Валькирии прилетели

Эпопея с вагнеровским "Кольцом Нибелунга", завершение которой запланировано, как и все в Петербурге, на 2003 год, началась на прошлом фестивале "Звезды белых ночей": тогда показали первую из четырех опер, "Золото Рейна". В нынешней постановке художник Готфрид Пильц - и за дизайнера, и за режиссера.

В спектакле "Золото Рейна" ощущался смутный разлад между бойкой режиссурой и минимализмом оформления: как будто один из авторов старался придать вагнеровскому эпосу как можно более жизнеподобные и актуальные формы, а другой - как можно более абстрактные. В "Валькирии" восторжествовало единство стиля. Никакой достоверности. Ничего злободневного. Разыгрывается драма идей, философия в лицах. В центре сцены белый круг, на нем квадратный черный стол. Красная дорожка, идущая из угла в угол, перечеркивает фигуры. Добавлений к этим простым формам и чистым краскам в спектакле немного. Таинственный зеленый свет заливает сцену, символизируя "вечную весну" любовного дуэта. Перечеркнутый круг и квадрат возникают и гаснут проекциями на заднике. Валькирия является Зигмунду огромной крылатой тенью. Грозный силуэт Вотана преследует ее саму. В последнем акте вся сцена затянута белым: в надмирных снегах разыгрывается драма отца богов и его воинственной дочери. Красный шелк, окутывающий сцену в финале, образует костер, охраняющий волшебный сон Брунгильды.

Вагнеровские оперы живут в Мариинском театре органично. Их создатель мыслил оркестром. Валерий Гергиев - тоже. Никакие театральные ухищрения не имели бы смысла, если бы не звучание "Валькирии". Партитура отливает драгоценными тембровыми сплавами, бурлит таинственными сплетениями голосов и сияет высями кульминаций. Ее течение сверхинтенсивно. На фоне минималистского сценического действия подспудный ток оркестровой драмы, направляемый Гергиевым, избыточен и роскошен. Своего рода синопсисом всего спектакля может служить сцена, открывающая третье действие. Стремительно отлетав главный вагнеровский хит в оркестре, неподвижные девы-воительницы являются на сцене. Валькирии в мужественных фраках поверх нежных балетно-белых платьев. Их вдвое больше, чем запланировал автор. Сверкающая и переливающаяся роскошными красками звуковая палитра хора волшебных дев заставляет трепетать самые черствые души. Мотив? Высший закон и долг.

В опере о воле и предопределенности, об устройстве мира и богоборческой природе человека Вагнер исследует любовь, ревность, отношения отцов и детей. В отличие от "Золота", где действуют сплошь русалки, нибелунги, великаны и боги, в "Валькирии", самой лиричной из опер тетралогии, Вагнера занимали люди. Драматургия представляет собой цепь дуэтов-поединков. Среди предзнаменований и волшебства, в эпицентре стихий, приводимых в движение божественной волей, и боги, и люди ведут себя по-человечески. И в Мариинке среди "супрематических" знаков разыгрывается романтическая драма чувств. Актерские возможности певцов в этом спектакле эксплуатируются более чем по максимуму. Голоса певцов обретали магнетизм, поразительный в этом не балующем кантиленами и чуждом вокальной эффектности стиле. Главное открытие "Валькирии" - Ольга Сергеева. Благородство и стать присущи как ее облику, так и мощному, словно созданному для вагнеровских героинь сопрано. Хрустальный голос Млады Худолей - Зиглинды - легко возносился над могучим оркестром. Владимир Ванеев - Вотан - героически выстоял во всех бесконечных сценах оперы, отдаваясь шекспировским страстям, терзающим его героя. Все они оказались достойными партнерами легендарного Пласидо Доминго, на закате своей карьеры сменившего амплуа средиземноморского любовника на суровые роли вагнеровских полубогов. Изумительная вокальная культура и краски истинно героического тенора сделали единственный спектакль с Зигмундом-Доминго незабываемым. И, совершенно очевидно, неповторимым: у премьерной "Валькирии" есть все шансы попасть в разряд легенд, что питают историю театра.

Санкт-Петербург