Не в коня корм?

Власти Вологодской области хоть и признают неэффективность дотаций сельскому хозяйству, но лучшего решения не видят

Депутаты вологодского законодательного собрания совместно с департаментом финансов обладминистрации решили отобрать у сельского хозяйства часть дотаций. Они вынуждены были пойти на такую экономию бюджетных средств из-за существенного сокращения поступления налогов от " Северстали" (падение спроса на металл привело к уменьшению заказов на главном кормильце области).

Первоначально расходы областного бюджета на поддержку сельского хозяйства в 2002 году планировались в размере около 750 млн рублей, или 11,5% от областного бюджета. Но скорее всего этих денег вологодские аграрии не увидят. Прокомментировать складывающуюся ситуацию в интервью для "Эксперта С-З" согласился начальник департамента сельского хозяйства и продовольствия администрации Вологодской области Леонид Фрыгин.

- Леонид Валентинович, а раньше село нормально финансировалось?

- Последние три-четыре года сельское хозяйство в регионе поддерживалось бюджетом области в достаточном количестве - 10-11% расходной части. В результате целенаправленной финансовой помощи удалось сохранить многие хозяйства, которые без нашей помощи наверняка бы погибли.

Сейчас на сессии принято решение снизить финансирование по двум важным программам: "Оздоровление экономики неплатежеспособных хозяйств" и "Развитие личных подсобных хозяйств". На мой взгляд, первое сокращение приведет к тому, что 130-150 хозяйств окажутся попросту нежизнеспособными.

- А зачем поддерживать нерентабельные хозяйства? Ведь наш бюджет, согласитесь, не благотворительный фонд, и средств не хватает даже на очевидно необходимые нужды...

- Во-первых, необходимо учитывать, что производство сельской продукции в Вологодской области убыточно в силу климатических условий. Так что нам нельзя равняться ни на Краснодар, ни на пресловутый Запад. Поэтому мы и пытаемся компенсировать селянам те затраты, которые не зависят от товаропроизводителя, в том числе из-за безудержного роста цен на энергоносители.

- Как известно, при царе государство вологодским крестьянам не помогало, а между тем наш край с избытком обеспечивал себя зерном и продовольствием. Да и при советской власти, каких-нибудь двадцать лет назад, в нашей области рожью засеивались площади в четыре раза больше, чем сейчас. То есть и при царе, и при плановой экономике вологодское зерно было востребовано...

- Черный хлеб из вологодской ржи всегда был некачественный. Но раньше не было конкуренции (ни при царе, ни при советской власти) и народ привык употреблять то, что есть. Сейчас, при свободных рыночных отношениях, все стали привередливыми. У хлебопеков появились новые технологии, и нашу некачественную рожь они стали добавлять в муку из твердых сортов пшеницы, растущей в других регионах. Так что вологодская рожь сегодня мало востребована. А раз за нее никто не платит, то зачем, спрашивается, ее в больших объемах выращивать?

В прошлом году рожью засеяли 22,5 тыс. гектаров. В следующем планируется увеличить объемы до 30 тыс. гектаров. Мы готовы покупать вологодскую рожь у хозяйств по цене 2,5 рубля за килограмм, но при одном непременном условии: она должна соответствовать ГОСТу. Но лично я сильно сомневаюсь, что большая часть ржи подойдет под установленную планку. Ведь ее качество помимо прочего сильно зависит от капризов погоды: будет светить солнце - рожь впишется в ГОСТ, пойдут дожди - вся работа насмарку. Ну и как, скажите на милость, тут можно что-то планировать?

Что касается других видов производства, то тут тоже все непросто. Хозяйства находятся в неравных условиях, например, в силу разной удаленности от центра. Сбытовая инфраструктура у нас развита плохо (как, впрочем, и везде в России), так что, например, в Вологодском районе молоко можно быстрее реализовать, чем в том же Никольском.

В отдаленных районах хозяйства заинтересованы сдавать молоко на переработку на молкомбинаты. А там из него делают либо сухое молоко, либо масло. Молкомбинатам это не очень выгодно, так как товар продается слишком медленно. И потому они тянут с оплатой за сырье - хозяйства получают деньги только через полгода, а то и через год. Раньше мы это учитывали: например, в Вологодском районе на литр молока мы давали 30 копеек дотаций, а в Никольском - 80 копеек. Понятно, что такая политика была невыгодна государству.

Нынче деньги, выделенные бюджетом на помощь сельскому хозяйству, распределяют под те программы, через которые можно получить больше продукции. Наша помощь заключается в индивидуальном стимулировании хозяйств в развитии, скажем, животноводства и растениеводства. Эту программу мы назвали оздоровлением экономики через инвестиции. Таким образом, в регионе удалось изменить сам подход к дотациям.

- А вам не кажется, что у нас в стране государственная помощь зачастую создает иждивенчество?

- Я бывал за границей и изучал сельское хозяйство в Финляндии, в Германии, Дании. И доложу вам, там государство тоже дотирует село. Правда, по-другому. Главная проблема там - перепроизводство. И именно с этим борется государство. Чтобы фермер не произвел больше, чем требуется, то есть не сбивал цену на рынке, он получает от государства дотацию. Потому что у тамошних фермеров по нашим понятиям просто идеальные условия для работы.

Иностранный фермер, имея превосходную технику, может в самые сжатые сроки заготовить корма и провести весенне-полевые работы. Далее, он имеет возможность взять в банке долгосрочный кредит под четыре процента годовых под залог земли. Кроме этого, в зарубежных странах фермер получает заказ от государства, которое гарантирует, что его продукция будет приобретена по достойной цене.

Надо признать, что российское сельское хозяйство живет в другой рыночной экономике. Если бы у наших фермеров была возможность получать кредиты на двадцать лет, то им никакую дотацию на производство просить бы не пришлось.

- А знаете, Леонид Васильевич, семь лет назад в Агропромбанке фермерам выдавался льготный кредит. Деньги потом, как говорится, днем с огнем найти не могли. Да и с должников взять оказалось нечего: земля - в собственности государства, а из дома не позволяет выселить Жилищный Кодекс...

- Действительно, в свое время вышел указ президента РФ о поддержке личных подсобных хозяйств. Но, к сожалению, тот эксперимент без долговременной финансовой поддержки не получил должной отдачи, так как через пять лет фермеров поставили в равные условия с крупными хозяйствами: те же банковские проценты, те же налоги...

Фермеры, кто хотел работать, и сегодня работают. Правда, статистика показывает, что они производят всего два процента продукции от общего объема. А это означает, что фермерство в зоне рискованного земледелия не приживается.

- Когда крестьянские хозяйства перестанут "выкачивать" из областного бюджета дотации?

- Сегодня себестоимость килограмма мяса с учетом дотаций колеблется в пределах 42-47 рублей. От дотаций отказаться, конечно, можно. Но тогда, чтобы не работать себе в убыток, сельхозпроизводители будут вынуждены увеличивать стоимость своей продукции. А это в конечном итоге приведет к увеличению цен, например, на колбасу, стоимость которой подскочит до двухсот рублей за килограмм. Скажите, наше население готово к этому или нет?

- Вологжане просто не будут покупать мясо и колбасу по высокой цене. Они же имеют возможность приобрести этот продукт у других организаций по более низким ценам. Может, так и надо - тогда наши аграрии будут просто вынуждены искать способ сокращения издержек, начнут искать инвестиции. В противном случае их продукция окажется невостребованной и они разорятся. А раз вы не даете им умереть, то у них нет стимула совершенствоваться, и они спокойно садятся на шею областному бюджету. И ноги свешивают...

- Вам, наверное, известно, что дотации - это рычаг, при помощи которого государство имеет возможность регулировать цены на продукты первой необходимости. Что будет, если этого рычага не будет, мы тоже знаем: нерентабельные хозяйства разорятся, селяне останутся без работы - а это уменьшение налогов и рост социального напряжения в обществе. К тому же наша область может потерять свою продовольственную независимость. И цены на хлеб и мясо будет устанавливать не департамент по сельскому хозяйству и продовольствию, а непредсказуемый рынок. Какова в таком случае роль государства? При помощи дотаций мы можем регулировать цены на продовольственном рынке, но этот рычаг, на мой взгляд, все же недостаточен. А депутаты даже этот рычаг у нас сегодня отобрали.

- Вам не кажется, что цену на продовольственном рынке надо сбивать не дотационным рычагом, а конкуренцией между сельхозпроизводителями?

- Конкуренция может быть по конечному продукту, между переработчиками, например, молочными комбинатами. Однако ее не может быть между вологодскими производителями сырья, поскольку они находятся в неравных условиях. Например, грязовецкий племзавод "Заря" имеет возможность производить литр молока по цене в полтора рубля, а усть-кубинское хозяйство "Бережное" - по четыре с половиной. Какая же здесь может быть конкуренция?

- А почему нет? Ведь начальные условия у них были одинаковые, а такая разница в себестоимости произошла, как мы знаем, потому, что директор "Зари" Полиевкт Подгорнов брал немалые кредиты, на которые закупал в Голландии племенных коров, не жалел денег на обучение специалистов за границей. И он сегодня может обойтись без дотаций и держать нормальную цену на молоко. Он сам создал свои конкурентные преимущества и заслуживает того, чтобы захватить рынок. А вы своими дотациями "Бережному" создаете недобросовестную конкуренцию и перегружаете казну...

- К сожалению, таких дальновидных руководителей, как Полиевкт Михайлович, в России единицы. Равняться на них, конечно, надо. Но взять таких специалистов негде. Отсюда и результат: сегодня без дотаций большинству наших хозяйств, увы, не выжить.

- Но в таком случае можно из нерентабельных хозяйств раздать коров по крестьянским избам, где и уход получше, и корма побольше.

- Мы предлагали селянам, но они не берут, говорят, хлопот много.

Вологда