Игры в ансамбли

Дворцово-парковые ансамбли Петербурга и его окрестностей страдают из-за недобросовестности федерального правительства, которое ведет себя как собака на сене – и само о них не заботится, и другим не дает

Cитуация вокруг дворцово-паркового ансамбля Гатчины приобрела беспрецедентно скандальный характер, вышедший на высокий политический уровень. Губернатор Санкт-Петербурга Валентина Матвиенко и губернатор Ленинградской области Валерий Сердюков публично обменялись острыми заявлениями, а спорные имущественно-правовые вопросы, связанные с деятельностью Государственного музея-заповедника (ГМЗ) «Гатчина», похоже, будут решаться в судебном порядке. При этом руководители обоих регионов намерены максимально задействовать лоббистские возможности, чтобы добиться от правительства РФ решения о передаче комплекса музея-заповедника в собственность вверенных им субъектов федерации.

Впрочем, происходящее вокруг Гатчины – лишь одно из проявлений проблем, характерных для многих музеев-заповедников, музеев-усадеб и даже петербургских исторических парков – федеральных памятников, находящихся в федеральной же собственности (у тех, что принадлежат Петербургу, судьба более благополучная). Многие из этих проблем давно требуют принятия системных решений на федеральном и региональном уровне. Это необходимо для нормального использования и развития дворцово-парковых ансамблей Петербурга и Ленобласти, не только имеющих историко-культурную ценность, но являющихся важной составляющей туристической привлекательности региона. Дальнейшее промедление с решением вопросов, накапливавшихся годами, грозит утратой памятников.

Статусное право

Наиболее серьезные проблемы, актуальные сегодня для дворцово-парковых ансамблей (ДПА), связаны, по мнению экспертов, прежде всего с вопросами статуса памятников, оформления прав собственности на объекты недвижимости, ведомственной принадлежности госучреждений, являющихся пользователями памятников. Что же касается проблем финансирования, то они во многих случаях оказываются следствием неурегулированности базовых организационно-правовых вопросов.

«Конечно, самый оптимальный вариант – наличие у ДПА статуса музея-заповедника, что в наибольшей степени отвечает и на вопрос о сохранении объектов недвижимости, – отмечает председатель Комитета по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры Санкт-Петербурга (КГИОП) Вера Дементьева. – Но при этом для всех очень актуальны проблемы юридического плана, в частности нужно тщательно формировать территорию – иметь кадастр, чтобы пользователь четко знал, чем владеет. Да, большинство ансамблей в плохом состоянии, сказывается нехватка финансирования. Однако деньги сегодня отходят на второй план, негативную роль скорее может играть неопределенность статуса, отсутствие у пользователей проектной документации, проблемы профессионального потенциала и т.д.».

Вице-президент и директор СЗ РО Российского союза туриндустрии Сергей Корнеев убежден, что именно нерешенность имущественно-правовых вопросов во многих случаях тормозит финансирование, привлечение частных инвестиций. «Полагаю, что музеи, в том числе ДПА, особенно пребывающие в плохом состоянии, должны передаваться в частные руки, – отмечает Корнеев. – Интерес у бизнеса есть, но главное – правовой статус и четкие правила игры: на каких условиях передается объект в аренду или в собственность, можно ли, допустим, переоборудовать усадьбу под гостиницу. Понятно, что должны быть обременения, но не запредельные: все-таки лучше успеть вдохнуть в исторический объект новую жизнь, чем, сохраняя аутентичность, дождаться его уничтожения».

Даже весьма строгие специалисты в сфере охраны памятников указывают на приоритетность решения вопросов о статусе объектов как предпосылку для привлечения частных инвестиций. Заместитель генерального директора Санкт-Петербургского НИИ «Спецпроектреставрация», член совета по сохранению культурного наследия при правительстве Петербурга Михаил Мильчик считает, что власти должны целенаправленно заниматься этой работой. «Ситуация с усадьбами в Ленобласти, за небольшим исключением, катастрофическая: усадьбы разрушаются, произвольно перестраиваются, парки заброшены, – говорит Михаил Мильчик. – Мы приближаемся к переломному моменту – разрушение достигло той степени, когда практически ничего нельзя восстановить. Придется строить заново, но новодел не будет представлять большой ценности. Выход я вижу в том, чтобы администрация области с участием органов охраны памятников и историков архитектуры разработала программу, ориентированную на инвесторов, включающую для начала 10-15 объектов. Власти должны выйти с этой программой на рынок, четко обозначая ключевой критерий при отборе инвесторов – насколько бережно предполагается подходить к сохранившимся частям ансамбля, не будет ли противоречия с ансамблем в целом. К счастью, федеральные памятники теперь можно продавать, и, говоря об усадьбах, я не вижу ничего плохого в том, что инвесторы будут создавать отели, представительства компаний и т.п. Главное, чтобы была хорошо действующая, с ясными для всех сторон правами служба охраны памятников, которая могла бы поставить жесткие условия, проконтролировать их исполнение и наказать в случае нарушения охранных обязательств. Однако сегодня департамент Комитета по культуре Ленобласти, отвечающий за охрану памятников, не способен выполнять эти функции».

Заповедный анклав

 pic_text1

В значительной мере проблемы ДПА Гатчины связаны с его своеобразным статусом. Во дворце – федеральном памятнике и федеральной собственности, располагающемся на территории Ленобласти, функционирует учреждение – ГМЗ «Гатчина», находящийся в подчинении у Санкт-Петербурга. Вплоть до последнего времени Гатчинский ансамбль, соотносимый по своей исторической значимости с комплексами Петергофа, Царского Села, Павловска, оказывался на периферии программ реставрации памятников. За последние годы из федерального бюджета было выделено на реставрацию всего лишь около 5 млн рублей, бюджет Петербурга ежегодно выделял порядка 10 млн рублей (включая расходы на капремонт, проектирование и т.д.). Директор ГМЗ «Гатчина» Никита Батенин связывал сложности в развитии комплекса с его статусом: несмотря на наличие «трех нянек», «реальность такова, что сейчас мы по большому счету вообще никому не нужны». Приоритетной задачей он считал переход музея-заповедника в федеральное подчинение, и прежде всего в этом направлении велась работа с Министерством культуры (см. «Бедный, бедный Павел», «Эксперт С-З» №5 от 7 февраля 2005 года).

Ситуация изменилась в прошлом году, когда из петербургского бюджета на реставрацию Гатчины были выделены невиданные средства – около 60 млн рублей, а в 2008 году финансирование возросло до 100 млн рублей. Вся программа восстановления ансамбля, включающая реконструкцию красивейшего ландшафтного парка, по словам Батенина, может оцениваться в 5 млрд рублей. И хотя, по информации КГИОП, сегодня согласована программа реставрации примерно на 300 млн рублей, городские власти, судя по заявлениям Валентины Матвиенко, готовы к осуществлению полномасштабной реставрации (пока что в Гатчинском дворце из 31 тыс. кв. м общей площади помещений отреставрировано только 5 тыс.).

Взявшись за финансирование федерального объекта (с 1 января 2007 года федеральное законодательство дало городу такую возможность, хотя и с оговорками), администрация Петербурга обратилась в прошлом году в Росимущество РФ с предложением о передаче ансамбля в собственность города – он был включен в перечень из более чем 500 памятников, которые город хотел бы закрепить за собой. Но вопреки ожиданиям Смольного в апреле-мае правительство РФ так и не утвердило этот список (передали только 22 объекта). Более того, выяснилось, что и администрация Ленобласти обратилась с аналогичной просьбой. Когда Валентина Матвиенко заявила, что, мол, области не по силам содержать и реставрировать ансамбль Гатчины, Валерий Сердюков, не дожидаясь окончательного решения федерального правительства, пообещал в случае передачи памятника Петербургу оспорить это решение в суде.

Положение ГМЗ «Гатчина» усугубляется тем, что отсутствуют официально утвержденные границы ДПА. Сделанный по заказу ГМЗ кадастровый план территории (149 га) уже не первый год не удается согласовать с администрацией муниципального образования города Гатчины. В частности, камнем преткновения стали 3 га земли, которые, по мнению представителей Смольного, были незаконно переданы в собственность муниципального образования, и сейчас Комитет по управлению городским имуществом Петербурга (КУГИ) оспаривает эти сделки в суде.

«Думаю, что правда все-таки будет на стороне Петербурга, – говорит Вера Дементьева. – В Гатчине расположен государственный петербургский музей, и в соответствии с единым для всех порядком разграничения прав на памятники, установленным правительством РФ, мы настаиваем на передаче дворца и парка в собственность Петербурга. Замечу, еще три-четыре года назад город ставил вопрос о том, чтобы область приняла Гатчину. А теперь, когда за счет города комплекс стал выводиться из тяжелой ситуации, область, не вкладывавшая в восстановление памятника ни копейки, заявляет, что ей нужен объект и вся территория парка. Разве это справедливо?!» Знак того, что ситуация с развитием ГМЗ вышла на кардинально иной, уже сугубо политический уровень, а исход конфликта пока непредсказуем, – отказ от каких-либо комментариев Никиты Батенина, обычно весьма охотно обсуждавшего проблемы музея-заповедника. И возникшая коллизия, очевидно, может быть «разрублена» только политическим решением на самом высоком уровне.

Кстати, среди федеральных ансамблей-памятников, передачи которых в собственность города добивается Смольный, – дворцово-парковый комплекс ГМЗ «Павловск», также являющийся петербургским учреждением. Но он находится на территории Петербурга и в гораздо лучшем состоянии, чем Гатчина.

Усадебная легализация

Проблемы ГМЗ «Гатчина» в разной степени характерны и для относительно небольших музеев-усадеб на территории Ленобласти.

Так, основные проблемы музея-усадьбы «Рождествено» (Владимир Набоков унаследовал ее в 1916 году от своего дяди Василия Рукавишникова) связаны с завершением воссоздания и реставрации деревянного особняка XVIII столетия, серьезно пострадавшего при пожаре в 1995 году. Заведующая музеем-усадьбой (он является филиалом областного ГУК «Музейное агентство») Ирина Авикайнен также указывает на проблемы со статусом и правами собственности: «Здание усадьбы – памятник федерального значения и федеральная собственность, которая передана в оперативное управление учреждению Ленинградской области, и это создает неопределенность с финансированием. К сожалению, вопрос о передаче федеральных памятников в собственность области пока не решен, и войдет ли в список передаваемых объектов Рождественская усадьба, неясно. До 2005 года мы получали  средства на реставрацию по федеральной программе (от 500 тыс. до 1 млн рублей в год), столько же выделяла администрация области. Сейчас, при разграничении прав собственности на памятники федерального значения, музеи-усадьбы, в том числе «Рождествено», не попали в список объектов, которые будут передаваться области. Мы благодарны областным властям, что они сохранили прежний уровень финансирования, хотя могли бы пока  решается вопрос собственности и не выделять денег на реставрацию памятника. Тем не менее мы понимаем, что области сложно изыскать порядка 20 млн рублей, необходимых на завершение работ по воссозданию внешнего облика здания и функциональных деталей интерьеров, и пытаемся получить эти средства из федеральных программ».

Вопросы собственности имеют отношение и к решению такой актуальной для музея-заповедника проблемы, как оформление прав на территорию, включающую усадебный парк и комплекс гротов и пещер. Два года назад правительство Ленобласти оплатило топографическую съемку участка, но требуется еще такая же сумма на завершение работ по кадастру. «И вновь возникает коллизия, – говорит Ирина Авикайнен. – Деньги дает нам область, а регистрировать участок, судя по всему, мы должны на Российскую Федерацию, в соответствии с принадлежностью здания-памятника». Идеальным вариантом с точки зрения защиты комплекса является получение статуса особо охраняемой природной территории (ООПТ), но эта процедура очень сложна и пока музей ограничился кадастровым оформлением участка. «Нам очень повезло с властями Гатчинского района и Рождественской волости, понимающими проблемы музея-усадьбы и оказывающими нам если не финансовую, то всю необходимую административно-организационную поддержку, – отмечает Ирина Авикайнен. – Благодаря жесткой позиции властей не допускаются даже попытки отрезать какой-то участок от парка, хотя юридически еще нет границ территории, занимаемой музеем-усадьбой». Решению вопросов юридического статуса и оформления прав на территорию (особенно для создающихся музеев-усадеб) мог бы способствовать, по мнению Авикайнен, закон «О государственных музеях-заповедниках», но после внесения в Госдуму в 2005 году о его судьбе ничего неизвестно.

Для музея-усадьбы Н.К. Рериха «Извара» проблема защиты территории стоит гораздо острее, чем для «Рождествено», и ее руководство активно добивается статуса ООПТ. По имеющейся информации, есть ряд спорных участков, приобретенных холдингом «Фаэтон» вместе с сельскохозяйственными строениями, на территории исторически сложившегося усадебного комплекса.

В надежные руки

Другой проблемный ДПА – ГМЗ «Ораниенбаум», где с 2002 года сменилось четыре директора, Смольный в течение последних нескольких лет, наоборот, стремился передать в федеральное ведение. Точнее, присоединить его к ГМЗ «Петергоф», которое достигло общепризнанных успехов под началом Вадима Знаменова, возглавляющего музейный комплекс с 1965 года.

Долгие годы Ораниенбаумский ансамбль – единственная императорская резиденция XVIII века, избежавшая разрушения во время войны и сохранившая огромное количество подлинных элементов во дворцах и павильонах, – пребывал в состоянии вялотекущей и бессистемной реставрации. Вера Дементьева признает: «Большого удовлетворения проведенные в Ораниенбауме за последние годы работы не вызывают, тем более что значительную часть денег выделял город, в том числе привлекались десятки миллионов рублей частных пожертвований». Подрядчиков, реставрировавших фасады Китайского дворца и павильона Катальной горки, а также часть кровель, пришлось обязать заново выполнить работы. Были допущены ошибки при проведении работ по водоотведению. Среди очевидных успехов, по мнению Дементьевой, – укрепление фундаментов Большого Меньшиковского дворца: «Теперь он прочно «вмурован» в холм и ему не грозит сползание, как это случилось с Константиновским дворцом». Всего за период с 2002-го по 2008 год на работы в Ораниенбауме было выделено более 1,5 млрд рублей бюджетных средств. Все проблемы Ораниенбаумского ДПА также вызваны тем, что не урегулирован статус объекта. Это много лет затрудняло возрождение уникального ансамбля.

 pic_text2

Интриги вокруг Ораниенбаума в 2004 году вылезли из-под ковра. Смольный при поддержке Федерального агентства по культуре и кинематографии практически добился присоединения ГМЗ «Ораниенбаум» к ГМЗ «Петергоф». Но Управление делами президента РФ попыталось реализовать другой сценарий развития ансамбля – по модели Дворца конгрессов в Стрельне, причем предполагалась реконструкция и реставрация ДПА в крайне сжатые сроки – к саммиту «Большой восьмерки» в 2006 году. Росимуществом даже был издан приказ о передаче всех объектов недвижимости на относящейся к ГМЗ территории (более 160 га) в распоряжение ФГУ «Дворец конгрессов». После разгоревшегося в федеральных верхах скандала распоряжение приостановили, а затем Управление делами отказалось от своих планов. В итоге только в ноябре 2007 года ансамбль Ораниенбаума полностью перешел под эгиду ГМЗ «Петергоф».

Но и после этого ведомственные противоречия на федеральном уровне затрудняли полноценную работу из-за неопределенности с передачей функций госзаказчика. И хотя в конце декабря 2007 года распоряжением правительства РФ они были переданы ГМЗ «Петергоф» (что представлялось логичным), вопрос «повис» и в конечном счете заказчиком по факту осталось ФГУ «Северо-Западная дирекция по строительству, реконструкции и реставрации» (СЗД) (которое являлось заказчиком с 2004 года). В результате финансирование уже начатых работ приостановилось на полгода. Впрочем, как утверждает заместитель директора по реставрации и реконструкции ГМЗ «Петергоф» Ирина Бирюкова, «нужно отдать должное – СЗД работы не останавливала, они продолжаются за счет внутренних резервов подрядных организаций и под гарантии дирекции, хотя, естественно, не в тех объемах, в каких должны быть».

Собака на сене

Зачастую проблемы ДПА в окрестностях Петербурга связаны с неопределенностью структуры собственников и пользователей памятников. Сегодня единственным, по сути, примером комплексной реконструкции и реставрации всего ансамбля стал проект приспособления «Михайловской дачи» (около Петергофа) для размещения Высшей школы менеджмента Санкт-Петербургского государственного университета. Очевидно, этому способствовала серьезная поддержка на федеральном уровне. Важно, что для реализации проекта был передан весь комплекс строений «Михайловки», одним из пользователей которых ранее был Кировский завод.

Соседняя «Знаменка» (также федеральный памятник), пребывающая в целом в весьма заброшенном состоянии, напротив, до сих пор не имеет ни единого пользователя, ни реального инвестора, готового взяться за ее восстановление. По информации КГИОП, ансамбль был передан в 2003 году Управлению делами президента РФ, но пользователем части объектов (дворец великого князя Николая Николаевича, Дом садовых мастеров, Кухонный корпус, оранжереи) остается пансионат, подведомственный ГУП «Пассажиравтотранс». «Город периодически обращается с запросами, но пока мы не получили никакой информации о возможных проектах в «Знаменке», – отмечает Вера Дементьева. – В ситуации с Конюшенным корпусом, находящимся в казне Петербурга, мы уже не можем ждать. Пока он совсем не развалился, мы подписали соглашение с городским отделением ВООПИиК о проведении мероприятий по обеспечению сохранности памятника за счет нашего бюджета. А церковь Святых апостолов Петра и Павла удалось передать епархии, которая сама добилась выделения из федерального бюджета 3 млн рублей на реставрацию фасадов».

С аналогичными проблемами мучается комплекс «Дача А.Ф. Орлова». После получения согласований КГИОП инвестор, ООО «Омега плюс», начал работы по реставрации и приспособлению входящего в комплекс Дома привратника. Но другой объект Дачи – Конюшенный двор, закрепленный за Минобороны РФ, – после ухода военных числится за военным ведомством и не используется.

Пример характерной ситуации «собака на сене» – федеральный дворец «Собственная дача». Еще в декабре 2002 года он был передан одной из структур Роскультуры (Агентством по охране и использованию памятников) некоему Фонду садово-паркового искусства. «За это время вообще ничего не сделано, поставлен только забор, не оформлены правоустанавливающие документы на земельный участок, дважды переносились сроки выполнения работ и налагались штрафы за нарушение условий охранного обязательства, – констатирует Вера Дементьева. – Мы требовали, чтобы с Фондом были разорваны все отношения, но на федеральном уровне отказываются решать этот вопрос и не разрешают расторгать договор, заключенный с КУГИ Петербурга».

Пожалуй, особенно вопиющий пример, когда из-за многолетних бюрократических проволочек и бездействия чиновников Росимущества почти полностью руинирован ценный памятник, – ДПА «Ропша». Почти не пострадавший во время войны дворец, строившийся по проектам Растрелли и Фельтона, а также комплекс усадебных строений за последние два десятилетия, не имея пользователей, были уничтожены пожарами, постоянным разграблением и простым вандализмом. В 2005 году по заказу Комитета по архитектуре и градостроительству Ленобласти за счет средств областного и федерального бюджетов была разработана концепция использования комплекса и предпроектная документация по созданию на территории усадьбы и парков, занимающих 74 га, центра делового туризма. Проект заинтересовал инвестора – итальянскую девелоперскую компанию Pasit Italia (см. «Тень Ропши», «Эксперт С-З» №18 от 16 мая 2005 года). Однако, несмотря на ожидания областных чиновников, что вот-вот решится вопрос передачи территории комплекса инвестору в аренду на 49 лет или в собственность, дело так и не сдвинулось с мертвой точки.

Не только цветочки…

Проблемы в развитии ДПА обусловлены отсутствием комплексного подхода к регулированию градостроительной деятельности, сохранению памятников. Это тем более важно, если речь идет о целостных ансамблях и их гармоничном взаимодействии с внешней средой.

В этой связи особые опасения специалистов сейчас вызывают планы строительства грузовых терминалов на побережье Финского залива, вблизи ДПА Ораниенбаума. «Это очень серьезная проблема, и предполагаемые проекты должны быть откорректированы, чтобы они не вступали в неуместное соперничество с уникальным ДПА, – отмечает Михаил Мильчик. – Недопустимо, чтобы нарушались видовые характеристики, наносился ущерб экологии, возникала вибрация при перевозке грузов, угрожающая сохранности исторических зданий. Но пока никто не решает эти проблемы». Тревогу по поводу этой ситуации выражает и Вера Дементьева: «Несомненно, если рядом возникнет портовый комплекс, это будет катастрофа. Все, что касается терминалов, нужно корректировать, пока проекты еще находятся на ранней стадии. В действительности именно ДПА Ораниенбаума интересен как инфраструктурный объект, который сможет вытащить развитие этого района». Формально проектируемые портовые комплексы находятся за границами музея-заповедника, но возникает серьезный вопрос, почему при утверждении Генплана Петербурга был допущен подобный конфликт функций.

Другой образец несовершенства градрегулирования – возникновение угрозы строительства многофункционального комплекса на участке в 3 га, являющемся частью памятника – Таврического сада в центре Петербурга. Итогом не до конца понятной ситуации с приватизацией, банкротством и распродажей по заниженным ценам недвижимости сельхозпредприятия «Цветы» стало появление собственника участка земли сельхозназначения, занятого оранжереями советских времен, на территории Таврического сада. Несмотря на сильное давление и поддержку планов застройки со стороны Комитета по градостроительству и архитектуре, КГИОП не согласовал экспертизу мастерской Славиной, допускающую исключение участка из состава памятника. «Собственник имеет стопроцентное право строить, и только КГИОП стоит на его пути, настаивая, что здесь можно строить только теплицы, – говорит Вера Дементьева. – Губернатор категорически против строительства, и, несмотря на попытки скорректировать границы памятника, это по-прежнему территория памятника».

Как подчеркивает Михаил Мильчик, застройка участка, исторически занятого оранжереями, недопустима с точки зрения сохранения всего ДПА: «Абсолютно очевидно, что это неотъемлемая часть парка, и если сегодня она находится в дурном состоянии, то это еще не повод исключать ее. В аристократической культуре XVIII-XIX веков функция оранжерей не исчерпывалась производством цветов – они играли особую роль в культурной жизни, их посещение было эстетическим ритуалом, праздником. И нужно восстановить оранжереи и выращивать цветы – иное использование этого участка дворцово-паркового ансамбля недопустимо».

Санкт-Петербург