короля-мученика Людовика XVI, казненного на этой площади, когда она называлась площадью Революции. Споры прервала революция 1830 г., и при Луи-Филиппе поставили египетский обелиск из Луксора. Кстати, неплохая идея для Лубянки — по крайней мере, есть что обсудить следующий раз в МГД.

Сходно сложная судьба была и у Наполеона на Вандомской площади. В 1815 г. статую, венчающу

Новости партнеров

    «Эксперт»
    №42 (872) 21 октября 2013
    Беспорядки в Бирюлеве
    Содержание:
    Бунт районного масштаба

    Стремление найти причину бирюлевского бунта в национальной и миграционной политике скрывает системную проблему неэффективной работы органов правопорядка

    Экономика и финансы
    Потребление
    Реклама