Усиление регулирования банков и борьба с «монополистами» мотивированы самыми лучшими намерениями, но их объективный результат — дальнейшее усугубление проблем небольших банков и рост концентрации в банковском секторе

Тема конкуренции в российском банковском секторе опять горячо обсуждается. Не последнюю роль в этом играет позиция Банка России, который неоднократно высказывался о необходимости борьбы с монополиями в банковском секторе и о своей обеспокоенности высокой долей госбанков.

Для беспокойства много причин. Первый индикатор — сокращение числа банков: с начала 2014 года оно снизилось почти вдвое, с 923 до 479 на 1 февраля 2018-го. Отдельно стоит отметить исход иностранных банков: на 1 января 2014 года банков, более чем на 50% принадлежащих иностранцам, было 93, а на 1 октября 2018-го — всего 58. Доля иностранцев в уставном капитале банковской системы сократилась за этот период с 26,4 до 14,5%.

Доля частных банков постоянно падает, причем не только за счет отзыва лицензий, но и за счет более быстрого роста госбанков. Национализация нескольких крупнейших частных банков в 2017 году (банковские группы «Открытия», Бинбанка и Промсвязьбанка) и формирование на их базе новых госбанков только усугубили этот тренд.

Много лет подряд наблюдается переток средств клиентов в более крупные банки, а значительная и растущая часть ресурсов (например, средства бюджетов и госкомпаний) имеет ограничения по размещению в небольших банках.

Многие частные банки низкорентабельны и непривлекательны для своих акционеров. С начала 2018 года уже семь банков отказались от лицензии в связи с добровольной ликвидацией, что говорит и о невозможности продать действующий банк. С другой стороны, доля крупных банков, особенно Сбербанка, в прибыли банковской системы заметно превышает их долю в активах. Все госбанки в 2018 году заработали 71% от прибыли прибыльных банков, причем квазигосбанки, санируемые Фондом консолидации банковского сектора, отвечают за 82% всех убытков. Впрочем, и тут распространенное мнение, что Сбербанк только и получает прибыль, сильно преувеличено: с 2016 года его доля в прибыли прибыльных банков остается стабильной на уровне 52–54%.

Отсюда немедленно делается вывод, что корень зла в монополизме, с которым надо бороться всеми возможными способами.

Впрочем, если обратиться к данным, можно увидеть, что основной рост доли рынка показал вовсе не Сбербанк, а прочие госбанки, к которым в 2017 году добавились квазигосбанки, контролируемые ЦБ; не стоит сбрасывать со счетов и рост участия на кредитном рынке биржевых инструментов репо через центрального контрагента Московской биржи. Таким образом, основной рост доли госсектора в банковской системе обеспечили как раз операции Банка России.

При этом проблемы частных банков в первую очередь связаны с крушением доминирующей бизнес-модели частного банка — банка, в значительной степени обслуживающего интересы своих собственников, финансирующего строительство их бизнес-империй разного масштаба. А рост концентрации есть объективное следствие продолжающегося уже пять лет банковского кризиса.

Никто не хочет терять свои средства в банках, поэтому все клиенты предпринимают защитные меры. Государство вводит ограничения на размещение средст

У партнеров

    «Эксперт»
    №12 (1112) 18 марта 2019
    Поделить по-честному
    Содержание:
    Как не рассыпать мусор по дороге

    Возможности для построения эффективной системы обращения с отходами в стране есть. Но нам придется преодолеть давление групп лоббистов, преследующих противоположные цели, снять растущие протестные настроения в обществе и выстроить на всех уровнях четкое понимание, куда и как мы идем

    Специальное обозрение
    Реклама