Тролли атакуют

Алексей Грамматчиков
обозреватель журнала «Эксперт»
18 ноября 2013, 00:00

Разгорающиеся патентные войны начинают втягивать в судебные процессы и российские ИТ-компании. Пока наши побеждают

Рисунок: Legion-Media
«Патентными троллями» в США называют компании, которые скупают патенты, а потом предъявляют иски производителям. Ущерб от действий таких фирм в Америке превышает 80 млрд долларов в год — это больше, чем четверть научно-исследовательского бюджета всех промышленных компаний страны вместе взятых

Все больше российских ИТ-структур выходит на мировую арену: по данным компании «Руссофт», в этом году экспорт российского программного обеспечения достигнет 5,4 млрд долларов, это в два с лишним раза больше, чем еще три года назад (см. график 1). Однако за рубежом их ждут не только благодарные новые пользователи. Гостей встречает жесткая конкурентная среда, в том числе патентные войны: им предъявляют претензии в краже той или иной технологии.

Плата в темном лесу

Пламя патентных войн все больше охватывает мировой рынок хайтека. Борьба за право быть автором той или иной технологии разворачивается по двум основным сценариям. В первом случае гигант ИТ-бизнеса предъявляет конкуренту претензию, что тот украл у него изобретение. Здесь война ведется по всем правилам боевых действий: если противник позволяет себе применять нечестные приемы и завышать уровень своих претензий, то другие компании могут ему отплатить тем же и нанести серьезный урон бизнесу.

Более опасен и непредсказуем второй сценарий: в мире появляется все больше компаний, которые ничего не производят и при этом утверждают, что им принадлежат авторские права на передовые технологии. Такие компании, часто небольшие, не боятся атаковать мировых лидеров хайтек-бизнеса и вполне успешно получают с них многомиллионные компенсации. Официально юристы называют такие структуры «непрактикующими организациями» (non-practicing entities, NPE). Более красочное, неформальное название — патентные тролли, по имени злых сказочных персонажей, которые заставляют путников в глухом лесу платить за проход.

Современная вотчина патентных троллей — США. Плодиться им позволяет весьма либеральное патентное законодательство этой страны. Здесь можно зарегистрировать абстрактное изобретение и на основе полученного патента предъявлять претензии самому широкому кругу производителей. Говорят, что подобие патентного троллинга начало развиваться в США еще в XIX веке. Например, некий американский инженер Элиас Хоув в 1846 году зарегистрировал патент на модификацию швейных машин и позже успешно получал многомиллионные компенсации от производителей швейной техники. А другой американский инженер, Джордж Селдон, в 1879 году подал патентную заявку на изобретение бензинового автомобильного двигателя и позже, уже в начале ХХ века, тоже умудрился получать немаленькие лицензионные отчисления от представителей американского автопрома.

Но настоящий расцвет патентного троллинга начался в США именно в последние годы, с развитием рынков высокотехнологичных товаров, где зачастую сложно разобраться и доказать, кто что придумал первым. Многие компании и частные лица намеренно регистрируют разного рода изобретения или покупают полученные ранее, так называемые спящие патенты, а потом предъявляют иски производителям.

Тактика таких дельцов рассчитана на то, что ответчик выплатит им компенсацию до суда: ведение судебного разбирательства в США стоит недешево, так что обычно производителю выгоднее заплатить компенсацию патентному троллю, чем принимать участие в судебном процессе.

Современные обороты патентного троллинга в США впечатляют: по данным борющейся против этого явления организации Patent Freedom, число подобных судебных тяжб за год выросло вдвое (более чем до 3000 в 2012 году, см. график 2). Последние четыре года ущерб производителей от патентных троллей в Америке превышает 80 млрд долларов в год — это более четверти научно-исследовательского бюджета всех промышленных компаний страны, вместе взятых.

Больше всех страдают ИТ-компании: 62% всех исков патентных троллей в США приходится на сферу разработки программного обеспечения, ведь именно здесь труднее всего доказать авторское право на ту или иную технологию. Недавно под удар патентных троллей попали и развивающие свой бизнес за рубежом российские компании.

«Давить до последнего патрона»

В частности, серьезной атаке троллей подверглась «Лаборатория Касперского», которая сегодня занимает в США второе место по объемам продаж антивирусного программного обеспечения. За последние четыре года компании пришлось пройти через два судебных разбирательства, последнее из которых закончилось в сентябре.

На этот раз до «Лаборатории Касперского» дотянулся один из самых крупных троллей: иск предъявила Lodsys, ответвление патентного гиганта Intellectual Ventures. Эта компания, основанная бывшим топ-менеджером Microsoft Натаном Мирвольдом, многие годы специализируется на скупке патентов умерших или еле живых предприятий, а также на приобретении патентованных идей университетов.

Обороты Intellectual Ventures исчисляются миллиардами долларов. «Эти парни и сотворение мира запатентуют!» — восклицает в своем блоге Евгений Касперский. Действительно, претензия о нарушении авторского права, которую они предъявили «Лаборатории Касперского», выглядит абсурдной.

В 1992 году один американец запатентовал идею «методов улучшения продуктов за счет обратной связи от пользователя к разработчику». В 2004 году патент попал в собственность Intellectual Ventures, а в 2010-м был передан дочерней компании Lodsys. И тут выяснилось, что этот патент покрывает чуть ли не всю софтверную индустрию. То есть если программа позволяет пользователю совершить любую обратную связь с производителем, то это уже нарушение патента. «Ну это примерно как запатентовать всю идею интернета без ее практической реализации — увы, это реальность американской системы», — возмущается Евгений Касперский.

В марте 2011 года «Лаборатория Касперского» получила от Lodsys письмо, в котором предлагалось за вознаграждение лицензировать патент. По мнению тролля, в данном случае под защиту авторского права попадают такие очевидные сервисы, как стандартные уведомления о новых версиях баз антивирусных программ «Лаборатории Касперского», сервисы покупки и продления лицензии, да и вообще любое интерактивное взаимодействие с пользователем.

В мае 2012-го «Лабораторию Касперского» пригласили разбираться в окружной суд американского штата Техас — там, по словам представителей российской компании, патентные тролли чувствуют себя особенно уверенно.

В суде представители Lodsys заявили, что «Лаборатория Касперского» неправомерно использовала патенты на 25 млн долларов. Далее истец, как обычно, намекнул, что готов рассмотреть вопрос о досудебном решении этого дела. Интересно, что помимо «Лаборатории Касперского» иск был предъявлен еще 54 крупным ИТ-компаниям, среди которых такие известные, как Symantec, HP, Samsung. И все эти компании предпочли урегулировать претензию до суда, то есть заплатили Lodsys отступные.

«Есть “боевые” тролли, а есть “тролли-агрегаторы”, — объясняет в своем блоге тактику атаки современных американских NPE Евгений Касперский. — Первые подают иски, рубятся в судах, не гнушаются откровенным вымогательством, инсинуациями, атаками на партнеров ответчиков и проч. Вторые — добрые следователи, которые позиционируются как защитники от первых. Ну, вы поняли: когда удавка на шее несчастной жертвы начинает затягиваться, на сцену выходит “агрегатор”, предлагающий за приемлемую сумму — значительно ниже аппетита тролля первого уровня — присоединиться к их патентному пулу. Как бы случайно оказывается, что “агрегатор” имеет договоренность с плохим “боевым” троллем о лицензировании у него того самого патента. К сведению, ежегодные “лицензионные отчисления” за использование патентного пула могут составлять от нескольких десятков тысяч до нескольких миллионов долларов. Максимальная цифра, что мы знаем, — 7 млн долларов. Полагаю, это не предел».

Однако «Лаборатория Касперского» пошла на принцип и заявила о готовности до конца отстаивать свою правоту в суде. «Мы нисколько не сомневались в том, что бороться с патентными троллями можно и нужно. Наша уверенность основывалась на проведенном анализе предъявляемых претензий, нашей реализации обвиняемых технологий, глубокого изучения деталей патента и истории его выдачи, — рассказал “Эксперту” Дмитрий Поляков, руководитель отдела охраны и защиты интеллектуальной собственности “Лаборатория Касперского”. — Главное — проявить твердость и определенное упрямство в этом деле. Мы уже знали, что необходимо иметь продуманную стратегию и тактику, немедленно предоставлять всю запрашиваемую информацию, быстро реагировать на жалобы, всячески демонстрировать суду открытость и готовность к сотрудничеству. А также транслировать вселенское спокойствие, уверенность и твердость позиции».

По словам Дмитрия Полякова, компания Lodsys делала все, чтобы усложнить процесс: юристам «Лаборатории Касперского» пришлось за короткий срок проанализировать более двух тысяч подшитых к делу документов. И видя такую решительность ответчика, патентный тролль капитулировал: незадолго до начала суда Lodsys отозвала свой иск, причем без возможности еще раз подать подобный иск в адрес «Лаборатории Касперского» в будущем.

Потери российской компании в этом полуторагодовом судебном споре исчисляются кругленькой суммой — порядка миллиона долларов. Впрочем, это гораздо меньше, чем «Лаборатория Касперского» потратила во время первой атаки «патентных троллей». Тогда судебная тяжба длилась три с половиной года, а судебные издержки российской компании составили 2,5 млн долларов.

В рамках этой атаки американская IPAT также пыталась предъявить претензии «Лаборатории Касперского» по ряду патентов. Российская компания решила идти до конца и опять осталась в этом процессе в одиночестве: помимо «Лаборатории Касперского» IPAT подала иск еще к 34 крупным мировым ИТ-компаниям, и все они решили пойти на досудебное урегулирование, то есть откупиться от тролля. «На самом деле тогда, в 2008 году, я сразу сказал нашим юристам, что никаких уступок: вперед в суд и давить их до последнего патрона, — вспоминает Евгений Касперский в своем блоге: — Это был наш первый опыт, и мы решили показать троллям, что мы не пойдем в фарватере сложившейся практики и докажем свою правоту».

В отличие от Lodsys компания IPAT не стала избегать судебных заседаний. Однако в результате умелых действий юристов «Лаборатории Касперского» патентный тролль был разгромлен: суд штата Техас полностью снял все обвинения с российской компании, при этом с особой пометкой, означающей, что IPAT больше не сможет подать иск по этим патентам снова.

Российский антивирусный гигант считает, что он задает тренд на американском рынке в плане успешной борьбы с патентными троллями, и критикует другие американские компании, которые не хотят идти до конца в борьбе с подобными претензиями и, по сути, кормят паразитов. «Этот кейс еще раз показал, что с “патентными троллями” можно и нужно бороться — в обратном случае кровососы пропишутся в вашем кошельке, — пишет Евгений Касперский. — Плохо, что в ИТ-индустрии нет единой позиции по борьбе с троллями, абсолютное большинство предпочитает кормить паразитов. А “большие мальчики” ИТ-индустрии косвенно участвуют в развитии тролльного бизнеса и способствуют патентному вымогательству из более мелких компаний. Тем временем тролли продолжают наглеть, бомбардируя потенциальных жертв исками, при этом не неся ответственности в случае отзыва претензии. Раньше патентные разборки были уделом крупных вендоров. Сейчас в этот порочный круг вовлекаются даже небольшие частные разработчики мобильных приложений. Сохранение тенденции чревато убийственной перекачкой средств от инноваторов к социальным паразитам, что провоцирует развал ИТ-индустрии. Мы убеждены, что американскому государству нужно переходить к решительным, конкретным и системным действиям против троллей».

Volvo против Solvo

Впрочем, российские компании в последнее время подвергаются атакам не только патентных троллей, но и конкурентов. Например, в августе этого года закончилось судебное разбирательство против российской компании ABBYY, одного из ведущих мировых разработчиков программного обеспечения и поставщиков услуг в области распознавания и ввода документов, лингвистики и перевода.

Иск был подан еще в феврале 2008 года крупным американским разработчиком программного обеспечения Nuance против ABBYY и корпорации Lexmark (специализируется на разработке и изготовлении устройств для печати и обработки изображений). Nuance обвинила их в нарушении прав на технологии оптического распознавания и оформления упаковки программных продуктов. В качестве компенсации ущерба Nuance требовала свыше 265 млн долларов. «На самых крупных рынках конкуренты не дремлют, они пытаются защищать свои позиции разными способами, не всегда рыночными», — комментирует этот кейс Настасья Савина, вице-президент по корпоративным коммуникациям ABBYY.

Активная фаза судебного процесса началась 12 августа и закончилась 23 августа. Благодаря умелым действиям юристов ABBYY коллегия присяжных, назначенная окружным судом США в городе Сан-Франциско, вынесла решение в пользу российской компании: она признана полностью невиновной по всем претензиям Nuance. В какую сумму обошлось ABBYY судебное разбирательство, компания не сообщает.

Но, к сожалению, не всегда юридические атаки на российские компании заканчиваются их победой. Например, не очень удачно для них складываются некоторые судебные тяжбы в Европе. «В Европе есть свои юридические проблемы, связанные с тем, что европейские компании вовсю используют механизмы ЕС для противодействия конкурентам из других стран, — рассказывает Валентин Макаров, президент некоммерческого партнерства “Руссофт”. — Например, российская компания Solvo, ведущий производитель программных продуктов для управления портовыми и складскими комплексами, уже много лет безуспешно борется с юристами, работающими на шведскую Volvo, которые подали на нашу компанию иск с требованием запрета использовать торговую марку Solvo под предлогом того, что она похожа на торговую марку Volvo. Оба названия взяты из латинского языка, и только рудиментами антисоветизма можно оправдать позицию судов, которые встают на сторону юристов Volvo».

Чтобы эффективно защищаться от судебных атак, представители российской ИТ-индустрии советуют, например, активнее привлекать к сотрудничеству местных специалистов. «Главная проблема российских компаний за рубежом — отсутствие понимания местного ландшафта, правил игры, практик. Без этого понимания наши люди наступают на все возможные грабли и попадают во все ямы и ловушки. Соответственно им тяжело конкурировать с местными, знающими все и всех, — указывает Настасья Савина из ABBYY. — Чтобы компенсировать этот минус, компаниям надо приобретать местную экспертизу, брать на борт “аборигенов” и давать им доступ к “рулю”. ABBYY, например, практически всегда действует на региональных рынках через местных партнеров или локальные офисы».

Залог защиты от судебных разбирательств некоторые российские ИТ-компании, развивающие свой бизнес за рубежом, видят в том, чтобы правильно оформлять патенты на свои технологии. Например, об этом говорят представители Parallels — известной российской компании, которая успешно развивается во многих странах, специализируясь на разработке программного обеспечения в сферах виртуализации и автоматизации хостинговых услуг. «Нет, патентных судебных разбирательств у Parallels не было, и это во многом связано с тем, что свои первые патенты мы получили, еще будучи стартапом, — рассказывает Александр Киселев, патентный поверенный Parallels, работающий с патентными ведомствами разных стран от лица компании. — Уже через год после начала разработки так называемой технологии контейнерной виртуализации в 2000 году мы подали свою первую заявку в патентное ведомство США. Впоследствии патентование наших технологий начиналось почти одновременно с принятием решения о выходе на новый рынок и представлением нового продукта. Сейчас Parallels имеет более 100 патентов и ожидает одобрения от патентного ведомства США еще более 50 заявок. Мы тратим много времени на объяснение важности патентов внутри компании. Для сотрудников участие в патентной заявке в качестве соавтора — дополнительная приятная деталь в резюме».

Имидж России улучшается

Российской ИТ-компании важно не только защищать свои изобретения, но и понимать, что западный клиент сильно отличается от отечественного. «Основная проблема, которую мы в полной мере ощутили на себе, продвигая наш продукт за рубежом, — это принципиально иной менталитет зарубежного потребителя ИТ, — говорит Максим Богданов, генеральный директор компании “Аскон”, известного российского разработчика инженерного программного обеспечения, который успешно продает свои продукты, в частности, в европейских странах. — Классы ИТ-систем в России и за рубежом вроде бы совпадают, а приемы работы с продуктами отличаются кардинально. Важно понимать, что западный заказчик вырос в иной “школе”, его формировали другие тенденции. Мы как разработчик инженерного ПО столкнулись с другой культурой проектирования, которая в итоге и определила требования к системам САПР. В России еще со времен СССР результатом работы инженера считается бумага — разработанная документация по стандартам ГОСТ. А для западного инженера результат — это решенная задача, готовое изделие, и объем документации и следование стандартам ее оформления не играют такой важной роли».

По мнению представителей «Руссофта», общая проблема рынков дальнего зарубежья заключается в том, что во многих ведущих странах участвовать в государственных контрактах могут только компании-резиденты. Другой барьер для выхода российских компаний за рубеж — требование особого лицензирования или сертификации. И еще интересный факт: по словам Валентина Макарова, попадая на зарубежные выставки, российские компании с удивлением узнают, что многие их зарубежные конкуренты получают значительные субсидии от своих стран на участие в этих выставках. «Это единственный вид прямых субсидий экспортеров, не запрещенный ВТО. Ну и как можно на равных конкурировать, если весь международный маркетинг российских компаний полностью оплачивается самими компаниями?!» — восклицает представитель «Руссофта».

Зато, похоже, отходит на второй план проблема негативного имиджа России в глазах западных потребителей. «Долгие годы большим препятствием к продвижению российских компаний в дальнем зарубежье было негативное отношение населения, политиков и бизнеса этих стран к России, сформированное политиками и СМИ, — продолжает Валентин Макаров. — В результате российские продуктовые компании скрывали свое происхождение, они позиционировали себя как местные компании для рынка, на котором работали, и тем самым не использовали преимущество, связанное с национальными технологическими достижениями. По нашим наблюдениям, вот уже третий год количество позитивных публикаций о российских технологиях и наших компаниях превышает количество негативных. И наши компании смогут смело позиционировать себя как российские, только усиливая таким образом свои позиции».

С тем, что принадлежность России уже не помеха развитию глобального бизнеса, согласны представители компании «Прогноз», которая успешно внедряет во многих странах сложные информационные системы бизнес-аналитики. «По нашему опыту, основные трудности не связаны с российским происхождением компании. Основные трудности, которые преодолевают все международные игроки, выходя на новые рынки, — это локализация продуктов, формирование команды квалифицированных специалистов и необходимых компетенций на местах, — говорит Сергей Шестаков, заместитель генерального директора “Прогноза”. — Как правило, заказчики предъявляют требования к наличию портфеля выполненных в регионе проектов, наличию офиса и местной техподдержки. В отдельных случаях — для участия в государственных тендерах, работы в госсекторе — необходимо иметь определенные уровни сертификации, лицензии. Например, нам российское происхождение не помешало выиграть тендер МВФ на внедрение платформы управления статистическими данными. После успешного выполнения таких проектов вопрос о доверии снимается сам собой. И сейчас у нас много заказчиков по всему миру: в частности, мы создаем систему анализа финансовых рынков для Центробанка Бермудов, разработали модель энергопотребления в Китае, модель износа элементов и техобслуживания железной дороги в Дании».

Таким образом, зарубежные судебные тяжбы российских ИТ-компаний все же не должны стать серьезным барьером для их дальнейшего развития на мировых рынках. По прогнозам «Руссофта», в текущем году объемы экспорта программного обеспечения из России увеличатся более чем на 20% и приблизятся к 5,5 млрд долларов. Приблизительно на 20–30% в год будет расти экспорт российского софта и в ближайшие годы.