Черная метка

Борьба с коррупцией в Петербурге имеет "политическую перспективу" - независимо от доказательств вины чиновников

Сегодня трудно найти регион, где не наблюдалась бы бурная деятельность правоохранительных органов по изобличению высокопоставленных чиновников местной администрации - налицо феномен, который трудно объяснить одним лишь случайным стечением обстоятельств. Не приходится говорить и о том, что кто-то вдруг вознамерился полностью искоренить коррупцию в отдельно взятом субъекте Федерации. Утопии, чудеса и прочие мистические явления явно не вписываются в формат новейшей общественно-политической реальности - прагматичной и беспощадной.

Тщетные попытки

Нынешняя череда "коррупционных" скандалов в значительной мере предсказуема. Не стал особым сюрпризом и выбор персонажей - жертв борьбы с коррупцией. Четверо вице-губернаторов (фигурантов уголовных дел) - это ключевые руководители, отвечавшие за важнейшие для Петербурга сферы управления. Недавно скончавшийся Валерий Малышев многие годы курировал городское хозяйство, строительство, транспорт, топливо, спорт, именно его многие наблюдатели называли наиболее вероятным преемником нынешнего губернатора Санкт-Петербурга. Александр Потехин, возглавляя комитет по печати и связям с общественностью, формировал идеологию администрации, пропагандировал "большую работу", де-факто "рулил" всей выборной деятельностью Смольного. Председатель комитета по здравоохранению Анатолий Каган - в городе, где половину взрослого населения составляют пенсионеры и инвалиды - был обречен олицетворять собой "социальную ориентированность" политики Владимира Яковлева. Наконец, глава комитета финансов Виктор Кротов в ответе за святую святых города - за его бюджет, за то, как, в конечном счете, губернатор распоряжается казенными деньгами. И все эти деятели ранее уже неоднократно оказывались вовлеченными в различные скандалы, упоминались в контексте проверок Контрольно-счетной палаты (КСП), вызывали претензии у депутатов ЗакСа.

Эпоха скандалов

Эпоха Яковлева (не в пример эпохе Анатолия Собчака) вообще богата на скандалы, в которых стиралась зыбкая грань между политикой и криминалом. Например, бывшие первый вице-губернатор Вячеслав Щербаков и председатель комитета по здравоохранению Александр Редько публично выясняли, кто из них в действительности ворует деньги на бюджетных закупках медикаментов через "свои" фирмы. "Стрелочника" так и не нашли, а сами факты многократного завышения закупочных цен на лекарства, выявленные КСП, благополучно замяли.

На этом фоне с подачи КСП звучали разоблачения злоупотреблений руководителя местного Фонда обязательного медицинского страхования, сопровождавшиеся заказными убийствами и избиениями депутатов ЗакСа. С большим трудом Смольному удалось замять вскрытые КСП факты нецелевого использования средств Территориального дорожного фонда (15 млрд неденоминированных рублей) в 1998 году, когда комитетом по благоустройству и дорожному хозяйству руководил Александр Евстрахин под надежным покровительством Малышева. Помощник председателя комитета экономики и промышленной политики (КЭПП) Вениамин Грабар, попытавшийся устроить в Петербурге передел алкогольного рынка (под предлогом вытеснения из него нелегальной продукции и "серых" производителей-продавцов), был обвинен в получении взятки.

Впрочем, не прошло и двух лет, как дело Грабара развалилось в суде - хотя бы по причине его абсурдности, ибо чиновника, который ранее возглавлял одну из крупнейших компаний, действующих на местном алкогольном рынке, вряд ли могло соблазнить получение каких-то 10 тыс. долларов от весьма крупной фирмы - неизменного конкурента! Так и не дошло до суда дело председателя комитета по потребительскому рынку Николая Луговского, которому в 1999 году было предъявлено обвинение в получении взяток и превышении служебных полномочий. Правда, в поле зрения правоохранительных органов тогда угодил вице-губернатор и начальник губернаторской канцелярии Виктор Яцуба, однако он успел вовремя заболеть, а затем уйти на другую работу. Ничем не завершилось и знаменитое дело подставной фирмы ВМЦ, через которую финансировался учредительный съезд движения "Вся Россия" - как считалось, при непосредственном участии Малышева.

Однако ситуация изменилась два года назад, с появлением нового уровня "вертикали власти" - полпредств. В Петербурге деятельность президентского наместничества, вопреки ожиданиям оптимистов, не ограничилась триумфальным освоением Дворца бракосочетаний. Как свидетельствует практика, "окружные" структуры действительно оказались независимыми - по крайней мере от влияния Смольного. И триумфальное переизбрание в мае 2000 года Яковлева, которое, казалось, было с пониманием встречено Президентом Путиным, спустя два года все больше напоминает пиррову победу.

В конце прошлого года зам. генпрокурора по Северо-Западному округу Владимир Зубрин публично предложил губернатору Яковлеву озаботиться "зачисткой" собственного окружения - во избежание дальнейшего расширения перечня "коррупционных" дел. Впрочем, учитывая вполне определенную общественную репутацию российской правоохранительной системы, логично попытаться представить все "смольнинские" дела как всего лишь "политические заказы" (что и было сделано).

Невнятные перспективы

Сегодняшняя работа правоохранительных органов по наведению порядка в широких массах смольнинских чиновников заставляет экспертов ожидать результатов "зачистки" без оптимизма. Разумеется, говорить о судебной перспективе тех или иных обвинений и соответственно о качестве работы следствия можно будет только после того, как дела дойдут до суда. Рано или поздно это должно произойти, другой вопрос - в каком объеме сохранятся к этому моменту выдвигаемые обвинения и не развалятся ли они при ближайшем рассмотрении.

В этой связи модельным может считаться "дело Малышева", которое в 2001 году возбудило Управление Генпрокуратуры в Северо-Западном округе (и, по признанию его представителей, будет продолжено после смерти Валерия Ивановича). Выдвигавшиеся против Малышева обвинения звучали грозно - получение взятки и "злоупотребление служебными полномочиями". Однако, когда речь заходила о конкретных фактах, складывалось ощущение: вменяемые эпизоды слишком уж не соответствуют масштабам фигуры Малышева и его многогранной хозяйственной деятельности. Ведь Малышев на протяжении длительного времени считался правой рукой губернатора Яковлева, занимался "разруливанием" деликатных вопросов...

Каково же было удивление публики, когда обнаружилось, что факты, заинтересовавшие следователей, не первой свежести, да и не слишком впечатляющие. В частности, по версии следствия, якобы получение Малышевым взяток в виде кредитов в ЭКСИ-банке, телефона Nokia-2110, а также подаренной президентом банка Прасковьей Копаневой финской мебели (2 дивана, 2 журнальных столика, 3 шкафа-купе) - плата за услуги, которые Малышев оказывал еще в середине 90-х годов, возглавляя Заявочный комитет по проведению Олимпиады. Предъявлялось обвинение в неуплате налогов за 1998 год, которое, впрочем, было снято после обращения Малышева с иском к УМНС по Санкт-Петербургу. По мнению экспертов, обвинению было бы очень сложно доказать, что допотопная трубка и журнальные столики - именно взятки. Полученные кредиты Малышев в итоге возвратил; коммерческий банк вправе сам решать, предоставлять ли беспроцентные ссуды или устанавливать по ним льготную ставку; наконец, почему бы Прасковье Копаневой не сделать подарок ко дню рождения человеку, с которым ее связывает многолетняя дружба?! Увы, российская реальность такова, что бизнес, работа чиновников и личные отношения зачастую переплетены между собой. И, наверное, было бы трудно установить, в какой степени бескорыстная дружба с главой ЭКСИ-банка подкреплялась тем, что в банке размещались счета Заявочного комитета, что взятые в этом банке кредиты возвращались в первую очередь, что коммерческие структуры брата и сына Малышева держали свои счета именно в банке Копаневой.

Слухи, что Малышев может стать объектом пристального интереса правоохранительных органов, сопровождали его энергичную деятельность все последние годы. Однако вопреки ожиданиям в материалах уголовного дела не нашла отражения работа Валерия Ивановича на более значительных участках городского хозяйства, при реализации всевозможных "проектов века". Вице-губернатор курировал деятельность комитета по благоустройству и дорожному хозяйству - по слухам, влияя на распределение подрядов стоимостью в десятки и сотни миллионов рублей, строил Ушаковскую развязку, Ледовый дворец, начинал прокладывать КАД и т. д. Наконец, несмотря на имеющиеся акты КРУ Минфина, свидетельствующие о нецелевом использовании нескольких миллионов долларов Заявочным комитетом в 1997 году, прокуратура к работе Малышева на этой ниве претензий не предъявляла.

Делу время, Потехину час

Схожие странности просматриваются и на примере других громких "коррупционных" дел.

Обвинение в незаконной предпринимательской деятельности бывшего председателя комитета по печати и связям с общественностью Александра Потехина тоже производит впечатление дежа вю. Еще осенью 2000 года возникло так называемое дело социологов, по которому был арестован руководитель городского Центра развития общественных связей Евгений Красницкий и начальник управления по связям с общественностью администрации Дмитрий Солонников, а затем и Потехина из свидетеля перевели в разряд подследственных. По имеющейся информации, речь идет о махинациях со средствами, которые выделялись в 1998 году на социологические исследования. Кроме того, обвинения против Потехина основываются на том, что он якобы был учредителем упомянутого центра и сам или через доверенных лиц участвовал в предпринимательской деятельности. Доказать, что это было именно так, будет нелегко. Неудивительно, что и сам Потехин смотрит на перспективы дела с оптимизмом. Складывается впечатление, что этот эпизод - единственная ниточка, потянуть за которую решилось следствие. По распространенному в среде питерской элиты мнению, Потехин в течение всех лет работы в Смольном был едва ли не самым осторожным и щепетильным в "материалистических" вопросах чиновником такого уровня. Еще бы - ведь Потехин, как один из ближайших соратников Яковлева, просто не мог не представлять интереса для правоохранительных органов на тот случай, если будет объявлен "сезон охоты".

По сходному "ретроспективному" сценарию разворачивается и дело в отношении главного медика города Анатолия Кагана. Предъявлению обвинения (по статье "Халатность, повлекшая тяжкие последствия") предшествовало обнародование еще в прошлом году результатов проверки КСП. "Инсулиновый скандал", бушевавший уже длительное время, оказался увязан с деятельностью Кагана. Впрочем, похоже, перечень обвинений "инсулиновой темой" и исчерпывается. Судя по всему, прокуратурой востребованы установленные ревизорами КСП факты искусственного завышения комитетом расходов на приобретение лекарств для льготников: в 2000 году цена на закупаемый у ЗАО "Кови-Фарм"инсулин была завышена в 2,6 раза, из-за чего город потерял 5,8 млн бюджетных рублей. Насколько прочной окажется доказательная база обвинения - покажет время и судебное разбирательство. Но очевидно другое: ситуация с инсулином - лишь один из многих тысяч случаев закупки городом товаров, работ и услуг.

Где деньги лежат?

Превращение председателя КФ Виктора Кротова в фигуранта уголовного дела также не оказалось неожиданным. Начиная с прошлого года КФ усердно проверялся УБЭП ГУВД и КСП. Но и через месяц после объявления представителями окружной прокуратуры о возбуждении дела против Кротова обвинение ему не предъявлено. По неофициальной информации, у самих следователей пока нет полной ясности, какие эпизоды могут быть "наверняка" вменены председателю КФ, в отношении которого дело возбуждено по статье "Злоупотребление должностными полномочиями". Судя по всему, основной акцент будет сделан на факты из служебных будней Кротова прошлых лет, которые, кстати, еще года полтора назад были обнародованы на «черно-пиаровском» сайте www. krotov net.

В частности, по некоторым данным, в 7-томном деле фигурируют операции по выкупу городом евробондов с участием близких к администрации коммерческих структур, которые якобы успешно сыграли на росте курса бумаг (облигации скупались по цене 20-30 центов за доллар и продавались городу по 85-95 центов). Упоминается подписание Кротовым в 1997 году договора поручительства по коммерческому кредиту в 2 млн долларов, оформленному ненадлежащим образом, причем в пользу близкой к администрации структуре. Особое внимание уделяется кредитам, которые КФ брал в банках - по версии следствия, на невыгодных для города условиях, по ставкам, значительно превышающим ставку рефинансирования ЦБ. В этих же банках выдавались кредиты физическим и юридическим лицам, в чем следствие надеется усмотреть признаки "взяток". Что же касается обвинений в адрес руководства КФ, озвучивавшихся председателем КСП Дмитрием Бурениным в преддверии возбуждения дела, они, судя по всему, не играли решающей роли. Хотя, безусловно, заслуживают внимания вскрытые проверкой КСП факты "пропажи" 1,2 млрд руб. из Территориального дорожного фонда, предоставление поручительства под кредит ОАО "Ледовый дворец" (870 млн руб.), который не был возвращен, и т. д.

Впрочем, по мнению экспертов, нереально вменить в вину председателю КФ то, что город держит счета бюджета в коммерческих банках, а не в ГУ ЦБ. Как отмечает председатель бюджетно-финансового комитета ЗакСа Сергей Никешин, "на сегодня еще ни один субъект Федерации в России не разместил счета своего бюджета в ЦБ, и никому это не ставится в вину. Почему-то не предъявлялись такие претензии и Игорю Артемьеву, два с половиной года возглавлявшему КФ, несмотря на то что тогда закон уже четко говорил, что все счета должны быть в ГУ ЦБ".

Кто следующий?

Вряд ли стоит ожидать, что активность правоохранительных органов в обозримой перспективе пойдет на спад. (Хотя губернатор, конечно, пытается решить проблему административным путем - говорят, за несколько дней до смерти Малышева Яковлев, встречаясь в Москве с Президентом, жаловался на пристрастное отношение окружной прокуратуры к чиновникам Смольного, на попытки парализовать работу администрации "заказными" делами и т. п.)

Среди потенциальных кандидатов в подследственные упоминают, в числе прочих, вице-губернатора Александра Смирнова, курирующего ЖКХ, дорожное строительство и благоустройство, энергетику. Выявленные КРУ КФ факты нецелевого расходования средств, выделявшихся в 2001 году в рамках Программы поддержки малого предпринимательства , могут быть поставлены в вину председателю комитета экономического развития, промышленной политики и торговли Сергею Ветлугину. Хотя в значительной мере это является "наследием прошлого", доставшимся Ветлугину от расформированного КЭПП - вместе с курирующими малый бизнес недостаточно профессиональными чиновниками среднего звена, действовавшими во времена Анатолия Алексашина, по распространенному мнению, под диктовку "менеджеров" одной из питерских ОПГ.

Наконец, привлекательной для правоохранительных органов может оказаться фигура вице-губернатора, руководителя канцелярии губернатора Юрия Антонова. Изначально считавшийся ставленником и лоббистом ПТК и соответствующего бизнес-сообщества, Антонов в течение последних лет был одним из наиболее близких и доверенных соратников Яковлева. Он курировал топливно-энергетический комплекс города (в том числе пресловутый ГУП "ТЭК СПб"), транспортное хозяйство, претендовал на координацию всей инвестиционной деятельности в Петербурге. По мнению наблюдателей, Антонов пытался играть роль вероятного преемника Яковлева. Одновременно он хотел заручиться поддержкой влиятельных деятелей из числа "московских петербуржцев" и рассчитывал в "час Х" выступить в качестве консолидирующей фигуры. Стремясь везде быть "своим среди своих", Антонов чрезвычайно усилил свои позиции в Смольном. Однако, как показывает опыт, фортуна бывает переменчива. И никто не может исключать, что Антонов в конечном счете окажется не преемником Яковлева, а весьма колоритной фигурой, выбранной, напротив, для дискредитации губернатора. По словам знающих людей, на случай такого развития событий недостатка в фактуре не будет.

Второе рождение "криминальной столицы"

Конечно, благодаря деятельности правоохранительных органов, находящихся под контролем полпреда Виктора Черкесова, нечистым на руку чиновникам (а безгрешных среди них, наверное, и не сыскать) придется повысить бдительность, дополнительно маскировать свою противозаконную деятельность. Впрочем, всем понятно, что качественно ситуация не изменится до тех пор, пока работа чиновников не окажется заключена в жесткие правовые рамки, пока не будет обеспечена ее полная прозрачность и одновременно сведено к минимуму участие госслужащих в экономической жизни.

Объективно в ситуации с "коррупционными" разоблачениями ведомство Виктора Черкесова просто не вправе оставаться "над схваткой". Учитывая неопределенность функций полпредств, отсутствие у них рычагов реального экономического влияния на процессы в поднадзорных регионах, едва ли не единственным перспективным направлением работы оказывается координация деятельности правоохранительных органов. Борьба с коррупцией и оргпреступностью - действительно важная и актуальная функция, и, возможно, окружные структуры могут выполнить ее эффективнее, чем их коллеги городского уровня, в большей степени подверженные давлению местного начальства.

Помимо этого для структур полпредства крайне заманчиво доказать целесообразность собственного существования с помощью удачной борьбы с коррупцией. Тем более что для Северо-Западных наместников Президента это едва ли не единственная возможность достойно отличиться. Ведь, к счастью, в нашем регионе не приходится заниматься проблемами, которые обременяют полпредов на Кавказе или Дальнем Востоке. Кроме того, не вызывает сомнений, что Президент Путин не испытывает симпатий к губернатору Яковлеву и его окружению. По слухам, замглавы администрации Президента Дмитрий Козак, неформально считающийся куратором "петербургской ситуации", проводит со своими коллегами по администрации и силовиками специальные совещания, обсуждая пути ослабления позиций Яковлева с помощью форсируемых правоохранительными органами "коррупционных" дел и шумихи вокруг них. Соответственно и для полпредства, и для правоохранительных структур Северо-Западного округа вряд ли можно придумать более эффектный показатель работы, чем выявление злоупотреблений в деятельности руководителей питерской администрации.

Учитывая все это, неудивительна наметившаяся тенденция: ключевую роль в появлении на свет уголовных дел с участием высокопоставленных смольнинских чиновников играет именно управление Генпрокуратуры по Северо-Западному округу. Несмотря на ограниченный кадровый потенциал, окружная прокуратура стремится сохранять за собой монополию на эти дела - подчас в ущерб качеству проводимых оперативно-следственных действий и доказательной базы, которая может лечь в основу предъявляемых обвинений. Так, в оперативную работу по громким делам, по имеющейся информации, практически не вовлечено УФСБ по Санкт-Петербургу и Ленобласти.

Несмотря на очевидную неопределенность судебной перспективы по имеющимся сейчас "коррупционным" делам, политические последствия для Смольного вполне очевидны. Помимо того, что "выбиваются" ключевые фигуры из окружения губернатора (в том числе контролирующие финансовые потоки), на него самого бросается тень, в невыигрышном свете представляется вся проводимая администрацией политика, что, похоже, и может оказаться главным результатом всей нынешней кампании "Чистые руки". Что же касается проблемы коррупции, то ее вряд ли способна кардинально решить подобная "зачистка", выглядящая как своеобразная подготовка к 300-летию города.