Слово вместо дела

У наших правителей появилась интересная склонность: чем дальше, тем больше их тянет в публицистику. Может быть, исполнять свои прямые обязанности им стало совсем уж невмоготу? На разного рода форумах и заседаниях руководители страны, вместо того чтобы информировать общественность о предпринимаемых мерах и результатах этих мер, с журналистским пафосом объясняют слушателям недостатки существующего порядка вещей и что надо бы сделать, чтобы их преодолеть.

Так, на проходившем недавно в Петербурге VI Экономическом форуме премьер Михаил Касьянов произнес пламенную речь по поводу того, что "улучшению инвестиционного климата в стране мешают административное давление и давление правоохранительных органов". О том, что делает правительство, чтобы такое давление устранить и каковы успехи этой благородной деятельности, Касьянов предпочел умолчать.

Впрочем, морализаторская интонация была задана еще в послании Президента Путина Федеральному cобранию. В нем содержалась не столько информация о конкретных планах власти (не говоря уж о методах реализации этих планов - их практически нет вообще), сколько общие рассуждения о том, почему мы так плохо живем и к чему нужно стремиться, чтобы наша жизнь стала лучше. Так, россиян убеждают, что "бюджетная политика должна способствовать росту деловой активности, проведению структурных преобразований, обеспечению социальной стабильности". Однако о средствах, с помощью которых власть намерена решать эту задачу, не было сказано ничего - лишь расплывчатые пожелания, типа "в целях стимулирования легализации заработной платы нужно продолжить совершенствование механизма регрессии при уплате социального налога".

Словом, властям предержащим явно полюбилось амплуа публицистов, и они все больше склоняются к этому виду трудовой деятельности. Оно бы и ничего, только кто же будет исполнять функции правительства и президента, то есть реализовывать благие пожелания? Осмыслить новое увлечение российской власти можно, применив два подхода: культурно-философский и цинично-прагматичный.

Первый подход дает красивое объяснение с позиций традиционной русской культуры. Еще в конце ХIХ века наши религиозные философы подметили логоцентричность русского сознания, нередко отождествляющего слово и дело. Впрочем, уже в те времена находились зловредные люди, низводившие эту красивую традицию до уровня пустопорожней болтовни. Если встать на их позицию, то для объяснения новейшего начальственного увлечения придется исходить из соображений второго типа.

Цинично-прагматичная логика подсказывает, что наши правители потому погрязли в публицистических речах, что сказать о своей работе на руководящих постах им попросту нечего, ибо сделать они для улучшения нашей жизни ничего существенного не могут. Судя по оговоркам отдельных чиновников, такое предположение недалеко от истины. Невероятную по нынешним временам строптивость Михаила Касьянова, осмелившегося вступить хотя бы и в скрытую, но полемику с Президентом и публично утверждать, что требование прорыва в экономике чревато политической ошибкой, следует объяснить только одним: правительство не может обеспечить даже умеренный рост. Какой уж тут прорыв?! Не до амбициозности нынче - исполнить бы хоть те скромные планы, которые оно само себе нарисовало.

Когда люди, призванные действовать, говорят, что надо бы достичь такого-то результата, и не упоминают, какими именно способами намерены этого добиться, нам следует понимать, что они не способны сделать в этом направлении ничего серьезного. А красивые слова произносят для того, чтобы мы понимали, что они "хотят хорошего", и любили их за это. И тут второе объяснение смыкается с первым. А вдруг россияне, надеется правительство, в духе национальной культурной традиции, перепутают слово с делом и, удовольствовавшись первым, не станут требовать второго?

Между тем массовое сознание россиян, за пятнадцать реформаторских лет пресыщенных не только благими пожеланиями правителей, но и неисполненными обещаниями, заметно излечивается от логоцентричности. Дошло до того, что даже Анатолию Чубайсу, считающемуся одним из наиболее успешных российских менеджеров, уже не прощают расплывчатых формулировок. На VI Петербургском экономическом форуме его изрядно помучали требованиями дать конкретные обязательства в рамках проводимой им реформы РАО "ЕЭС России". "То есть мы можем считать, что реформы не удались, если частные инвестиции не пошли в энергетику и если тарифы повышаются? Тогда реформы мы признаем неудачными. Так?" - ставил вопрос ребром один из присутствовавших на форуме.

Слова "нужно", "следует", "должно быть" исполнительная власть просто не имеет права употреблять - это лексикон советников и публицистов. Опять превратить нас в "страну советов" властям уже не удастся. А если нынешнее правительство ни на что другое не способно, то оно должно освободить место тем, кто по крайней мере будет давать конкретные обязательства, за исполнение которых общество может потом спросить.