Выпавшие из времени

Пятый угол
Москва, 29.09.2008
«Эксперт Северо-Запад» №38 (386)
Основные туристические пути в России уже давно определены. Самое время обратить внимание на миры, лежащие вне заезженных маршрутов

Топографический кретинизм мне несвойственен, но периодически, находясь за рулем, сворачиваю не туда. Если в городе проблема неправильного поворота легко решаема за счет пары лишних светофоров, то неверно истолкованная карта областных дорог может привести к крюку в 100-200 км. Однако компенсацией этому служат миры, живущие вдали от оживленных автострад. Миры, заброшенные как историей, так и современной властью.

Прежде, когда я еще не был искушен российской глубинкой, основную историческую информацию приходилось черпать во время посещения пафосных туристических мест. Как правило, в каждом считающем себя историческим российском городе есть некая «смотровая площадка», на которой собраны наиболее интересные предметы старины. Это либо стандартные исторические музеи (или выставки по интересам, к примеру, в старинных интерьерах кремля), либо музеи деревянного зодчества под открытым небом.

Кижи, что на Онежском озере, – наиболее раскрученный бренд, но подобные музеи есть и в других городах, в том же Суздале. Каждый, вероятно, был в таком музее – привозят на автобусе, ходишь с экскурсией и внимаешь гиду: а это дом зажиточного купца XIX века, посмотрите, какая планировка хлева, а вот направо – дом бедного крестьянина. Выходишь из музея с достаточно полным ощущением причастности к истории: дома деревянные, полотенца вытканные, гусли настоящие – вот люди-то жили!

И вот в этом использовании глагола «жить» в прошедшем времени и есть главная ошибка. Не стилистическая, но смысловая. Ошибку эту я осознал на одной из проселочных дорог между Ярославлем и Вышним Волочком. «А вот эту избу нам показывали в музее», – сказал мне сын, указывая на слегка покосившийся от времени, но по-прежнему величественный дом. Останавливаемся, заходим во двор, приветливая баба Маруся показывает, как она живет. Действительно, вот тот самый хлев, а вот тут такой же приступок, «как в музее в Суздале». «Сынок, так у нас почти все село из таких домов, как построили наши прадеды, так мы и живем», – ответно удивляется моему удивлению баба Маруся. Того, что она живет фактически в музее под открытым небом, бабушка не понимает. Толпы туристов к ней не ходят, хотя этот настоящий быт несравним ни с какой псевдореконструированной жизнью в «придворных» музеях.

В очередной раз я свернул не туда несколько дней назад по пути из Петербурга в Петрозаводск. Вообще-то в столицу Карелии ведет достаточно хорошая, а в некоторых местах идеальная федеральная дорога, но я завернул на Подпорожье и лишь километров через пятьдесят понял, что вряд ли по таким разбитым дорогам ездят поклонники карельских красот. Возвращаться не хотелось, поэтому решил пробиваться вперед до последнего. Достаточно короткий, примерно в 200 км, путь от Подпорожья до Петрозаводска оказался насыщен историческими красотами и заброшенными уголками.

Это, конечно, село Вознесенье, которое стоит по берегам реки Свири. Между берегов – около километра в одну сторону – курсирует, как говорят, единственный на Северо-Западе паром. И все расписание жизни села зависит как раз от этого парома, который ночных рейсов не совершает.

Вам повезло, успешно перебрались на другой берег? Не спешите радоваться, вы еще в Ленинградской области. Въезжаешь на жуткую грейдерную дорогу и понимаешь, что дорожные пытки в Подпорожье – цветочки. Ощущений два: эта дорога никогда не кончится и ее никогда не сделают нормальной, потому что до этих мест никому нет дела. Несколько десятков километров по пыльной гремящей дороге, и, если машина остается целой, можно наблюдать картину, которая повторяется на многих межобластных трассах. Грейдерная дорога внезапно сменяется асфальтом приличного качества. От неожиданности останавливаюсь и вижу табличку «Республика Карелия». Оборачиваюсь – другая табличка: «Ленинградская область». Всегда удивляло, как областные дорожники, делая дорогу на своей территории, с точностью до сантиметра прекращают работы на земле сопредельной области. Села в Карелии в этом смысле образцово-показательные: мало того что дороги хорошие, так еще и дорожными знаками они насыщены до предела. От желтых знаков «Главная дорога» рябит в глазах: местные дорожники украсили этими знаками любой мало-мальски заметный выезд. Причем кажется, что знаки дублируют друг друга: второй ставят для тех, кто не понял с первого раза.

Безумно жалко, что именно на этот бездорожный ленинградский участок редко ступает туристическая нога – если только неорганизованный любитель экстрима заглянет. Красота неописуемая – берег Онежского озера. И две жемчужины деревянной архитектуры – церковь Рождества Богородицы, построенная в XVII веке в селе Гимрека, и возведенная веком позже церковь Дмитрия Салунского в Щелейках. В тех же Кижах, безусловно, красивые архитектурные памятники. Но все они перевезены туда насильно, их оторвали от мест, где они построены. А, например, карельские вепсы, известные как в дореволюционной, так и в современной России как лучшие мастера – строители из дерева, утверждают, что дом с места сдвигать нельзя: домовой, потревоженный и лишенный крова, может страшно отомстить. В Гимреке же церковь стоит на холме над Онегой, именно там, где ее вписали в окружающую действительность четыре века тому назад. «Да, туристы к нам редко приезжают, – подтверждают мне местные жители. – Из Петрозаводска их обычно довозят до села Шелтозеро, где есть Музей карельской культуры. А к нам не везут: и область другая, и дорога ужасная. Причем если и доезжает кто, так все финнами оказываются, любят они эти места».

Помимо церкви в той же Гимреке сохранилось множество интересных деревянных домов. И здесь, как говорят, тоже планировали создать музей под открытым небом. Но, видимо, подобным планам не суждено стать реальностью, ведь эти села находятся далеко от основных туристических центров. Так что любоваться подобной красотой можно только если свернешь не туда.

У партнеров

    «Эксперт Северо-Запад»
    №38 (386) 29 сентября 2008
    Банковская система
    Содержание:
    Локальная заморозка

    Последствия кризиса банковской ликвидности начинают сказываться на многих отраслях экономики Северо-Запада. Да и сам кризис вполне может повториться, поскольку вливания властей в банковский сектор краткосрочны

    Реклама