Это не политика, это бесстыдство

25 июля 2016, 00:00
РИА НОВОСТИ
Международный олимпийский комитет думать будет

Беспрецедентное давление на российский спорт усиливается по мере приближения Олимпиады. Уже понятно, что Игры в Бразилии пропустит наша легкоатлетическая сборная. Спортивный арбитражный суд в швейцарской Лозанне отклонил иск нашего Олимпийского комитета, оставив за бортом соревнований 68 российских спортсменов. Лишь прыгунья в длину Дарья Клишина согласилась поменять родной флаг на знамя МОК и была допущена к состязаниям.

Под вопросом и участие всей нашей олимпийской сборной. После удивительно смешного доклада Всемирного антидопингового агентства (WADA) о подозрениях в нечистоте сочинских результатов российских спортсменов Международный олимпийский комитет (МОК) взял время на раздумье и, похоже, пытается справиться с политическим давлением США, прекрасно понимая, в какую ловушку себя загонит, если ударит по России. Такой прецедент поставит точку в мировом олимпийском движении, каким оно до сих пор себя позиционировало («Спорт над политикой»).

«Это политика, мой друг», — сказал глава американского антидопингового агентства (USADA) российским пранкерам, которые в телефонном разговоре представились министром спорта Украины Игорем Ждановым. А глава WADA добавил, что на самом деле у них нет никаких доказательств злоупотреблений наших спортсменов на сочинской Олимпиаде, кроме интервью бывшего главы антидопинговой лаборатории в Москве Григория Родченкова. Но это очевидно всем, кто прослушал фантасмагорический рассказ президента WADA Крейга Риди о том, как агент ФСБ в одежде сантехника через дырку в стене получал колбы с «плохой» мочой, таинственным образом их вскрывал и заливал «чистую». Нет, WADA не знает, как их открыть (швейцарский производитель говорит, что это невозможно, и подает на агентство в суд). Нет, доказательств нет — только царапины на колбах. Нет, сведения о конкретных «нечистых» спортсменах отсутствуют. Но «слова господина Родченкова заслуживают доверия», а значит, Россия точно сфальсифицировала результаты в Сочи.

Хорошо понятно, зачем за пару дней до конференции Крейга Риди USADA вместе с десятком братских федераций сделала публичное заявление о необходимости отстранить всю российскую сборную от Игр, ведь сам доклад — плевок в лицо любым спортивным экспертам, что нашим, что заграничным. И это если не вспоминать о том, что допинг российской сборной по зимним видам спорта вообще особо «не пригодился»: половина из 13 золотых медалей завоеваны натурализованными иностранцами, которым вряд ли кто-то рискнул предложить «коктейль Родченкова» (по его словам, «особую смесь алкоголя и препаратов», инновационный удар по достижениям современной фармакологии). При этом все скоростно-силовые виды спорта, где допинг дает эффект, мы провалили.

Так же ясно, без всякой конспирологии, зачем подставляются видные спортивные функционеры, публикуя абсолютную чушь с детективными элементами. Потянув ниточку из нескольких подтвержденных допинг-проб российских спортсменов (из десятка тысяч, которые ежегодно берутся в России и Китае, это абсолютный рекорд), чиновники так и не смогли распутать клубок глобальной допинговой махинации. Только за последние полгода у россиян взяли три тысячи проб — из них положительными оказались лишь четыре. А ведь после ликвидации РУСАДА всю отечественную мочу исследуют исключительно иностранные лаборатории. Но вот беда: ни тебе мельдония, ни прочих промахов российской фармакологии. А заказ выполнять приходится.

МОК не позавидуешь. С WADA все понятно: оно полностью зависит от американских политиков. За последнее десятилетие агентство получило от США более 21 млн долларов спонсорской помощи, остальные страны перечислили примерно 150 млн. Когда твой, по сути, хозяин просит пойти навстречу, отказываться не приходится даже ценой репутации. МОК зависит от мнения Вашингтона куда меньше, поскольку сам генерирует огромную часть доходов мировой спортивной индустрии. Объем этого рынка, по оценкам компании PricewaterhouseCoopers, в 2015 году составил 145,3 млрд долларов, а вместе с фармакологией, спортивным ритейлом, тотализаторами и трансферами — все 400 млрд. Для сравнения: в прошлом году объем мирового рынка оружия составил лишь 65 млрд долларов.

МОК в индустрии выступает своего рода головной корпорацией, имеющей самостоятельные и зависимые, региональные и отраслевые дивизионы: спортивные федерации, коммерческие лиги, олимпийские комитеты и так далее. Он не участвует напрямую в распределении средств, но является гарантом особой олимпийской идеологии, сформулированной Пьером Кубертеном в 1894 году: «Олимпизм представляет собой жизненную философию, возвышающую и объединяющую в единое целое достоинства тела, воли и разума». Конечно же, сегодня «Быстрее, выше, сильнее» превратилось в «Дороже, зрелищнее, богаче», а олимпийская идеология стала своего рода потребительской приманкой для реализации продукта из спортивного зрелища и сопутствующих атрибутов.

Отстранение России от бразильских Игр не просто ставит вопрос о влиянии политики на олимпийское движение. Хотя в мире (в том же Китае, например) начинают задавать закономерные вопросы: если американские интересы позволяют просто вычеркнуть страну из мирового спорта, зачем вообще иметь дело с МОК?

Но есть и более фундаментальная проблема. Нынешний скандал поднимает тему соответствия нынешней спортивной индустрии декларируемым принципам и олимпийской идеологии. Когда люди понимают, что профессиональный спортсмен — больной человек с исковерканным детством, спорт высших достижений существует только благодаря лекарствам, коррупция тотально пронизала всю олимпийскую систему, а спортивные ристалища прекрасно отвлекают народ от войн, это бьет по всей маркетинговой стратегии МОК. Нам остается надеяться, что деньги для них окажутся важнее политики.