Пора остудиться

Экономика Латвии, Эстонии и Литвы достигла «перегрева». Высокая инфляция, дефицит торгового баланса и необузданный внутренний спрос вынуждают правительства стран Балтии принимать меры, ограничивающие экономический рост

На прошлой неделе Центральное статистическое управление Латвии опубликовало свежие данные о состоянии экономики страны. Инфляция по итогам августа впервые за десятилетие стала двузначной – 10,1% в годовом исчислении, а отрицательное сальдо торгового баланса только за июль выросло на 20% (за год – на 56%) и достигло небывалой величины – 550 млн евро (20% ВВП).

Похожие тенденции наблюдаются и в экономиках соседних с Латвией стран – Эстонии и Литвы, с той лишь разницей, что показатели инфляции и дефицита торгового баланса в этих двух государствах пока не столь велики. Например, в Эстонии по итогам августа инфляция составила 5,7% в годовом исчислении, в Литве – 5,5%. Такие темпы роста цен для России кажутся скромными и даже почти недостижимыми, но они гораздо выше, чем были в этих странах год-два назад, и более чем вдвое превосходят средние по Евросоюзу. Аналитики начали спор: это уже тот самый «перегрев» экономики, который был обещан странам Балтии международными финансовыми институтами, или еще нет? Тенденции последних месяцев позволяют утверждать, что скорее да, чем нет.

Разговоры о симптомах «перегрева» экономик стран Балтии ведутся с 2005 года. Правда, поначалу они носили академический характер – ученые мужи и аналитики предупреждали свои правительства, что «тигриный» экономический рост, продолжающийся много лет, не пройдет бесследно. Действительно, в прошлом году ВВП Латвии вырос на 12%, а в первом полугодии нынешнего – на 11,1%. Министерство экономики страны прогнозирует, что по итогам года прирост ВВП составит 9,5%, но в Латвии уже привыкли, что Минэкономики осторожничает и опирается на пессимистические оценки.

Здоров ли тигр?

 pic_text1
По официальным данным, экономика Латвии в первом полугодии выросла на 11,1%, Литвы – на 8%, Эстонии – на 7,6%

По официальным данным, экономика Эстонии в январе-июне выросла на 7,6%, Литвы – на 8%. Для Евросоюза это сумасшедшие темпы роста: Еврокомиссия опубликовала на днях доклад, из которого следует, что в целом по ЕС увеличение ВВП к концу года составит 2,8%. Казалось бы, в Еврокомиссии должны быть довольны, что восточноевропейские члены ЕС активно наверстывают упущенное. Ведь, скажем, Эстония при всем своем безудержном экономическом росте по размеру ВВП только-только начинает догонять себя саму образца 1989 года. Но в Брюсселе и в международных финансовых институтах смотрят на «тигриный» рост экономики балтийских стран с другой точки зрения – а не слишком ли у тигра поднялась температура и не пора ли его лечить?

Такой подход вполне оправдан и связан, конечно, не с экономическим ростом самим по себе, а с его структурой. Не секрет, что в увеличение российского ВВП огромный вклад (не менее половины) вносят доходы от продажи углеводородов – нефти и газа. Страны Балтии таким богатством не располагают, и оттого вдвойне любопытно понять, за счет чего так бурно растут их экономики.

Еще в январе Всемирный банк опубликовал доклад, где главной проблемой новых восточноевропейских членов ЕС, в особенности стран Балтии, назвал грядущий «перегрев» экономики. В документе говорилось, что признаками «перегрева» являются, в частности, инфляция и резкий рост внутреннего потребления, который подстегивает импорт. Из-за этого возник существенный внешнеторговый дефицит, в прошлом году он достиг 15% ВВП в Латвии, 11% – в Эстонии и 9% – в Литве. По оценке экспертов ВБ, один из признаков «перегревающейся» экономики – ценовые «пузыри» на рынке недвижимости. ВБ предупредил правительства балтийских стран, что даже сохранение (и не дай бог дальнейший рост) внутреннего спроса чревато выходом экономики из-под контроля: исчезнет доверие к финансовым институтам, банки изымут деньги из оборота, на рынке недвижимости произойдет внезапная коррекция цен, и экономический рост закончится.

О евро уже забыли

Итак, проблема номер один – высокая инфляция. Из-за нее Литва и Эстония не смогли получить добро Еврокомиссии на вступление с 2007 года в зону евро (см. «Трехлетняя передышка», «Эксперт С-З» №48 от 25 декабря 2006 года). Латвия, где инфляция уже не первый год является рекордной в ЕС, собиралась заменить лат на евро лишь в 2010 году, но теперь это нереальный срок даже для Литвы и Эстонии, куда более успешных. По крайней мере, президент Банка Эстонии Андрес Липсток признал на днях, что введение общеевропейской валюты придется отложить как минимум до 2011 года.

Вступление в еврозону, конечно, не является для балтийских государств самоцелью. В конце концов, лат, лит и эстонская крона давно привязаны к евро и стабильности этих валют вроде бы ничто не угрожает. Но даже без привязки к дате вступления в еврозону высокая инфляция – серьезная головная боль правительств стран Балтии.

На инфляцию в Латвии, Эстонии и Литве влияют как внешние факторы, так и внутренние. Внешних два – с Запада и Востока. Западные факторы – это директивы Еврокомиссии о необходимости доведения акцизов до среднего по ЕС уровня (это касается в первую очередь табака и бензина). Главный восточный фактор – цена энергоносителей, поставляемых Россией. Например, сейчас «Газпром» начинает новые переговоры с балтийскими странами о ценах на «голубое топливо» в 2008 году, и, как опасаются в Риге, Таллине и Вильнюсе, они могут вырасти на 30-40%. И западный, и восточный внешние факторы, разумеется, вносят свой вклад в разгон инфляции. Но списывать все только на них нельзя.

Комментируя августовские показатели инфляции, Департамент статистики Эстонии отметил, что административно регулируемые цены выросли за год на 3,4%, а цены, не подлежащие госрегулированию, – на 6,5%. Причем больше всего возросли жилищно-коммунальные расходы (на 16,6%), цена услуг (11%) и стоимость пищевых продуктов (5,7%). Подобные тенденции наблюдаются и в других странах Балтии. Значит, дело не только в растущей цене на сигареты и газ, есть чисто внутренние причины.

Зарплаты растут, производительность падает

 pic_text2

И эти причины связаны с проблемой номер два, обозначенной в докладе ВБ, – бурно растущим внутренним потреблением. Оно вызвано значительным увеличением доходов населения и доступностью банковских кредитов.

Во втором квартале нынешнего года в Латвии население потратило на 18,4% больше, чем за те же три месяца прошлого года. А средняя зарплата после налогообложения в стране по состоянию на 1 июля «потяжелела» за год на 33,7% и достигла 397 евро. При этом в госсекторе зарплата росла еще быстрее (36,6%) и на 1 июля составила 468 евро. А вот данные из соседней Литвы. Департамент статистики этой страны подсчитал, что затраты работодателей (за исключением индивидуальных предпринимателей) на час работы с 1 июля прошлого года по 1 июля нынешнего возросли на 20,1%. Цифра не столь головокружительная, как в Латвии, но тоже впечатляет.

Одна из главных причин стремительного роста зарплат – растущий дефицит на рынке труда. От нехватки специалистов начинают задыхаться уже целые отрасли, например строительная. На интернет-ярмарке труда, состоявшейся недавно в Литве, работодатели предлагали сварщикам работу за 1,7-2 тыс. евро в месяц, плиточникам и каменщикам – за 2-2,3 тыс. Рост зарплат, особенно если речь идет о квалифицированных специалистах, вызван продолжающейся миграцией населения в страны ЕС с более высоким уровнем жизни. Этот процесс начался еще в 2004 году, после вступления Латвии, Эстонии и Литвы в ЕС, и остановить его пока не удается. Напротив, если поначалу выходцы из Балтии уезжали только в Ирландию, то с каждым годом список «открывающихся» рынков расширяется.

В такой ситуации у властей появляется соблазн стимулировать замещение выпадающих кадров гастарбайтерами, но правительства стран Балтии решиться на это пока не могут. У них перед глазами опыт стран Западной Европы, которые после открытия границ подверглись «колонизации» со стороны рабочих из государств – новичков ЕС. Поэтому, к примеру, литовские миграционные законы в отношении въезда граждан из третьих стран (то есть не входящих в ЕС) очень строги, а процедуры крайне бюрократизированы.

Аналитик Danske Bank Ларс Христенсен, возглавивший крупное макроэкономическое исследование стран Новой Европы, считает, что рост зарплат сам по себе не опасен, но в странах Балтии он сочетается со снижением темпов роста производительности труда. В Литве с середины 2003 года, когда годовой рост производительности достиг 15%, идет непрерывный спад. В прошлом году произошло замедление темпов роста, а затем падение: по сравнению с 2005 годом производительность снизилась на 2,5%. И это при том, что темпы роста оплаты труда непрерывно повышаются – с 2,5% в 2003 году до нынешних 20%.

Слишком много ипотеки

Другой локомотив роста потребления – доступность банковских кредитов. По данным рейтингового агентства Fitch, рост кредитования частного сектора в прошлом году во всех трех странах Балтии превышал 50%.

По словам начальника отдела финансовой стабильности Банка Литвы Миндаугаса Лейки, на 1 апреля 2007 года совокупный кредитный портфель банков страны по займам физическим лицам достиг 5,1 млрд евро, из которых 3,4 млрд приходится на жилищные ссуды. Иначе говоря, каждый трудоспособный литовец занял у банков в среднем 3,2 тыс. евро. В России, где много говорят о буме потребительского кредитования, эта цифра пока существенно ниже – около 34,5 тыс. рублей, или 980 евро (по данным ЦБ РФ на 1 июля).

В отличие от России, в балтийских странах ипотека давно уже не что-то эфемерное, а вполне развитый сегмент кредитования. Причем после американского ипотечного кризиса все активнее раздаются голоса, что даже чересчур развитый. В балтийских государствах ставки по кредитам, как правило, нефиксированные, они привязаны к индексам межбанковского кредитования (местным аналогам европейского индекса LIBOR), и чтобы снизить привлекательность кредитования, балтийские центробанки стимулировали рост межбанковских ставок. Скажем, Банк Литвы в августе поднял VILIBOR чуть ли не на два процентных пункта – с 3,9 до 5,68% (это рекорд начиная с сентября 2001 года). В результате ставки по ипотечным кредитам в Литве выросли до 7-8% годовых против 4,6% в середине 2003 года.

Неопределенность дальнейших перспектив ипотеки подогревается тем, что банковская система балтийских стран почти полностью контролируется западными финансовыми холдингами (в первую очередь – скандинавскими). По данным Комиссии по рынку финансов и капитала Латвии, на начало 2007 года 68,8% оплаченного уставного капитала банков страны приходилось на нерезидентов, да и оставшиеся 31,2% распределены в основном по миноритарным пакетам.

С одной стороны, финансовая мощь материнских скандинавских банков может помочь балтийским «дочкам», в случае если невозвраты кредитов станут массовыми. Но нет никаких гарантий, что финансовые холдинги Северной Европы не предпочтут вообще покинуть этот рынок. «Пока скандинавы будут давать деньги и закачивать их в нашу экономику, она будет расти. Если же они засомневаются и решат, что можно найти более прибыльный рынок, в ней начнется стагнация. Такова логика бизнеса», – рассуждает Миндаугас Лейка.

Жилищный «пузырь» стал сдуваться

 pic_text3

Бурное развитие ипотеки имеет и еще одно негативное последствие – резкий рост цен на недвижимость (20-30% в год). Этот рост сохранялся до середины нынешнего года, несмотря на то что в Литве, например, в 2006 году было построено в три раза больше жилья, чем в 2000-м. Более того, многие аналитики стали называть строительный сектор основным двигателем экономического роста.

Но неблагоприятная внешняя конъюнктура, спровоцированная американским ипотечным кризисом, и предпринятые властями меры по снижению привлекательности жилищного кредитования сделали свое дело и сейчас бум на рынках недвижимости стран Балтии сходит на нет. Более того, появляются подозрения, что бум сменится спадом, который может оказаться долгим и тяжелым. Из трех балтийских столиц нет снижения цен на жилье пока лишь в Вильнюсе. В Таллине и Риге стоимость недвижимости с начала года снизилась примерно на 5-10%. «Можно спорить о том, существует ли в Балтии „пузырь“ недвижимости, но у нас нет сомнений, что рост цен на недвижимость был чрезмерным, поэтому ожидается дальнейшее их падение», – уверен Ларс Христенсен.

Динамика цен на перегретом рынке недвижимости – это палка о двух концах. Резкое снижение стоимости жилья может оказаться хуже стремительного роста, ведь в этом случае падает цена залога и начинает ухудшаться качество кредитных портфелей банков. Аналитики шведской банковской группы SEB считают, что ситуация не выйдет из-под контроля, если темпы роста кредитной активности в странах Балтии снизятся до 35% в 2008 году и до 25% в 2009-м.

От взлета – к мягкому приземлению

Итак, правительства Латвии, Литвы и Эстонии уже пожертвовали частью экономического роста для ликвидации «пузыря» на строительном рынке. Это несколько снизит потребительский спрос, разгоняющий инфляцию. Другие антиинфляционные меры в основном сводятся к ужесточению государственной фискальной политики.

Андрес Липсток пообещал на днях, что Банк Эстонии приложит все силы, чтобы убедить правительство направить бюджетный профицит этого года в резервы, а в бюджете следующего года заложить профицит на уровне 2% от ВВП. Эстония, таким образом, начинает создавать, пользуясь терминологией российских властей, свой стабилизационный мини-фонд, чтобы стерилизовать денежную массу. По словам Андреса Липстока, эстонская экономика из периода стремительного взлета переходит в состояние мягкого приземления, в котором будет пребывать по крайней мере еще два года.

В Латвии вообще принят серьезный антиинфляционный пакет законов: сделки с недвижимостью обременены подоходным налогом, кредитование на сумму свыше 17 тыс. евро – требованием обязательного 10-процентного первоначального взноса и предоставлением справки об официальных доходах и т.п. Эти меры стали действовать с 1 июля, и результата пока нет. Но латвийское правительство намерено дополнить их бюджетными рычагами – сокращением госрасходов и достижением уже в этом году профицита в 1% от ВВП.

Наибольшее спокойствие из всех стран Балтии демонстрирует Литва. Ее, в отличие от соседей, слово «перегрев» не пугает. Говоря о литовской экономике, Ларс Христенсен утверждает, что «симптомы нездоровых тенденций и тут налицо, но ее „здоровье“ по сравнению с другими странами Балтии наименее подорвано». В Вильнюсе политики даже обсуждают возможность снижения подоходного налога с 27 до 24%, что уж никак не будет способствовать ограничению роста потребления. Однако параллельно с этим отменена часть льгот по жилищным кредитам, а с 2009 года запланирован выход на бездефицитный бюджет.

Все-таки пожертвовали

Долгие годы балтийские политики уверяли, что не будут жертвовать высокими темпами экономического роста ни под каким предлогом. Эстонский премьер-министр Андрус Ансип в марте прошлого года заявил о готовности подать в отставку, если с 2007 года его страна не перейдет на евро. Но всего месяц спустя, когда стало ясно, что Еврокомиссия не пустит Эстонию в зону евро так быстро из-за высокой инфляции, премьер объявил в парламенте: «Ни я, ни другие члены правительства ни в коем случае не согласны жертвовать быстрым ростом экономики во имя того, чтобы в назначенный день ввести в оборот евро».

Сейчас о евро в балтийских странах почти не вспоминают (уж слишком высока инфляция), но готовы жертвовать экономическим ростом, ради того чтобы он не превратился в мыльный пузырь и не лопнул в одночасье. События, предшествовавшие «перегреву», и нынешние во многом конвульсивные действия по его преодолению – серьезный урок для балтийских политиков. И одновременно – урок для России, где принято бороться за экономический рост любой ценой.      

Вильнюс – Санкт-Петербург