Шестнадцать лет спустя

Правительство Латвии решило национализировать второй по величине банк страны – Parex Banka. Чиновники, бывшие владельцы банка и эксперты по-разному объясняют необходимость такой меры

Правительство Латвии объявило 8 ноября, что государство взяло под полный контроль банк Parex Banka. Владельцы кредитного учреждения, бизнесмены Валерий Каргин и Владимир Красовицкий, в собственности которых находилось 85% акций, обязались продать государству 51-процентный пакет за символическую сумму в 2 лата (2,86 евро), а оставшиеся 34% перевести в банк Latvijas Hipoteku Un Zemes Banka (LHZB – Латвийский ипотечный и земельный банк) в качестве залога. LHZB также является государственным банком, он станет управлять Parex, а президент LHZB Инесис Фейферис совместит должности руководителей обоих банков.

Национализировав Parex, государство взяло на себя обязательство сохранности вкладов, а также согласилось предоставить банку многомиллионную ссуду для обеспечения возврата кредитов. «Латвийское правительство приняло решение стать мажоритарным акционером в Parex Banka для того, чтобы повысить стабильность латвийской финансовой системы», – заявил местному телевидению премьер-министр Иварс Годманис. Английская телерадиокомпания BBC цитировала министра финансов Латвии Атиса Слактериса, сказавшего, что возможное банкротство Parex Banka «обошлось бы стране в миллиарды».

Ошибки округления

Как следует из заявлений представителей Parex, просьба о государственной поддержке исходила от самого кредитного учреждения. «Мы выражаем удовлетворение сегодняшним решением правительства внедрить принципы, принятые руководителями стран Европейского союза относительно предоставления государственной поддержки финансовому сектору в контексте текущего глобального финансового кризиса», – говорится в пресс-релизе, опубликованном на сайте банка. «Parex Banka получает гарантии государства по обязательствам банка, что устраняет сомнения в его возможности привлечь финансирование на мировом финансовом рынке и способствует поддержанию ликвидности на высоком уровне», – подчеркивалось далее. Как заявил председатель совета Parex Гунтарс Гринбергс, «наши клиенты, доверившие свои денежные ресурсы банку, и на этот раз поддержат решение правления, так как за 20 лет своего существования Parex неоднократно доказывал своевременность принимаемых решений».

Отметим, что Гринбергс стал председателем совета только в июне этого года, ранее этот пост занимал Владимир Красовицкий, являющийся также заместителем председателя правления Parex. Фотографию Гринбергса так и не успели разместить на интернет-странице, где расположены сведения о банковском руководстве, эта должность по-прежнему приписывается Красовицкому. С Валерием Каргиным никаких метаморфоз не случалось, до последних событий он был президентом и председателем правления кредитного учреждения.

Вероятно, фигура Гринбергса не заслуживает такого внимания, однако странно, что он «округлил» период существования банка: официально Parex создан в 1992 году. Возможно, зиц-председатель так и не успел изучить биографии своих патронов, которые считались самыми богатыми людьми в Латвии. В 2003 году американское деловое издание Business Week зачислило Каргина и Красовицкого в лидеры европейского бизнеса, среди российских предпринимателей в списке фигурировали только Михаил Фридман и Алексей Мордашов. «В 80-х годах прошлого века бывший журналист и программист прекрасно использовали возможности, представившиеся в ходе преобразований, основав сначала туристическую компанию, а затем (в 1990 году) получив первую частную лицензию на обмен валюты. К 1992 году бизнесмены уже могли оперировать десятками миллионов долларов, и этого было достаточно для открытия Parex Bankа», – писал Business Week.

Parex устоял в банковских кризисах 1993-го, 1995-го и 1998 годов и по величине латвийских активов уступал только шведскому Swedbank, оставив позади скандинавских гигантов Nordea и SEB. Поэтому заявление премьера Годманиса о национализации банка, сделанное к тому же в субботу, явилось для многих полной неожиданностью.

Известие о национализации последовало всего через две недели после объявления Parex о планах открытия очередного заграничного филиала, на этот раз – в Норвегии. (Банк уже имеет представительства в ряде крупных городов Швеции, но хотел расширить присутствие на скандинавском рынке.) «Мы надеемся завершить подготовку до Рождества, чтобы открыть филиал в Норвегии в начале следующего года», – такие перспективы рисовал газете Aftenposten ответственный за работу иностранных представительств банка Петерис Пилдеговикс. Норвежское издание отмечало, что прибыль банка за третий квартал текущего года составляла около 17 млн евро. «Это заявление стало большим сюрпризом. Банк был очень закрытым и никому не объяснил, почему возникли проблемы. Вкладчики выстраивались в воскресенье в очередь перед банкоматами, чтобы получить наличные», – отметил в интервью агентству Bloomberg руководитель рижской консалтинговой организации Paus Konsults Оскарс Фирманус.

Национальное происхождение паникеров

Вероятно, правительство очень спешило, поскольку решилось национализировать Parex без аудита. Каргин и Красовицкий были вынуждены поручиться за финансовые показатели банка личным имуществом и обязаны компенсировать все возможные убытки, которые не отражены в текущем балансе. Слактерис заявил новостному агентству LETA, что государство собирается поддерживать банк, а не его акционеров, и после финансового оздоровления он будет продан новому инвестору. Если за 12 месяцев инвестор не найдется, Каргин и Красовицкий смогут вернуть свою собственность (за те же символические 2 лата), но в этом случае компенсируют все убытки, которые государство понесет в связи с приобретением банка. В качестве первоочередной меры Parex получит от ЦБ Латвии ссуду в 200 млн латов (286 млн евро). Если этой суммы не хватит для выполнения всех обязательств Parex по взятым кредитам (они оцениваются в 780 млн евро), государство предоставит ему дополнительную ликвидность.

Правительство и бывшие владельцы немногословны в оценке причин кризиса Parex, хотя и те и другие указывают, что за последние полтора месяца наблюдался значительный отток клиентов. Сколько денег было снято с банковских депозитов Parex, неясно: Красовицкий в интервью газете Diena назвал 100 млн латов (143 млн евро), а глава Комиссии по финансовым рынкам Ирена Крумане считает верной сумму в 240 млн латов (343 млн евро).

Мнения относительно национального происхождения запаниковавших клиентов также значительно расходятся. Латвийские СМИ считают, что деньги из банка забрали нерезиденты Латвии, прежде всего – российские вкладчики. По некоторым оценкам, до двух третей вкладов Parex обеспечивали клиенты из России, Украины и Казахстана. Красовицкий, напротив, считает, что деньги сняли местные, главным образом корпоративные клиенты – самоуправления и государственные предприятия. А главным виновником потери клиентов банкир называет меры правительства Швеции в поддержку собственных банков (см. «Бегом от креппаномики», «Эксперт С-З» №43 от 3 ноября 2008 года), благодаря которым дома и за границей обеспечивались гарантии возврата вкладов в размере до 50 тыс. евро. Вкладчикам Parex гарантировался полный возврат денег только в размере до 20 тыс. евро.

Какими бы ни были паспорта у тех, кто бросился снимать деньги с депозитов в Parex, ясно одно: вкладчиков из стран СНГ здесь больше не будет. Латвийский банк являлся своего рода альтернативой швейцарским и люксембургским, где клиентов не спрашивали о происхождении их денег. Теперь, когда банком фактически будет управлять латвийское государство, у нерезидента не останется былой уверенности в сохранности банковской тайны. Можно предположить, что иностранные вкладчики продолжат выводить вклады из банка. Так что первичной финансовой помощью государства дело, скорее всего, не ограничится.

Никому верить нельзя

Годманис по-прежнему верит в стабильность финансовой системы Латвии, хотя и не называет ее, как ранее, островком стабильности. Премьер заявил, что страна не собирается просить помощи у МВФ, несмотря на то что организация прогнозирует в следующем году спад ВВП Латвии на уровне 2,2%.

Международные рейтинговые агентства отреагировали на новость о национализации Parex, снизив оценки и Латвии, и госбанка LHZB. В частности, рейтинги Moody’s для долгосрочных вкладов в LHZB понижены до A3, а для краткосрочных – до P2. Президент LHZB Инесис Фейферис заявил Reuters, что больше не доверяет рейтинговым агентствам, которые ставили высокие оценки обанкротившимся американским банкам. Латвийский банкир считает, что на агентствах лежит значительная часть вины за крах американской финансовой системы. В чьих оценках Фейферис не разочаровался, пока неясно, однако составлять собственный рейтинг кредитов Parex ему придется в любом случае.

Санкт-Петербург – Рига